Хребет Индиго (ЛП)
Если бы не они оба, меня бы постигла участь Рейн.
— Мне кажется, я ненавижу его больше, чем ее, — сказала Мелина. — Может быть, это странный взгляд на вещи. Но он знал. Он знал, что она убивала, и продолжал заводить свои интрижки.
— Это не странно. — Потому что я чувствовала то же самое.
— Я рада, что она мертва. — Глаза Мелины расширились, когда она поняла, что сказала. — Простите.
— Не стоит, — сказал Гриффин. — Ты не единственная.
С той ночи он мало говорил о Рейн. Он сказал мне, что ее тело нашли на склоне горы, ее шея была сломана при падении. В остальном он был тихим.
Слишком тихим.
В его взгляде была ярость. Пламя, такое горячее, что оно горит тем же оттенком, что и эти потрясающие голубые глаза. Ярость проявлялась несколько раз за последние две недели, в основном, когда мне было больно.
Он сжимал челюсти. Сжимал кулаки. Он сдерживал себя, пока мне не становилось лучше. Потом он звонил маме или одной из своих сестер, чтобы они пришли и посидели со мной, пока он будет кататься на Юпитере.
Спасибо Богу за эту лошадь. Он помог Гриффу пережить последние две недели. Но рано или поздно нам придется поговорить о том, что произошло.
— Вы поговорили с другими родителями? — спросила Мелина.
— Пока нет. Вы — мой первый визит. — С остальными я встречусь, как только вернусь к работе на станции, но у меня было еще две недели отдыха дома. Операция по устранению ножевых ранений прошла хорошо, но в сочетании с сотрясением мозга мой организм пережил серьезное испытание.
Врачам пришлось заново запускать мое сердце на операционном столе.
— Я не могу представить, что они чувствуют. — Мелина опустила взгляд на свои колени. — Столько лет думать, что их девочки… Я просто рада, что узнала правду.
— Мне жаль, что Вы потеряли ее.
— Мне тоже. — Ее глаза наполнились непролитыми слезами.
Даже со временем остались раны, которые никогда не заживут.
По щеке Мелины скатилась слеза. Затем еще одна. Она снова бросила взгляд на фотографии своей прекрасной дочери.
— Пожалуй, нам уже пора. — Гриффин встал первым, протянув руку, чтобы помочь мне подняться на ноги.
Мы попрощались с Мелиной, оставив ее на едине с собой, и забрались в пикап Гриффина.
Как только дверь закрылась, я выпустила воздух, который сдерживала.
— Ты в порядке? — спросил он, садясь за руль.
— Просто устала.
— Этого достаточно для одного дня.
— Я хотела навестить дедушку. Посмотреть, как идут дела с упаковкой вещей.
— Все идет хорошо. Он знает, где нас найти. Ты должна вздремнуть.
Я нахмурилась, но за последние две недели поняла, что спорить бессмысленно. Поэтому я расслабилась на сиденье, пока Гриффин отвозил нас домой.
— Я горжусь тобой. — Он протянул руку и поднял ее с моих колен, поднеся к губам. — Ты никогда не сдавалась. Даже когда мы все говорили тебе бросить это. Может быть, если бы я не…
— Это не твоя вина.
Он посмотрел на меня, и боль в этих глазах пронзила мое сердце.
— Я думал, что потерял тебя.
— Но этого не произошло.
— Но… — он тяжело сглотнул, его кадык покачнулся. Затем он молча развернулся и повез нас домой. Три машины заняли место рядом с моим Durango. Одна принадлежала Харрисону. Другая — дедушке. Третья — Бриггсу.
— Так много для этого дня.
— У них есть десять минут, — сказал Грифф. — Потом я их выгоню.
— Нет, пусть остаются.
Моё сердце наполнилось радостью от того, что так много людей пришли проведать меня. Нас.
Грифф уставился на заднюю часть пикапа Бриггса, не делая никакого движения, чтобы зайти внутрь.
— Что? — спросила я.
— Какое-то время я волновался, что это он. Что он что-то сделал и потерял рассудок.
Бриггс приезжал каждый день с тех пор, как меня выписали из больницы, и каждый раз с букетом цветов. Я буду вечно благодарна ему за то, что он нашел дорогу к тропе в темноте.
— Он спас мне жизнь.
— Да.
— Если его деменция ухудшится, если ему понадобится помощь, мы перевезем его.
— Да. В дом мамы и папы, — кивнул Гриффин. — Они говорили об этом. Они собираются начать чаще приходить к нему. Больше проверять его. Когда придет время, они перевезут его к себе.
— У нас есть комната.
— У них тоже. И я получу тебя в свое распоряжение на некоторое время.
— Хорошо, — прошептала я.
Его плечи опустились. Его глаза были прикованы к лобовому стеклу, когда кондиционер обдувал кабину.
Я прислонилась головой к сиденью и потянулась, чтобы провести рукой по его руке.
— Эй. Я в порядке, Грифф.
— Да. — Он прочистил горло, затем перешел к действиям, заглушил мотор и выпрыгнул, обогнув капот, чтобы открыть мою дверь.
Все, что он чувствовал, было заперто, потому что у нас была компания, и сейчас было не время.
Мужчины были уже внутри, когда мы вошли в дом. Дедушка нежно обнял меня, прежде чем провести в гостиную, чтобы я села. Бриггс принес еще один букет цветов, сегодня маргаритки. Харрисон принес один из вишневых пирогов Энн. У Энн, Нокса и Лайлы в холодильнике было достаточно еды, чтобы прокормить всю семью Иденов в течение недели.
Наша семья осталась на час, в основном разговаривая с Гриффином о том, как идут дела на ранчо и что происходит в городе. После обеда, когда мои веки начали опускаться, Гриффин выгнал их, но не раньше, чем они помогли с уничтожением еды и пирога.
Я зевнула дважды, прежде чем Гриф поднял меня с дивана и отнес в постель.
— Я могу идти.
— Я могу нести тебя.
— Хорошо. — Я прислонилась к его плечу, вдыхая пряный аромат, прежде чем он усадил меня рядом с кроватью и откинул одеяло, чтобы уложить меня.
Моя голова лежала на подушке, когда он наклонился, чтобы поцеловать мои волосы.
— Я собираюсь немного покататься.
— Нет, не собираешься. — Я поймала его запястье, прежде чем он успел убежать. — Ты тоже ляжешь спать.
— Ты будешь лучше отдыхать, если меня здесь не будет.
— Неправда, и ты это знаешь. Ложись со мной. Пожалуйста.
Он разочарованно вздохнул, но не отказал мне. Грифф встал и скинул ботинки, затем расстегнул ремень, чтобы он не впивался мне в спину. Затем он опустился на матрас, осторожно просунул одну руку под мою подушку и придвинулся вплотную, пока его грудь не оказалась вровень с моим позвоночником.
Но он не обнимал меня. Он не обнимал меня с тех пор, как я вернулась домой из больницы.
— Обними меня.
— Я не хочу причинить тебе боль.
— Я в порядке, Грифф.
— Я не…
— Я в порядке. Пожалуйста, не отстраняйся от меня. Я притяну тебя обратно, если придется, но это будет больно.
Он вздохнул и зарылся лицом в мои волосы. Затем медленно, его рука обвила мою талию, упираясь в то место, где бинты исчезли, но остались швы.
— Видишь? — Я повернулась, движение вызвало небольшое жжение, но я стряхнула его. — Не неси это бремя в одиночку. Не отгораживайся от меня.
Его тело прижалось к моему.
— Это потрясло меня.
— Меня тоже.
— Мысль о том, что ты вернешься на работу, меня просто… Я волнуюсь. Я никогда раньше не испытывал такого страха. Это делает меня неустойчивым.
— Тогда мы будем опираться друг на друга. Мы будем беспокоиться друг о друге. Но мы не можем позволить этому управлять нашей жизнью. Я в порядке.
— Ты в порядке, — вздохнул он, притягивая меня ближе.
— Хорошо. — Я зарылась в его объятия. — А теперь поцелуй меня.
Он едва коснулся уголка моего рта.
— По-настоящему поцелуй.
— Уинн…
— Поцелуй меня, Гриффин.
Он нахмурился, но подчинился, его губы задержались на моих.
— Упрямый, — пробормотала я, проводя языком по его нижней губе, пока, наконец, он не поцеловал меня так, как я хотела, чтобы меня целовали. — Я люблю тебя.
Он коснулся веснушек на моем носу.
— Я люблю тебя.
— После сна мы можем чем-нибудь заняться?
— Смотря чем. Что ты хочешь делать?
Я улыбнулась.