Хребет Индиго (ЛП)

Ранчо и моя семья требовали моего полного внимания. Ни на что другое не было времени.
Так не должно быть. Никогда в жизни мне не было так трудно отпустить женщину. Особенно, когда не было никаких обязательств. Черт, в колледже у меня были подружки, которых было легче вычеркнуть из памяти, несмотря на то, что я встречался с ними месяцами, прежде чем расстаться.
Так какого черта Уинслоу Ковингтон засела у меня в голове?
Ее красота была непревзойденной, ее интеллект — так же привлекателен, как и ее стройное тело. Ее энергия в спальне и то, как наши тела соединялись, не было похоже ни на что, что я чувствовал раньше.
Это должно быть физическое явление, верно? Химические вещества и гормоны затуманили мой рассудок. Одна мысль о ее обнаженной, кремовой коже — и я снова был тверд. Как и последние два дня.
— Черт возьми, — пробормотал я.
— Что? — спросил Матео с пассажирского сиденья моего пикапа.
— Ничего. — Я махнул рукой. — Спасибо, что пришел сегодня.
— Без проблем. — Он пожал широкими плечами.
В свои двадцать два года он еще не до конца сформировался. Но он окрепнет. Если он продолжит есть мамину стряпню и работать на ранчо, как этим летом, обливаясь потом и испытывая растущие мышцы, то скоро он будет таким же большим, как я.
Из всех моих братьев и сестер мы с Матео были наиболее похожи друг на друга. У нас у всех были одинаковые каштановые волосы и голубые глаза, но у нас с Матео был одинаковый нос, с небольшой горбинкой на переносицы. Как и у меня, у него было ярко выраженное адамово яблоко, о чем я не задумывался до Уинн.
Она любила проводить языком по моему горлу, особенно когда я был погружен в ее тело.
Блять. Почему я не могу перестать думать о ней?
— Какие планы на сегодня? — Матео подпер предплечьем открытое окно. В воздухе витал запах травы, земли и солнечного света.
В жизни было не так много мест, где бы я предпочел оказаться, чем катиться по грунтовой дороге Монтаны в июне.
Кровать Уинслоу грозила занять это место.
— Я бы хотел проверить забор вдоль дороги к хребту Индиго. Конор начал, но… ну, ты понимаешь. — У меня не хватало духу посылать туда кого-либо после Лили Грин.
— Да, — пробормотал Матео. — Как у него дела?
— Мы усердно работаем с ним. — На другой стороне ранчо и как можно дальше отсюда.
— Ему всегда нравилась Лили. Даже после их разрыва. Я всегда думал, что, в конце концов, они сойдутся.
— Мне жаль. — Я посмотрел на него и слабо улыбнулся.
Лили была на год младше Матео, но из-за размера школы Куинси они должны были хорошо знать друг друга.
— Я давно с ней не разговаривал. Но каждый раз, когда я сталкивался с ней, она улыбалась. Обнимала меня. Она была такой милой. Как будто ты был ее давним другом, которого она не видела много лет. А не кто-то, кого она видит раз в месяц в банке. Я понятия не имел, что ей тяжело. Никто не знал.
Потому что, возможно, это было не так.
Эта мысль ударила так быстро и сильно, что я вздрогнул.
Сомнения были делом рук Уинслоу. Она поселила их в моем мозгу, и теперь, когда речь заходила о Лили, все прежние предположения выбрасывались в мусорную корзину.
Было ли что-то еще в её смерти? Что, если она не покончила с собой?
Уинн искала ее парня или партнера во время наших походов в бары. Может быть, Лили недавно с кем-то переспала. Может, тот парень сделал что-то, что задурманило ей голову. Или, может быть, она была не одна на хребте Индиго.
Может быть, было что-то еще.
— Лили с кем-то встречалась? — спросил я.
— Нет, насколько я знаю. Когда я видел ее в баре, она обычно была с другими девушками.
Вероятно, с теми же девушками, которых Уинн назвала Джону в «Большом Сэме». Местные девушки. И, зная Матео, он бы не стал обращать на них особого внимания.
Мой младший брат брал пример с меня в этом отношении. Его не интересовали отношения, и туристки не стали бы приставать к нему с расспросами.
Это был совет, который я ему дал.
Совет, которому я сам не следовал.
— Слышал, ты переспал с внучкой Кови. Уинслоу. — Матео усмехнулся. — На прошлой неделе я получил штраф за превышение скорости. Как думаешь, ты сможешь уговорить ее решить этот вопрос для меня?
 
Идея о том, что мы с Уинн сможем сохранить наши отношения в тайне, распалась, как мокрая туалетная бумага.
— Это не то, что ты думаешь.
— Секс-приятели?
Этот термин меня раздражал, и мои руки крепче сжали руль. Это был правильный термин, но он был похож на гвозди, скребущие по меловой доске в моем ухе.
— Где ты об этом услышал?
— Вчера вечером столкнулся с Эмили Нельсен в «Старой мельнице». Она спросила, где ты. Я сказал ей, что ты, вероятно, дома, а потом она сделала какой-то комментарий о том, что ты также можешь быть у Уинслоу Ковингтон.
— Проклятая Эмили. — Я покачал головой.
Именно из-за нее я избегал дома Уинслоу последние два дня. Очевидно, это было бессмысленно.
В среду я зашел в «Кофе у Иденов», чтобы взять один из сэндвичей Лайлы на обед. Она разговаривала с Эмили, проявляя дружелюбие. Лайла всегда была милой. Может быть, потому что она была умнее меня. Она держала своих друзей близко, а врагов — в складках своего зеленого фартука.
Эмили никогда не была груба с Лайлой, и они закончили школу одновременно. Какое-то время я думал, что они могли бы быть друзьями, но не придавал этому значения. Потом я облажался и трахнул Эмили однажды ночью год назад, и с тех пор она только и делала, что крутилась вокруг Лайлы.
Моя сестра была умна. Она знала, почему Эмили целует ее в задницу.
Я совершил ошибку, сев за их столик, чтобы поговорить с сестрой. Это было… информативно. Эмили не только сплетничала о каждом человеке в кафе, но и сказала, что видела мой пикап у дома Уинслоу три ночи подряд.
Я знал лучше. Черт возьми, я знал лучше. Как я мог быть настолько глуп, чтобы забыть, что Эмили живет в том районе? Конечно, она узнала бы мой пикап. Последнее, что мне было нужно, это чтобы по Куинси поползли слухи. Это было последнее, что нужно было и Уинн.
Поэтому я держался подальше.
Это было самое разумное решение. Для нас обоих.
Уинн и так сражалась в данный момент. На станции. С обществом — не благодаря статье Эмили. Ей не нужно было вести войну еще и со сплетниками.
— Она хороший полицейский, — сказал я Матео. — Я думаю, она была правильным выбором.
Не смотря на то дерьмо, которым я осыпал Уинн из-за того, что она была аутсайдером, она подходила сюда как никто другой. Она серьезно относилась к работе и имела приличные связи. Хотя я не был в восторге от ее дружбы с Фрэнком Найджелом.
Этот засранец мог идти в жопу. У него всю жизнь были проблемы с моей семьей без всякой причины. Он покупал латте в кофейне Лайлы, флиртовал с ней, пока ей не становилось неловко, а потом оставлял дерьмовый отзыв на «Yelp»[11]. Он заходил в ресторан Нокса в «Элоизе» и говорил всем, кто слушал, что еда там посредственная.
Он говорил обо всех нас за спиной — мне и папе в лицо. По крайней мере, он перестал притворяться, когда мы сталкивались друг с другом в городе. В последний раз, когда он пытался пожать мне руку, я дал ему понять, что от этого сукиного сына мне никакого проку.
Дружба Фрэнка с Кови была единственной черной меткой против нашего многолетнего мэра. Я так и не понял, как они стали такими хорошими друзьями. Соседи, наверное. Надеюсь, Уинн не слушала яд Фрэнка.
Мы с Матео подошли к краю канавы вдоль дороги. На угловом столбе болтался обрывок проволоки. Я припарковал пикап, взял с сиденья пару кожаных перчаток и натянул кепку, чтобы она закрывала лицо. Затем мы с братом принялись за работу по ремонту колючей проволоки.
Прошло два часа, и мы прошли половину пути.
— Еще хлам. — Матео поднял колпак, лежащий на высокой траве.
— Просто брось его в кузов пикапа. Клянусь, предыдущие владельцы этого места разобрали целый автосалон и оставили куски разбросанными здесь, только чтобы раздражать меня.