Солдат и пес. Книга 1 (СИ)

— Ну как же! Все-таки мы его взяли.
— Хм! Смотри-ка ты, сыщик… Инспектор Варнике!
Я чуть-чуть позволил себе улыбнуться:
— Так ведь каждый кинолог сыщик, хочешь-не хочешь…
— Ну, это вопрос спорный… хотя в данном случае ты в самую точку попал.
— Не понял, товарищ старший лейтенант?
— Сейчас поймешь. Где Зинкевич?
— Здесь! — Гена выскочил из казармы.
Наш диалог со Смольниковым случился перед входом — я только что вернулся от вольеров.
— Построй личный состав.
— Взвод! — крикнул сержант. — Строиться!
За исключением ушедших на посты и дежурного повара на КЖ в строю оказались шесть человек. Смольников все выяснил, слегка поморщился — на КЖ дежурил Айвазян, который готовил отвратно. Вроде бы и старался, но вот не дал Бог человеку таланта… Но морочиться этим старлей не стал.
— Значит, так, бойцы, — сказал он и описал тему, нежданчиком прилетевшую на наши головы. Впрочем, это для меня оказалось внезапно. Для тех, кто здесь не первый год, все знакомо.
В этих северных краях люди стараются брать отпуска в сентябре. Начало осени тут самый урожай грибов и ягод. Маслята, опята, рядовки, рыжики… да и белые боровики встречаются, только места надо знать. Просто так, наудачу найти их трудно. Ну, а ягоды!.. Клюква, морошка, брусника, черника! Этого добра в здешних лесах несчитано-немеряно. Есть такие умники, что находят заросли и шиповника, и лесного ореха — лещины… Ну, а тайга есть тайга, она дилетантства и раздолбайства не прощает, а прут в нее тысячи. И правду говоря, каждую осень в области бесследно исчезают в этом Берендеевом царстве десяток-полтора человек. Плутает-то народа больше, но организуются поиски, подключаются лесники, милиция, дружинники… и мы, военные. И многих «потеряшек» находят. А кого-то… Но не будем о печальном.
— Так вот, — заключил Смольников. — Зинкевич, Храмов помнят прошлую осень, и эту эпопею с поисками. Но тогда было дождливо, а теперь вон как удалось! Ну, все и повалили… Короче! Потерялась целая группа этих балбесов, грибников, да ягодников. Поехали оравой на электричке, вышли на полустанке и как в воду канули. Хотя, тут что в воду, что в лес, это однояйцево… Теперь всех на уши поднимают.
Осень этого года в самом деле выдалась ясная, теплая по нынешним местам. Нет, случалось, что брызгали дожди, но редко, земля быстро высыхала. Народец и повалил толпой. Ну, вот группа пропала. Понятно, райком, горком, райисполком встали на уши…
— … естественно, к нам, как к архангелам: помогите! — вещал старлей, расхаживая перед строем. — Ну, куда деваться? Понятно, помочь надо.
Понятно и то, что в первых рядах «скорой помощи» должны быть мы, собаководы. И завтра с утра несколько человек из нашего взвода командируются на поиски пропавших…
— Разрешите спросить, товарищ старший лейтенант? — заранее недовольным голосом произнес Зинкевич.
Смольников скривился, махнул рукой:
— Да знаю, что хочешь спросить! Сколько человек отправится, и как оставшимся службу нести?
— Так точно! — с легким вызовом отчеканил сержант.
Взводный вперился в своего помощника нелюбезным взглядом:
— А что я отвечу, знаешь?
— Догадываюсь.
— А раз догадываешься, то не хрен и спрашивать, — Смольников слегка повысил голос, но все, и так стоявшие по стойке «смирно», вроде бы и дышать перестали. — Трое отправляются на поиски. Если со мной, то четверо. Я тоже еду. Зинкевич!
— Я!
— За старшего. Все организовать, чтобы муха не пролетела! А со мной на поиски…
Здесь он сделал паузу, оглядывая строй. Решил:
— Храмов, Сергеев, Рахматуллин. Зинкевич, мне собаку дашь. Кого?
Сержант пару секунд подумал.
— Гектора, товарищ старший лейтенант?
Тот одобрительно кивнул:
— Годится. Трое командированных, завтра с собаками в семь ноль-ноль у КПП. Завтрака не будет, возьмете сухим пайком. Штатное оружие тоже взять, лес есть лес. Вопросы?
Вопросов не было. И назавтра, в шесть пятьдесят восемь мы трое, в ватниках, при оружии, с подсумками, сухпаем в вещмешках, и естественно, с собаками, были у КПП. День обещал быть ясным, но, разумеется, было еще по-рассветному холодно, все залито туманом. И пахло особенно — такой тонкий, особенный, с оттенком грусти осенний запах…
  
В тумане послышался грубоватый моторный рокот, замаячили желтые противотуманные фары. К воротам медленно подъехал здоровенный ЗИЛ-131, за ним знакомый ГАЗ-66. Из кабины ЗИЛа выглянул Смольников:
— Грузитесь в «шишигу», да поехали!
И мы поехали.
Ехали порядка часа. За это время Солнце успело взойти основательно, туман стал рассеиваться, хотя еще таился по лесным закоулкам… Прибыли, наконец.
Еще не выйдя из кузова, я услышал голоса, а выпрыгнув, увидел несколько милицейских машин, толпу людей в гражданском и в серо-голубой форме, нескольких овчарок… Из 131-го выпрыгивали наши бойцы из роты охраны.
Ситуация ясна. Военных, милицию и добровольцев привлекли на прочесывание того участка леса, где, предположительно могли блуждать пропавшие. Кинологов в первую очередь. Армейские и милицейские собаки немного поворчали друг на друга, но мы их сразу же угомонили. Заодно и познакомились. Ментов-собаководов было четверо: старшина, два сержанта и один младший; всех нас распределили равномерно в цепи прочесывания: через двух-трех поисковиков один вожатый с собакой… Но теория одно, а поход по бескрайней тайге — другое.
Мы с Громом убедились в этом быстро. Лес этот, зараза, был куда гуще того, нашего. Здесь подлесок в виде маленьких елочек присутствовал, хватало и валежника. Кто-то из поисковиков отстал, кое-кто перепутался, хотя все перекрикивались, нарочно шумели, чтобы и друг друга не растерять, и привлечь внимание заблудших. Прислушивались к возможным откликам — пока ничего. Да, как говорится, лес шума не любит, но тут особый случай.
От рассветного тумана не осталось и следа, и хотя сентябрьский день теплым не назовешь, я изрядно взмок в ватнике. Гром тоже, видно, устал, дышал тяжело, высунув язык.
— Постой, дружище, — сказал я дружески, не по команде. — Отдохнем чуток.
Но он внезапно насторожился. Навострил уши, тревожно задвигал носом. И не успел я понять, в чем дело, как сзади раздался шорох ветвей, из-за ближайшей елки выбрались милицейский сержант и тяжело дышавший пес.
— Здорово… — пропыхтел сержант, рукавом утирая потный лоб. — Вы как? Мой что-то меня сюда потащил, почуял что-то…
— Да мой тоже, — сдержанно обронил я.
— Да? Ну давай проверим.
И мы доверились псам, дружно ринувшимся в одном направлении.
Вскоре и я почуял нечто. Едва уловимый, но неприятный запах. Сердце нехорошо екнуло.
И вот среди еловых зарослей замаячил просвет, мы все четверо устремились туда, вырвались на небольшую полянку…
И замерли.
От автора:
Новинка от Дамирова и Гурова в жанре Назад в СССР! Цикл ЗАВОД! Много лет я отпахал на заводе, пока несчастный случай не забрал мою жизнь. Мое сознание перенеслось в прошлое, теперь я молодой пацан — ученик на советском оборонном заводе. Вышел второй том сегодня, а на первый том скидка:  https://author.today/work/386806
  
Глава 8
 
То есть замерли мы с сержантом. В псах наших пробудился древний волчий инстинкт, оба они не столько застыли, сколько напряглись до последней жилки, став живыми пружинами. Я ощутил, как Гром натянул поводок
— Т-твою мать… — вырвалось у милиционера.
На поляне, источая тот самый неприятный запах — еще не гниения, но уже смерти — лежала растерзанная туша лося. Растерзанная не зверями: медведями или волками, а людьми. Отрубленные конечности, обезглавленный торс. Полуободранная шкура. Разделку туши, не завершив, спешно бросили.
Мгновенный вывод: браконьер или группа таковых незаконно завалили лося. Несколько часов назад. Начали разделывать, отбирая самые ценные части на продажу или себе. И здесь им как снег на голову наша поисковая экспедиция. Услышав лай собак, они сообразили, что работают силовые структуры, что спрятаться, отсидеться не получится. И поспешили рвануть, не завершив черное дело.