Противостояние (СИ)

Мужчина, не дожидаясь приглашения, прошел к вытянутому четырехугольному столу и отодвину кресло, расположился в нем.
— Ну что, начнем переговоры? — спросил он буднично, как будто его совершенно не волновал результат.
— Говори, — Волк сидевший напротив, слегка прищурился оценивающе оглядывая гостя.
— Я, Мартин Ларс, человек военный, простой и прямой, говорю просто и прямо, — начал собеседник, — я знаю, что «Струна Вселенной» находится на Тартаре. Мои глаза в доказательство этого, только что видели их спасательные капсулы. И я думаю, ты знаешь что у нас с ними были свои счеты. Но сейчас ситуация изменилась и именно поэтому я здесь, — он замолчал, ожидая реакции Волка.
— Я, все ещё не услышал предложения.
— Я предлагаю сотрудничество и вам и «Струне Вселенной». Вы поможете нам, а мы вам щедро заплатим.
— Вам часто верят просто, потому что вы так сказали? — ещё незажившие на лице шрамы Волка исказила недобрая насмешка.
Мартин достал небольшую трехмерную проекцию из нагрудного кармана, от прикосновения его пальцев, она ожила, это была голограмма большого сектора космоса.
— Вот эта планета может стать вашей, — он ткнул пальцем, и маленький шарик увеличился, — она уже адаптирована для жизни. Хочу добавить, что она гораздо приятней и гостеприимней, чем ваш Тартар.
— Мы конечно ценим, щедрое предложение, но не надо нас считать за баранов, которые бегут за морковкой.
— Я бы назвал это предложение, скромным, — спокойно и уверенно ответил гость.
Волк чувствовал, как внутри закипает раздражение, от расслабленного тона Мартина, от небрежности с которой он оглядывал окружение, лениво скользя взглядом по комнате. От его внутренней уверенности, что он выторгует, то что ему нужно и за те «плюшки» которые он готов предложить.
  
Глава 18
 
Мерзкий звук нарастал, тонкий и пищащий, где-то в голове бьющий по нервам: тревога. Тревога первого уровня. Сейчас он будет усиливаться, а потом, уже традиционно за эти последние смены, начнет сыпаться защита, от мелких незначительных повреждений, до действительно опасных разгерметизацией. И тогда только успевай посылать ремонтные команды дронов, и если не успеть, то всё их поселение, пост стоящий на самой окраине сектора, будет уничтожено.
Миор Кеги, служащий здесь по контракту, выругавшись, сосредоточился на командах, которые он сыпал почти без остановки для защитных систем, для андроидов, для систем поддержания жизнеобеспечения.
Через какое-то время назойливый звук прекратился и Миор хлебнув ещё из стакана, обвел глазами раскинутую перед ним панель. В пять рядов висящие экраны, горели цветными графиками, цифрами и схемами. Требовались определенная сноровка и опыт, чтобы реагировать на опасности и принимать быстрые решения, сортируя последовательность действий, по разным категориям. И сейчас мужчина понимал, что его смена только началась и впереди могут быть более неприятные и опасные волны и атаки.
— Боргис! — он ткнул в ухо наушник, связываясь с кем-то. — Ты слышишь меня? Как у тебя обстановка?
— Да полная жопа космоса! — отозвался собеседник. — Первая линия изоляции повреждена. Система жизнеобеспечения начинает сбоить. С дроидами отправленными для ремонта связь почти не работает. Если сейчас будет вторая волна, то мой защитный сектор может быть уничтожен! И тогда Миор, что называется, передай моим родным, что я их любил.
— Давай я отправлю своих через туннель, возможно удастся сдержать вторую волну! А там и помощь подойдет.
В наушниках раздался вой сирен и скрежет металла.
— Боргис! Ты слышишь меня? — закричал Миор.
Какое-то время раздавался только треск, затем запыхавшимся голосом отозвался человек на другом конце связи:
— Туннель обрушен, там никто не пройдет.
— Проклятье! Я вижу, что корабли с десантом и запасными командами вылетели из города. Ты продержишься?
На одном из экранов в нарушении всех инструкций появилось лицо собеседника.
— Мне уже все равно на выговоры, я не жилец, — Боргис, ловил ртом оставшейся воздух, размазывая кровь бегущую густой струёй по шее, — Миор, спасай свой пост, надеюсь тебе повезет, будь все это тысячи раз проклято!
 
В конвульсиях мужчина скатился со стула, стена которую выхватывала камера, медленно расползалась, как рвущаяся ткань, и нечто мелкое, как песок и блестящее, как конфетти, стало засыпаться комнату, окружая ещё живого человека, неотвратимо подбираясь, и в какое-то мгновенье, накинулось, прожорливым блестящим комком, раздирая и поглощая ещё живую плоть.
Из Боргиса выскользнуло нечто прозрачное и попыталось скрыться, но было настигнуто и разорвано, и точно так же, употреблено в пищу неизвестной колонией инопланетной жизни.
Миор отключил экран, сосредоточившись на командном пункте, ему совсем не хотелось повторить судьбу своего собрата.
После прилета эскадрильи грузовых и боевых самолетов, аванпост Боргиса, был сожжен и уничтожен полностью, чтобы испепелить прорвавшихся тварей. Это, конечно, их остановит, но надолго ли?
Миор довольно успешно отбил вторую атаку, видимо, большую часть хищной колонии они истратили на захват поста Боргиса, и Миор закончил свою смену живым.
Он вышел на взлетную площадку, на самом верху высокого серого здания, кожи коснулся искусственный ветер, и осветило искусственное освещение. Где-то на спине липко и противно тек пот, страх как холодная жаба, сосала под ложечкой. Если б он только мог никогда сюда больше не возвращаться. Каждая следующая смена могла быть последний, как у его знакомого сегодня. Сколько раз он раскаивался в том, что согласился на казавшиеся ему такие выгодные условия, которые решат, все материальные проблемы, ведь всё казалось таким простым. Или ему внушили, что все просто?
Он пристегнул ремни и аэрокапсула рванула в небо, унося его от этой мрачной и серой башни.
Полет длился недолго, андроид-водитель, посадил ветхую посудину, в небольшом поселении. Оно состояло из невысоких домов, больше напоминающих казармы, каковыми впрочем они и были. Добравшись до своего жилья, Миор долго стоял под струями воды, как будто это могло смыть чувство безумного страха, которое преследовало его, безнадежность и обреченность.
На небольшом ключе управления, которое осталось в кармане одежды, раздался писк.
— Кто-то в гости пожаловал, — пробурчал мужчина, выключая воду и заворачиваясь в полотенце со стертым рисунком.
На пороге его комнаты стоял невысокий, невзрачный мужчина, в рабочей робе, которые носили, все местные поселенцы. Он подозрительно оглянулся вокруг, втолкнул обратно в комнату Миора и тревожным шепотом оглядываясь по сторонам сказал:
— Хочешь жить, собирайся бегом, у нас мало времени.
— Ты кто? О чем ты? — растерянно спрашивал хозяин маленькой комнатки.
— Быстрее! — гость бесцеремонно открыл шкаф, выхватив оттуда комплект одежды. — Одевайся!
Миор автоматически натягивал на мокрое тело штаны и рубашку. А незнакомец, тем временем, открыл шкаф с едой, быстро набирая в сумку висевшую у него на плече, продукты.
Обувшись, хватая с вешалки куртку, Миор выбежал вслед за незнакомцем. Под искусственным освещением, прячась в тени серых стен они узкими проходами побежали прочь от барака.
— Моё имя Веня, — на ходу представился спутник.
— Миор.
— Я знаю кто ты. Инспекторы уже вылетели за тобой, это чудо, что мы успели.
— Какие инспекторы? — уже со сбитым дыханием от бега по пересеченной местности, спросил попутчик.
— Паразит внутри работает на отлично, — пробормотал Веня, поглядывая на на Миора, — борись с ним, хочешь жить — борись с ним, мужик!
— Ты о чем?
Они выбежали к скалам, теряющимися своими пиками где-то на недосягаемой высоте. До границы зоны обитания оставалось меньше километра. Миор чувствовал, как его тело наливается тяжестью, ноги отказываются слушаться. Острый панический страх сдавливает дыхание. Негласный запрет пересекать черту зоны, отдаётся физической болью в теле.