Академия Зла, или Сын для козла

– А долго нам еще ехать? – послышался старческий голос деда откуда-то сверху. – Долго, спрашиваю?
Все промолчали. Никто точно не мог определить, долго или нет.
– А то чую, что не дотерплю! – вздохнул дед. – Надо было сходить на дорожку. Но на дорожку уже кто-то сходил… Ой, точно не дотерплю!
То, что над всеми нами нависла угроза, стало понятно, когда дед мучительно простонал.
– Может, нужно было матом обложить для безопасности? – пошевелились мои соседи, обсуждая перевозку семейного сервиза.
– Я обложил! Знаешь, чуть не охрип, пока обкладывал! Все слова вспомнил! – рапортовал глаза семейства, пока я сдувала кисточку с лица.
Судя по ощущениям в области попы и спины, я участвовала в какой-то дикой, разнузданной оргии, которую затеяли шампунь для выпадения волос и бальзам для блеска лысины.
– Погоди, а это кто? – послышался встревоженный женский голос. – Кто это? Женщина какая-то? Отвечай! Что за баба сидит в нашем чемодане!
Всем было очень интересно. И мы своим молчанием требовали продолжения.
– Ты что? Взял с собой любовницу? При живой-то жене! Любовницу! В Академию! – взвизгнула жена. – Да я ей все рога поспиливаю! Да я ей хвост вырву!
– Моя любовница, между прочим, отлично разбирается в ядах! – послышался оправдывающийся мужской голос.
– Добро пожаловать в семью! – тут изменился голос жены. – Ой! Там, в кармашке конфеты. Протяните ручку. Можете угощаться, девушка! Ужасные конфеты! Просто отвратительные! Мои любимые! Держите конфетку. Эй, козел! Передай конфетку нашей любовнице! А то мало вдруг, она с утра ничего не ела!
– Очень неприятно! – послышался еще один вежливый женский голос. Кто-то прошуршал оберткой. – Будем знакомы.
– Конечно, конечно! Вы там устраивайтесь! Нам как раз специалист по ядам нужен! – произнесла жена. – Смотри, чтобы НАШЕЙ любовнице не дуло!
Сверху послышался хруст и стон.
– Ай! Мои очки!!! – донесся до меня мужской голос с верхов.
– Кто виноват, что у тебя их два! У всех нормальных людей одно, а у тебя их два! – прошипел женский голос.
– Твари, а мы можем ехать молча? – произнес мужской суровый голос их чемодана за спиной.
– Не можем! Верхи не могут, низы не хотят, – донесся ответ из глубин багажного ада.
 
Глава пятая. «Радители» от слова «радость»
 
Каждый уважающий себя демон мечтает сделать в своей жизни великую пакость. Или изобрести нечто такое, о чем потом пожалеют миллионы.
Например, пластиковые одноразовые вилочки. Да-да, те самые, которые ломаются под натиском особо упоротой котлеты. Те самые, которые оставляют свои зубчики в котлете. Или унитазы, которые в ответственный момент обдают тебя холодными, внезапными и очень негигиеничными брызгами. На худой конец – пакеты из гипермаркетов, в которые внезапно рвутся, заставляя тебя ползать по асфальту и собирать покупки.
Каждый демон – родитель, отправляя ребенка в Академию Зла, искренне надеется, что именно его чадо станет автором пакета от сока, в котором остается как минимум «невыливаемая и невыпиваемая» четверть. Или автором спутанных проводов для наушников.
Я была не исключением. И тоже грезила, что мой мальчик пока тихий, тихий, а потом как изобретет что-нибудь эдакое! Так бывает со всеми злыми гениями. Я читала.
– А что? Любовницу можно было брать? – возмутился женский голос с непередаваемыми нотками сожаления. – Надо было брать своих любовников!
– Дорогая моя, – послышался слегка озадаченный голос мужа. – У тебя что? Любовники?!
– Ну, вот так всегда, – в женском голосе звучала смертельная обида. – А ты прям, как моя мать! Она мне запрещала заводить кота! А ты запрещаешь заводить любовника!
– А долго еще? – донеслось тревожное сверху. – А то терплю уже сколько!
– Что? Мочи нет? – ехидно заметил кто-то снизу.
– Вот она-то как раз и есть! – огрызнулся кто-то наверху. – И много!
– Он нас не замочит? – спросил подозрительный женский голос справа.
– Вылезу всех замочу! – рявкнул чей-то дед, пока поезд уносил нас в Академию. Мне было ужасно неудобно. Бальзам решил, что стандарт его больше не интересует. Он требовал большего. А пока что пытался намекнуть, что на следующем повороте он таки- добьется своего.
  
– У меня уже все затекло! – простонал мужской голос сверху.
– Я еще даже не начинал! – донесся голос «нетерпеливого старичка». – Ыыыы! Надо было сходить на дорожку!
– Могли бы сделать это на вокзале! – послышался жующий конфеты голос. – Там вход бесплатный!
– Зато выход платный! А дольше трех минут там не смог находится никто! – рявкнул дед сверху, продолжая поскуливать.
Поезд набрал скорость, а я пыталась взять себя в руки. У меня это получилось. В той позе, в которой я лежала, я могла взять уши в ноги и хвост в рот. Я думала, что дорисовала Камасутру в свои прошлые отношения. Но нет! Сейчас я, видимо, ее переиздаю!
Внезапно откуда-то сбоку послышался протяжный вой.
– Вы что? Собаку с собой взяли? – зашуршали чемоданы по протяжное и унылое: «Ауууууу!».
– Нет, это наш младшенький репетирует! У него по расписанию занятия игре на волынке! – послышался раздраженный ответ. – Три часа подряд!
– Если вы сейчас не заткнете вашу волынку, я достану свою волыну! – зашипел кто-то из моих соседей.
– Мы ее не доставали. Это он пропевает! – огрызнулись в ответ.
Я сморщилась, сплюнув свой затекший хвост, и зажала уши коленями. Не то, чтобы я ничего не слышала. Но хотя бы не так громко.
– Кто проковырял себе глазок! Умоляю, вычислите этот чемодан! – послышался мужской голос.
Потом вой стал хриплым. И под конец вообще прекратился. Воцарилась тишина.
– Ты что? Прямо здесь хочешь? Да? – послышался встревоженный женский голос. – Нас могут услышать! Прекрати!
– Ничего страшного, занимайтесь! Мы еще советы дадим! С высоты своего опыта! – послышались зловещие смешки со всех сторон. – Давай, мужик! Поднажми! Слышишь, как она стонет!
– Мы, вообще-то, собирались обсудить внутренние семейные проблемы! – обиделся женский голос. – По поводу его зарплаты! Она у него упала!
– Может, она на тебя упала? У моего мужа на меня зарплата регулярно поднимается! – ехидно заметил другой женский голос. – Как приятно, когда у мужа на тебя поднимается зарплата!
– Ой, не могу-у-у! – послышался голос деда сверху. – Внучок, хана твоим учебникам!
– Он встал! – послышался радостный мужской голос.
– Поздравляем! Это надо отметить! Сейчас найду календарь и отмечу красненьким! Полусладким! – послышался ядовитый голос бабки. – Эх! И почему это меня на вокзале не украли!
– Поезд встал, – гневно оборвали бабку, которая зашевелилась. – Слышите?
– Слышим, – прислушались голоса, тихо шурша по чемоданам. – Встал! Мы приехали? Что? Уже?
Поезд действительно стоял. «Вы прибыли в Академию Зла! Убедительная просьба убрать за собой шелуху от семечек, огрызки и трупы!», – послышался бодрый голос. Детские голоса взорвали перрон. Их было слышно даже здесь.
– Господа и дамы, отцы и мамы! – прокашлялся чей-то отец. – Давайте договоримся! Ни звука! Это понятно? Под угрозой будущее и ваших детей!
– Ну, разумеется, конечно, а как иначе? – послышалось со всех сторон.
У демонов всегда был свой этикет. Весьма гибкий и своеобразный. Не смотря на любовь к пакостям, хамству, грубости и ядовитым подколкам, демоны могли вести себя вполне солидно. Еще ни один смертный не припомнил демона, явившегося ему на зов в грязном костюме и вопросом: «Че надо?». Такое поведение считалось недопустимым и навсегда перечеркнуло бы поток душ, бесконечно поступающих в ад. Поэтому если какой-то демон вдруг чувствовал свою выгоду, то он тут же превращался в то, что люди называют вежливым и приятным человеком.
– Я буду молчать, как могила! – послышался сиплый и скрипучий голос.
– Еще раз! Сейчас у всех нас одна цель – попасть в Академию! – продолжал чей-то отец, пока поезд сипло спускал пар. – Потом – каждый сам за себя!