Дамнар: Неведение (СИ)
Когда их взгляды встретились и глаза князя окутала тьма, Ластиэль испытал смешанные чувства. «Узнал? Неужели он меня узнал и понял, зачем я пришел? Первая Матерь, пусть он нападает! Спровоцирует хоть чем-то! Самозащита не будет нарушением приказа». Но прежде, чем что-либо успело произойти, между эльфом и дамнаром встала дракайна и, повернувшись лицом к князю, стала развязывать повязку.
Стоило перед взором Сета появиться дракайне, тот с долей облегчения закрыл глаза. Он привык за годы знакомства взаимодействовать с ней. Её прибытие помогло сбросить с плеч тяжелую каменную глыбу. Шансы спасти Джастина теперь казались не столь призрачными как раньше — кровь людей, хоть и вливалась в тело брата почти непрерывно, сильно убрать чёрноту не смогла. И он был слишком вымотан, чтобы думать ещё и о невесть зачем взявшемся племяннике. Хоть Селфис никогда и ничто не делал просто так. Все равно придется держать ухо в остро.
Дракайна не спешила, дав себе время хорошенько рассмотреть Сета. Но только этого всегда было мало, путь она и очень ценила его согласие находиться под её взглядом. Она подползла поближе, обвила его почти ледяное тело своим хвостом и нежно прикоснулась пальцами к его векам, темнота на которых уже стала сереть и затягиваться обратно в глазницы. Затем надела на его палец кольцо.
— «Ис-с-схудал. Потемнел. С-с-студеный, ч-ш-што дажш-шш-ше я теплее. Ч-ш-ш-што ты натворил?»
— Я-то думал, тебе все уже рассказали.
— «С-с-с-сказали… А можш-шшет чш-што и утаили. Ты знаеш-ш-шь, ч-ш-ш-то глубок-х-хо под з-с-с-семлей? Чувс-с-с-ствуеш-ш-шь эти корни? Пок-х-ха не с-с-слиш-ш-шком далек-х-хо в этой с-с-стороне, но это лиш-ш-шь один берег. А ч-ш-што ж-ш-ше творит-с-с-ся внутри?»
Сета передернуло всем телом. Он поджал губы и сокрушенно завертел головой.
— Тебе совсем тяжело?
— «Пот-с-с-серплю. Прег-х-храду переплыв-в-ву, а там буду в оз-с-сере. В воде легч-ш-ш-ше. Но внутрь не п-х-хойду, и не прос-с-си. И уйду с-с-с первым мороз-с-сом. Боюс-с-сь в с-с-спячку ух-х-ходить в таком мес-с-сте».
— Я буду приносить его… — с благодарностью и облегчением в голосе ответил Сет. — До прибытия магов и холодов сможем продержаться.
— «Уверен, ч-ш-што с-с-соглас-с-сятся прийти и помоч-ш-шь?»
— Уверен, что поставят свои условия, а у меня особо выбора нет.
— «Не мог-х-ху не с-с-сказ-с-сать. Парниш-ш-шка. В его с-с-сердц-с-се мес-с-сть и при нем оруж-ш-шие. Не з-с-снаю вс-с-сего, но поберегис-с-сь.»
— Спасибо, учту. Побеседуем позже, ладно? Не хочу тянуть.
Дракайна кивнула, забрала кольцо и скользнула в реку, мгновенно скрывшись под водой. Дождавшись, когда она доберется до другого берега, Сет начал творить ледяной мост и давать распоряжения, бросив короткий взгляд на Есению: — Подготовь гостям комнаты, осмотри Силавию — она у Олафа, и возвращайся к себе. Ярец, если тебя Кэйа не пришибет сковородкой, вели приготовить вам всем еды. Обнажите оружие — пеняйте на себя.
Повернувшись к путникам спиной, князь первым ступил на мост, добавив приказ, не оглядываясь на путешественников.
— Октавио, если эльф выкинет хоть какой-нибудь финт, который мне бы не понравился, без промедления перегрызи ему горло.
Ластиэль медленно и осторожно убрал руку с рукоятки клинка, с опаской поглядывая на Октавио. Тот подбадривающе положил руку на плечо друга и пошел вслед за Ярцем и Есенией, уже спешившим выполнять указания.
Глава 34. Багхес
Ксантос — зал собраний магического совета располагался в зоне энергетической аномалии Атиозеса. Здание находилось на самом широком из известных парящих фьордов, и представляло собой амфитеатр, увенчанный куполообразной крышей. К нему примыкали несколько строений состоящих из парадной анфилады залов. Внутри помещения для собраний парили несколько природных фьордов, обустроенных в качестве ложи, на каждом из которых размещались представители магических сообществ, ковенов, лесных домов и людских градоправителей.
К каждой ложе вела винтовая лестница, отделанная мрамором и гранитом. Простенки между ними заполняли прозрачные барельефы, выполненные из горного хрусталя. Свод купола украшали углубления прямоугольной или иной формы на поверхности свода, придающие ему глубину. Внутри каждого углубления красовалась картина, изображающая сцены из истории и мифологии обоих миров.
Энергетические потоки, циркулирующие в пределах периметров каждого ложа не шли ровно, а будто бы обволакивали каждый фьорд по небольшому радиусу, образуя купол в форме яйца. Благодаря этому соседи могли не переживать, что в случае вражды до них доберутся недоброжелатели магическим импульсом — энергия не выходила за пределы аномального природного купола.
Но при этом, в самом амфитеатре, отчасти благодаря решениям архитектуры, отчасти благодаря той же аномалии — звук распространялся прекрасно. Дабы быть услышанным совершенно не обязательно было прибегать к крику или магическим средствам усиления голоса. В случае решения обывательских вопросов, докладывающий мог бы говорить и полушепотом — его бы прекрасно было слышно в тишине. Но не в этот раз.
Среди общего галдежа всплывали наиболее громкие выкрики, чередующиеся со спокойными ответами Клэр, и комментариями Селфиса которые направляли совет в нужное русло.
Вокруг то и дело слышались недовольные голоса и ропот перерастал в нестройный гул:
— Это просто немыслимо!
— Провокация!
— Он думает, ему все спустят с рук?!
— Мало ему было войны в Вириди Хорте?
Селфис наслаждался вызванным переполохом среди магов. По отдельности почти каждый из них сталкивался с результатом его экспериментов, но их терпение было подорвано в тот момент, когда он объявил о недуге Леди Руасил и попросил помощи в том, чтобы вывести сына дамнара на чистую воду и остановить распространение заразы. Он и так сделал объявление спустя пару дней после сообщения Бахгеса о том, что договор исполнен.
Благо, у совета всегда уходило много времени на сборы и обсуждения. Вскоре на пегасе с письмом прилетел молодой Волк, что спутало магам все ранее озвученные доводы, но стало уводить их от желания немедленно разобрать Итернитас до камня. Оставалось только подтолкнуть.
— Господа, не будем забывать, что он связан клятвами, как я и моя матушка. Да и у большинства из вас также есть нерушимые знаки на груди. Открытый конфликт запустит магию и просто поджарит участников, — произнес он назидательным и обеспокоенным тоном, старательно пряча азарт.
— Но он же отравил её! Вы намерены стерпеть?
— Наши лекари делают всё возможное для её исцеления. И готов взять на себя её бремя правления. К тому же, он действовал не своими руками. Леди Силавия могла быть подвергнута внушению, или же была обманута… Яд обнаружен именно на тех письмах, что передавала она. Мы намерены оказать ей посильную помощь и вернуть в родные края для дальнейшего разбирательства.
«Еще одна жертва ради спасения мира? Вылечить-то её, может и вылечат, а что потом? Обвинения серьезны… Понятное дело, что в своей причастности он не сознается, но так сформулировал… Готов… Воистину, готов? От чего же мне так беспокойно?» — Багхес, уже порядком уставший от многодневных дискуссий, и лишенный возможности обсудить свои сомнения с кем-либо все глубже погружался в свои мысли.
— А мертвецы, похожие на гулей, то тут, то там?
Селфис скосил глаза в сторону Клэр, но ей подсказка не требовалась. Длившиеся уже почти неделю разборки утомили её. Врать не имело смысла — во время заседания её лишь просили озвучить, что ей было известно и собственные домыслы:
— Справедливости ради, считаю необходимым уточнить, что он интересовался у ковенов, не появлялись ли подобные существа на их территориях…
— Хотите сказать, что он к этому непричастен? Он же сам с даром тьмы. Ни за что не поверю, что сотворить подобное ему не по силам.