Чувства не по плану (СИ)
— Почему разрушенные? — Прошептала я, едва шевеля губами. В моей голове пронеслись сразу несколько негативных «сценариев» фильма, о котором говорил Влад. Развод, измена. Выкидыш, или даже смерть… жены? У меня бежали мурашки по коже от такого «развития сюжета». А Влад снова смотрел мимо меня.
— Тут уже как захочешь. — Улыбнулся одними губами Влад, так холодно и безразлично, словно мы только что не поверяли друг другу тайные мысли. — Жизнь, она не всегда справедлива. Нужно помнить об этом, когда влезаешь в риск по уши и закрываешь глаза на обстоятельства.
— Но кто не рискует, тот не пьет шампанское. — Я стиснула зубы, не желая поддаваться пессимизму Влада. Он только улыбнулся в ответ, и в этой улыбке сквозила неизбывная горечь.
— А ты похожа… на главную героиню фильма, о котором я тебе сейчас рассказываю. Безумству храбрых поем мы песню? Считай меня трусом, если тебе так угодно. Но прежде чем отрицать мои доводы, просто вспомни самое начало «фильма». Первая влюбленность, постепенно перерастающая в нечто особенное. Брак и совместная жизнь, томные вздохи по ночам и кофе по утрам. Поцелуи тайком в шею, когда поезд метро уносит обоих в будни, наполненные ожиданием вечера и скорой встречи… Не прячь мечтательный взгляд, Нелли. Я уже узнал тебя лучше, чем кто-либо другой за эти несколько дней. Мы слишком похожи с тобой. Слишком романтичны и восторженны… были когда-то. Но жизнь потрепала нас, и теперь мы способны только ходить кругами, возле друг друга, боясь сделать первый шаг.
— Речь не о нас! — Ощетинилась я, словно ежик иголками, чувствуя, как Влад плавно двигается ближе, чтобы сесть рядом. Его руки обхватили мою талию, насильно поворачивая меня лицом к себе.
— А если о нас? — Влад прищурился, становясь похожим на хищного зверя, вышедшего из джунглей. — Ну хорошо. Беги от меня, детка. Беги! Я все равно догоню. Тебе же хуже. Закрывай глаза на то, как тебя влечет ко мне… а меня — к тебе. — Я зажмурилась и изо всех сил замотала головой, чувствуя, как мои волосы мягко хлестнули его по лицу.
— Ты не хочешь говорить о нас, зато тебя волнует финал красивого фильма, а Нелли? — Я почти физически почувствовала, как Влад начал приходить в бешенство. — Тогда слушай! Я не знаю, какого черта люди ищут от добра добра! Зачем ломают свои счастливые браки ради призрачной возможности продолжения рода! Почему не наслаждаются тем, что имеют, а все время хотят большего?! Я никогда этого не пойму! И нет ничего крамольного в том, что я не хочу ребенка. А хочу тебя! — Я вспыхнула от гнева и нечаянно накатившего возбуждения, но Влад не дал возможности мне ответить. Резким рывком он отбросил волосы, лежащие вуалью на моем лице, и впился жестким, требовательным поцелуем в мои губы. Я едва слышно застонала, пылко отвечая на поцелуй. Мой уютный мир снова рассыпался на миллион осколков под натиском Влада. То, что рядом со мной он не всегда может держать себя в руках, казалось мне чудом. Мы такие разные, что его постоянно зажигает во мне? Что он нашел за красивым фасадом в той перепуганной маленькой девочке, все еще отчаянно жаждущей одобрения и внимания от того, кто нравится ей? Наш поцелуй длился вечность, и я удивилась, когда Влад нашел в себе силы оторваться от меня. Мы оба часто дышали, все еще пожирая друг друга взглядами. На скулах Влада, так же как и на моих, алели пятна — гнев, желание слились в единый поток, лавину, что рушила преграды между нами.
— А я хочу ребенка! Но не от тебя! — Выпалила я, сама удивляясь тому, что снова вернулась к этой теме. Влад нервно стиснул челюсти.
— Не буду врать тебе. Будь ты моей женой, я никогда не рискнул бы твоей жизнью ради ребенка. Я бы выбрал счастливый конец того фильма, о котором мы говорили с тобой. Благополучная жизнь вдвоем. Мне — достаточно быть с любимой, я растворяюсь в чувствах полностью, ценю настоящее, не желая большего. Я не согласен потерять разом целый мир в один момент — свою счастливую семью, обожаемую жену из-за нерожденного малыша. Дети не стоят этого. — Мне снова захотелось плакать. Влад — как два полюса. То тянет магнитом, когда отпускает себя. То, наоборот, отталкивает словами. Своей убийственной точкой зрения. Вот упертый… баран!
— В таком случае, мне повезло, что я — не твоя жена. — Сверкнула я глазами, ставя точку в этой непростой для меня теме. — И никогда ею не буду!
— Ты провоцируешь меня на спор? — Голос Влада снова стал тягучим, ироничным, словно мед, стекающий по краю бокала. — Или ждешь предложения руки и сердца прямо здесь и сейчас? Может это твой хитрый план?
— По завлечению тебя в узы брака? — Хохотнула я, приходя в себя, возвращаясь к привычной манере общения с Владом. — Боишься, что накину на тебя цепи Гименея? Держи карман шире! Думаешь, гламурной красотке вроде меня нужен накаченный художник? Да я устану от тебя отклеивать лиц женского пола, в возрасте от пятнадцати до пятидесяти лет! Все будут вешаться тебе на шею, прикрывая пошлые намерения заказами на картины! — Влад расхохотался и непринуждённо провел большим пальцем по моей шее, чуть касаясь бьющейся жилки пульса. Мое сердце снова совершило скачок в стратосферу.
— Ты мне льстишь! Если бы твои слова совпадали с реальностью, то я бы уже имел солидный счет в банке и личный вертолет, как Кристиан Грей или «Пятидесяти оттенков…». На деле я — всего лишь нищий художник. Зачем тебе я в браке? Так, разве что на одну ночь…
— А вдруг мне понравится, и мы не ограничимся одной ночью? — Прищурилась я, явственно демонстрируя, что я тоже умею играть в его игры. Глаза Влада потемнели от плохо скрываемого желания.
— Думаю, я как-нибудь переживу это… — Он нагнулся и прошептал мне последние слова на ухо, а его горячее дыхание обожгло мне нежную кожу шеи.
Глава 28
В Стамбул мы попали к ночи. И то, потому что Влад гнал, как сумасшедший, после нашего «часа откровений». Он был настолько сосредоточен на дороге, что я молчала, сидя на переднем сидении, изучая исподтишка его чуть заметную морщинку между бровей и сильные пальцы, крепко сжавшие руль. Город встретил нас разноцветьем турецких нарядов, криками муллы и раскаленной, за долгий жаркий день, брусчаткой на главной площади. Мы с Владом валились с ног от усталости, и еле-еле припарковавшись у какого-то отеля, пошли пытать счастья в поисках свободных номеров.
Через тридцать минут изрядно помрачневший Влад сорвался на крик:
— Нелли, почему ты не заказала нам номера еще утром?!
— А как? — Искренне удивилась я. — Силой мысли, наверное? — Влад закатил «очи горе»:
— Про онлайн бронирование ты не слышала? — Признаюсь, тут он посадил меня в лужу. Я крякнула, и перешла в наступление. Моя излюбленная тактика, если я что-то косячу, между прочим. Организм реагирует практически автоматически.
— Кто меня пригласил в поездку? Кто сказал, что все организует? Может, Господь Бог? — Влад смешался и умолк. Задумчиво пожевал нижнюю губу и неожиданно бросил:
— Нелли, ты права. Я идиот. Я думал, что ты позаботишься о ночлеге. А я — о машине.
— Да я ничего не имела бы против. — Пожала плечами я, все еще держа марку. — Но я пока еще не прокачала скилл чтения мыслей. Мог бы попросить меня об этом. И я бы с удовольствием помогла тебе.
— Я — идиот. — В очередной раз уточнил Влад и со вздохом упал на мягкий диванчик в холле дорогого отеля, куда мы завернули после наших предыдущих попыток заселиться. — Кто ж знал, что сегодня — Шопинг фестиваль в Стамбуле?
— Тебе еще повезло, что ты знаешь турецкий. Иначе этот приятный молодой человек администратор на пальцах не объяснил бы тебе про праздник.
— Про толпы туристов на улицах. Про местных жителей, которые съехались именно сегодня в Стамбул, чтобы побывать в храмах. И про то, что все забронировано не только в тех пяти отелях, которые мы посетили с тобой по ходу поиска. А вообще по всему городу. — Добавил Влад.
— Класс. — Расстроилась я. И даже собралась заплакать. — Значит, спать будем в машине. По очереди. Я еще и есть хочу. Чур, я первая на заднее сидение. У меня был слишком долгий день. — Поднявшись с кресла мешка, на котором я сидела все то время, пока Влад безрезультатно общался с администратором, я направилась к выходу, шаркая нонами, как старуха. У не было никакого настроения на светские беседы с Владом. Я понимала умом, что он не виноват. Но в тоже время обида грызла внутри. Такая смешная, детская: «хочу, чтобы все было гладко!»