Грехи за сигареты (ЛП)
Тренер выхватил рамку из моих рук, вернув меня в тесное пространство своего кабинета. Он засунул фотографию в верхний ящик своего стола.
— Твои оценки резко упали за последние пару месяцев, и у меня такое чувство, что это связано с твоей посещаемостью. Дома всё в порядке?
— Всё в порядке.
Он продолжал смотреть на меня, словно ожидая, что я о чём-то проболтаюсь. Я вернул его уверенный взгляд. Я сказал ему правду — дома всё было в порядке. На самом деле, если бы мои родители узнали, что мои оценки и посещаемость упали, я бы обязательно получил по ушам.
Мама обвинила бы мою группу друзей, и она была бы права, поскольку они были одной из причин моей плохой посещаемости.
— Я не могу помочь тебе, если ты не хочешь рассказать мне, что происходит, — снова попытался тренер.
Кожа между его бровями собралась в глубокую бороздку.
— Ничего не происходит.
Я дрыгал ногой вверх-вниз, не в силах усидеть на месте. Мой взгляд остановился на мини-брелке в виде снежного шара на его столе. Он казался одним из тех сувениров, которые покупают на отдыхе, но я не мог понять, откуда он. Я потянулся за ним, но тренер выхватил его и бросил в ящик с фотографией.
Он вздохнул в отчаянии. Он надеялся, что вызов сюда побудит меня раскрыть себя, но это произвело обратный эффект.
Я скрывал свои внутренние переживания более десяти лет и не собирался открывать дверь в ближайшее время. Особенно перед человеком, которому было наплевать и который спрашивал только из-за своей работы.
— Я боюсь, что если ты не улучшишь свои оценки и посещаемость, то больше не сможешь играть. Академия здесь на первом месте, а занятия спортом — это привилегия для тех, кто достиг успехов. Если ты пропустили несколько уроков, но успеваемость повысилась, я бы попросил освободить тебя от занятий. Я уверен, что школа рассмотрит возможность его предоставления, учитывая твоё… — он почесал подбородок. — Состояние.
Я закатил глаза от его тщательного подбора слов. Мне было наплевать, как люди называют моё состояние. Всё, что имело значение, это то, что я чувствовал себя нормально, когда был на поле. Футбол был единственной вещью, которая поддерживала меня. Там я чувствовал, что такой же, как все. Иногда даже лучше. Я был хорошим игроком, я знал это, и тренер тоже. Если бы он избавился от меня, то пострадала бы вся команда. Но я полагал, что новый директор школы не оставил ему выбора.
Этот парень был жёсткой задницей, когда дело касалось правил. Я был удивлён, что именно тренера он заставил провести со мной этот разговор. Неужели они собирались звонить маме?
— Было бы жаль исключать тебя из команды, — продолжил он. — Я надеюсь, что ты подумаешь о том, чтобы приложить больше усилий к учёбе. Если тебе трудно и нужна помощь, школьный психолог всегда готов помочь.
— Спасибо, — пробормотал я.
Но не спасибо. Я знал, что нет ни единого шанса, что переступлю порог кабинета психолога по собственной воле.
Выйдя из кабинета тренера, я зашагал по коридору, не зная, что делать.
Через сорок пять минут я обнаружил себя на парковке танцевальной академии Саванны. Я пытался сказать себе, что это не потому, что я надеялся встретить её, но кого я обманывал?
— Тяжёлый день? — спросил голос.
Я повернулся, чтобы увидеть Саванну в танцевальной одежде. Больше нет.
— Что-то вроде этого.
— Я могу чем-нибудь помочь?
— Нет, если только ты не знаешь, как взломать школьную базу данных и изменить некоторые мои оценки или посещаемость, — она подняла идеальную бровь.
— Боюсь, что нет… — она сделала паузу. — Но есть одно занятие, которое я посещаю. По сути, это группа, где все помогают друг другу учиться. Это довольно скучно, но…
— Когда?
Она прищурила глаза, удивлённая моим интересом.
— Обычно во вторник и пятницу после обеда. Непринуждённо. Нас около пяти человек.
Репетиторство пошло бы мне на пользу, но я согласился посещать занятия не из-за этого. Это было из-за неё. Обменявшись важными деталями о месте и времени, мы задержались на парковке.
— Насколько хорошо ты танцуешь? — наконец спросила она, смачивая губы.
— Я знаю несколько движений.
— Мне нужен партнёр для тренировок. Тебе не нужно делать много, и только если у тебя ничего не запланировано.
Оказалось, что я был ужасным партнёром по танцам. Я раздавил ей пальцы ног большее количество раз, чем мог сосчитать, и даже умудрился заставить нас упасть на пол, хотя я позаботился о том, чтобы первым удариться о землю и смягчить её падение. И всё это время она не жаловалась. Наоборот, она была терпелива и направляла меня, но я был уверен, что она начала понимать, что моё присутствие здесь не поможет её тренировкам.
После третьего или четвёртого раза, когда я заставил нас обоих споткнуться, она вздохнула.
— Ты ведь раньше не занимался танцами?
— Кроме как в душе, когда я пою во всю мощь своих лёгких? Ни разу.
Я поджал губы, надеясь, что она не будет слишком сердиться. Она улыбнулась, как будто моя белая ложь её позабавила, а не расстроила. Я бы всё отдал, чтобы узнать, что она думает, когда смотрит на меня так, наклонив голову набок и слегка зажав губы между зубами.
— Тогда, может быть, нам стоит начать с основ.
Она переключила музыку на медленную мелодию с мягким ритмом и осторожно подошла ко мне, словно не зная, справлюсь ли я. Она положила руки мне на плечи и попросила меня положить свои на её тонкую талию. По сравнению со мной она была крошечной.
— Не смотри на свои ноги. Просто слушай музыку и следуй моим указаниям, — проинструктировала она.
Я сосредоточился на ней, пока она вела меня как по ступенькам, сначала медленно. Когда я вроде бы освоился, она увеличила скорость.
— Готов попробовать что-то более сложное?
В её глазах был игривый блеск.
— Да, конечно.
— Оставайся здесь, — она отступила на другую сторону комнаты. — Ты когда-нибудь смотрел «Грязные танцы»?
Я расширил глаза.
— Я не думаю, что это хорошая идея.
— Не думай об этом слишком много. Так происходят несчастные случаи.
— Саванна… — предупредил я, желая сказать ей, что, возможно, несчастные случаи происходят потому, что мы за секунды переходим от нуля к сотне.
Но она не слушала. Она уже бежала ко мне. У меня было всего несколько мгновений, чтобы решить, стоит ли продолжать её безумный план, хотя широкая ухмылка на её лице и блеск в глазах побуждали сделать всё, что она захочет.
Или хотя бы попытаться.
ГЛАВА 19. Сбор средств
Саванна
Я проснулась от головной боли. Всю ночь кошмары заставляли меня ворочаться. Странно, что они снились мне так часто. Я не могла вспомнить, когда мне в последний раз снился кошмар, до последних нескольких недель. Но я не могла позволить себе проспать.
Была суббота, и мне предстояли уроки, которые я не хотела пропускать, особенно после недавней лекции Бена. Через пятнадцать минут я была одета и уложила волосы в пучок.
Я собрала свою сумку для танцев, попрощалась с Хадсоном, почесав его за ушами, и поспешила вниз.
По дороге к машине, которая, как и была обещана, была припаркована на подъездной дорожке, я проверила свой телефон и обнаружила сообщение от Кейдена.
Он сохранил свой номер под ником «Уайлдер» вчера вечером.
Уайлдер: Извини за вчерашний вечер. Как я могу загладить свою вину?
В моём животе запульсировало тёплое чувство, и я пожевала губу. Я знала, что это не лучшая идея, особенно после дикой поездки в машине прошлой ночью. Но я снова обнаружила, что хочу видеть его, хочу проводить с ним больше времени. Чувство ностальгии постоянно тянуло меня к нему. Не желая поддаваться ему, я бросила телефон в сумку. Может быть, время в студии прояснит мои мысли.
* * *
Урок не мог закончиться достаточно быстро. Головная боль продолжала нарастать и усиливаться с каждым движением. Дети, которые были слишком возбуждены и вели себя так, словно съели на завтрак огромное количество сахара, только усугубляли ситуацию.