Дамнар: Неведение (СИ)

— Ну уж нет! Я не хочу получить заговоренный кинжал в бок, пока буду поддерживать проход открытым. Да и вдруг я не смогу держать себя в руках? Или мы вдруг внезапно снова стали друзьями?
— Твои предложения? — с невозмутимым видом поинтересовался Селфис.
— Сначала переходим я, Леди, мой брат и маги. Переносим «Итернитас». Затем толпа, — юноша скривился и процедил слово сквозь зубы, — избранных. Замыкать будешь ты и Отец. Последним попытаемся перенести ваш дворец, когда достигнем выбранного вами места.
Селфис уже в открытую рассмеялся:
— Хочешь захлопнуть проход у нас перед носом или расплющить в композитуме? Избавиться разом от меня и от Князя? Занять оба трона разом?
Темный был уязвлен. Закатил глаза к небу, затем прикрыл веки, сокрушенно покачал головой. Да, ему хотелось избавиться от Селфиса — это ни для кого из присутствующих не было секретом. Но причинять вред Отцу он и помыслить не мог, даже несмотря на то, что их взгляды на многое не совпадали, и они почти всегда общались как кошка с собакой. К тому же, ему порядком надоел этот разговор, и он мечтал поскорее его завершить. Находиться вдалеке от Итернитаса продолжительно время причиняло физическую боль. Замок настойчиво звал его назад.
— Это уже просто загадка про козу, волка и капусту… — в голосе наследника слышалась апатия, раздражение уходило. Как же он устал от скачков настроения… Мысли о погибающем мире навевали тоску. Вода в озере уже перестала нагреваться, от нее шел теплый пар. Пространство около берега затягивалось туманом.
— Ваши маги как раз будут гарантом того, что удержат потоки от закрытия, пока не истратили силы на бессмысленную груду дерева и камней. Неужели они не дождутся своего правителя? И я настаиваю на том, чтобы оставить ваш дворец там где он сейчас и стоит. Все равно воевать придется.
— Ты хочешь оставить Леди Руаcил’авара без её наследия? — спросил Селфис с максимально невинным видом.
— И с каких пор эльфам стало крайне сложно провести пару месяцев в лесу под открытым небом? — огрызнулся тёмный. — Ну, если ты хочешь вытаскивать потом своих подданных из-под завалов, то да — давай так и поступим. Ты готов рискнуть? Неужто самому наследнику Вечного Леса груда камней и деревяшек дороже жизней? — тёмный не упустил случая задеть эльфа в ответ.
Глаза Селфиса недобро сверкнули, только вот опять это смог увидеть только Наследник. Эльф хотел было ответить на колкость, но женщина его опередила.
— Melin lan [Дорогой сын], в его словах есть правда. Ему может не хватить сил. Мы так никогда не договоримся, а время, к сожалению, не терпит, — оборвала тираду Леди. Она упорно не смотрела на тёмного. Её взгляд вновь устремлялся вдаль.
Глядя на посеревшее лицо Наследника, Селфис был более чем удовлетворен, даже несмотря на то, что мать опять лезет не в свое дело.
Когда спорящие замолчали, переводя дух, из леса на опушку вышел коренастый парень, держа одну руку за спиной. Тёмные, как по команде, повернулись в его сторону, обнажая клинки. Парень на секунду остановился, расплылся в дружелюбной улыбке, поднял свободную руку ладонью вперед на уровень груди, медленно вытащил из-за спины вторую, в которой оказался большой букет из лесных и полевых цветов. Поклонился и жестами начал просить разрешения подойти.
— Сатир? Безоружен, — пробормотал Отец. — Без одежды что-то спрятать довольно проблематично. Пусть подойдет, — равнодушно сказал он, убирая саблю обратно за пояс. Его сын тем временем не спускал с сатира глаз и меч не опустил.
Коренной житель Атиозеса, увидев, что старший оружие убрал, обрадовался, закружился, и танцуя, говоря что-то на своем языке, приблизился к Леди Руаcил, периодически кланяясь, передал ей букет.
Леди, улыбнувшись, принимая дар. Слегка склонила голову, позволив поцеловать себе руку, чем привела сатира в бурный восторг, который стал весьма заметен всем присутствующим.
— Может его какой-нибудь тряпкой хоть обмотать? — брезгливо пробормотал тёмный чувствую крайнюю неловкость от близости к Леди полностью обнаженного мужика, если не посчитать «одеждой» густую шерсть на козлиных ногах.
 
— Не будь ханжой, — парировал Отец, сразу потерявший к сатиру интерес.
Леди Руаcил тем временем мягко передала букет Светлому, аккуратно прикоснулась пальцами к вискам обомлевшего сатира. На несколько минут они замерли. Когда она убрала руки, сатир в двойным восторгом продолжил свои танцы перед ней, а она с оживлением обратилась к присутствующим:
— Этот мир очень похож на наш. Его населяют люди, и разные виды фейри. Чудовища встречаются редко. Леса обширны, есть несколько удобных островов. Всем хватит места, — в голосе Леди слышались нотки облегчения.
— Только если не считать чудовищами всех вышеперечисленных и нас с вами, — пробурчал Наследник.
Женщина, как обычно, проигнорировала его реплику и продолжила:
— Нам пора в путь. Необходимо выслать приглашения, собраться и начать расчищать место. Окончательно договоримся о порядке на нашем берегу чуть позже.
Леди Руаcил’авара умолкла, взяла под локоть сына и замерла в ожидании, смотря в сторону озера.
Тёмный нарочито сделал вид, что не понял, или не услышал. Исключительно ради интереса, попросит открыть проход, или нет? И тут же получил заметный пинок локтем в бок от Отца.
Наследник Итернитаса поджал губы, нахмурился, но меч все же убрал в ножны. Затем открыл руки навстречу энергетическим потокам. Привычная магия заструилась сквозь него, заполняя все тело и разум, от пальцев ног к рукам. Пространство между мирами сжималось, сокращало дорогу, которую не пройти обычным шагом, не перелететь на простых крыльях. Когда юниверсумы достаточно приблизились, образовав тоннель, в толще двух миров открылась брешь, которую он аккуратно растянул для удобного прохода пары. Проверив прочность портала, сотканного из границ иных миров, убедившись в её безопасности, отсутствия случайных, попавших в ловушку композитума существ, театрально поклонился и молча сделал приглашающий жест.
Леди Руаcил снова слегка улыбнулась, поклонилась отцу и сатиру, и покинула мир под руку с сыном, не удостоив Наследника даже мимолетным взглядом.
Как только эльфы скрылись в портале, Сет тут же получил подзатыльник от отца.
У князя уже давно чесались руки накостылять отпрыску за его несдержанность, но подобные разбирательства он предпочитал проводить с глазу на глаз. Сын превосходил силой всех присутствующих вместе взятых, чем вызывал гордость и зависть самого князя, но холодной головы Наследнику ой как не хватало. Когда Сет только появился на пороге Интернитаса после длительного пути, вместе со своим щенком, князь заметил, что несмотря на все достоинства и горячность, разум сына слишком человечен для замка Проклятых. Пришлось идти на крайние меры, иначе во время войны огромный потенциал был бы растрачен попусту. И подобную силу лучше держать в узде. И в союзниках.
— Что за цирк ты устроил? С чего такие переживания? Ты ведь не врал мне тогда? Ты вошел в воды Озера Вейриегеланг? — Князь не сомневался в том, что сын выполнил тот старый приказ. Он неоднократно уже успел убедиться в преданности сына как воина, так и, проверки ради, палача. Но тоска и боль в глазах сына, когда речь шла о погибающем мире и его обитателях, вновь заставили усомниться в том, что чудесное озеро сработало не совсем так как нужно.
Юноша распрямился, раздраженно дернув головой, но оплеуху будто бы не заметил.
— Если бы я тебе тогда наврал, я бы выглядел получше, чем сейчас. Чувствую, мне еще сильнее это аукнется, — Сет, ощущая дурное послевкусие от состоявшегося ранее разговора, и настойчиво зовущие обратно в Итернитас нити, продолжал огрызаться. Как только эльфы скрылись в портале, он почувствовал весомое моральное облегчение. Вода в озере рядом была уже полностью спокойна и потихоньку остывала.
Отец, обреченно вздохнув, положил сыну руку на плечо:
— Я беспокоюсь о тебе, — тон Князя значительно смягчился, он действительно успел привязаться к сыну за несколько лет и проникнуться к нему симпатией. Порой тот заставлял его вспомнить о человеческих эмоциях, что с одной стороны злило, с другой притягивало необъяснимым образом. — Ты недостаточно тверд, и озеро, похоже, не помогло отделить от тебя лишнее.