Их любимая игрушка (СИ)
— Но ты ведь пришёл сюда ко мне сейчас совсем по другой причине, да? Вам нужно будить свою армию и вести её на убой. А без меня это сделать затруднительно.
Я уже подняла голову, отяжелевшую от ноющей в висках боли, и от притупившихся после долгих рыданий чувств. Но мне всё равно было невыносимо смотреть в слишком серьёзное лицо Лиана, склонённое надо мной, потому что никак не могла к этому привыкнуть. К мыслям, что он был мне ближе и дороже все последние двенадцать лет, чем мои официальные родители. Если так подумать, я ведь общалась с ним намного больше, чем с собственным отцом.
Это какое-то чистое безумие. Настолько хорошо знать человека и при этом не помнить о нём всего (о, господи!) несколько дней. Как такое вообще возможно?
— И по этой тоже. Но что я сделаю, если ты всё равно этого не захочешь. А заставлять тебя я не хочу.
— Почему же? Разве не проще переписать мне сознание так, как вам удобнее?
— Нет, Алана. Не проще. И не после того, что нам пришлось с тобой вместе пережить. Всё куда сложнее, чем тебе кажется. В человеке можно заблокировать память, отключить какие-то чувства, убедить его в чём-то, но, в конечном счете, его природа возьмёт верх. Потому что она не стоит на месте. Человеческий разум постоянно растёт и развивается, вместе с полученным опытом и происходящими в нём изменениями. Уничтожить до конца личность — невозможно. Как и полностью переписать. Она уникальна, как отпечатки пальцев или голоса. Как снежинки, которые никогда не повторяются. Поэтому ты никогда и не станешь Арианой, даже если просмотришь и прочувствуешь весь её жизненный путь от начала и до конца. Поэтому я и знаю, что ты — не она. И всегда это знал. И чувствовал тебя иначе и… до сих пор чувствую…
— И что именно ты во мне чувствовал? — мои глаза снова наполнились слезами, а сердце заныло, будто от глубоких порезов, которые оставляли во мне слова Лиана. И не только слова.
Казалось, от его близости, от исходящей от него энергетики и звучного, чуть осипшего голоса, мои внутренности буквально скручивало в болезненный жгут, мешая дышать и уж тем более думать. И я ничего не могла с этим поделать. Ведь я действительно испытывала к нему все свои враз проснувшиеся чувства всю свою жизнь, от самого рождения! И я не была ар-серейкой, и не могла их отключить лишь по одному своему жгучему желанию.
— Твою неповторимую уникальность. Все те мелочи и исключительные детали, которые делают тебя той, кто ты есть. Делают тебя моей и только моей Аланой. И кого я теперь не променяю на сотни Ариан.
— Ты всё врешь! Ты специально это говоришь, чтобы… — я не выдержала и опять уткнулась в изгиб локтя лбом, обиженно забубнев свои очередные обвинения в коленки. — Чтобы меня уболтать и получить в итоге то, чего ты всё это время от меня добивался…
— Хорошо. Тогда я не буду тебе ничего больше говорить. Решай то, что хочешь ты. Куда желаешь теперь вернуться и где собираешься жить дальше.
— Ты это специально, да? Опять надо мной издеваешься?
— Нисколько. В следующий раз просто упростим себе задачу. Вырастим твоего нового клона без привязанностей и будем тренировать её прямо с горшка в виртуальном симуляторе. Проведём её по всему жизненному сценарию Арианы, и она даже не будет знать, что живёт не в нынешнем тысячелетии, но и буквально, в каменном мешке с очень живописными картинками. Да, на это уйдёт ещё какое-то время и, возможно, людей станет ещё на пару миллиардов меньше, но… кого это должно из нас сейчас волновать? Для ар-серейцев время ничто. Двадцатью годами больше, двадцатью — меньше…
— Не надо!
— Что не надо?
Я резко вскинула голову и посмотрела воспалёнными глазами сквозь слёзы в хмурое лицо Лиана перед собой, которое… Которое было мне одновременно сейчас так ненавистно и до головокружения притягательно и прекрасно.
— Не надо больше растить никаких клонов, тем более так! Я сделаю то, зачем я вам понадобилась и… и, надеюсь, это будет последнее, что нас связывало, а мою жизнь для вас делало чем-то ценным. Но на большее не рассчитывайте! Надеюсь, я даже погибну… и… и это будет, наверное, самое лучшее завершение наших отношений и моего дурацкого существования! А вы… а ты, получишь то, что заслужил… Ч-что… Что ты делаешь?..
— Беру тебя на руки…
Лиан действительно протянул ко мне руки, подсунув одну мне под коленки, а другой обхватив за спину, после чего, как пушинку поднял с каменного «пола», заставив меня рефлекторно вцепиться в его плечи.
— Я не просилась!.. Отпусти меня! Сейчас же…
— Сейчас отнесу тебя в кровать и отпущу. Если захочешь!
— Ещё как захочу! И я могу дойти, куда надо сама.
— Можешь… — и Лиан, как ни в чём ни бывало, понёс меня в сторону своего универсального «звездолёта», не обращая никакого внимания на все мои протесты. — Но сейчас тебе нужен хороший отдых и здоровый сон. Потому что впереди нас ждёт очень тяжёлая работа и не менее тяжёлый бой. Ты можешь меня сейчас ненавидеть, бить меня, кусаться и царапаться, но это не изменит того факта, что на данный момент существуют вещи куда более первостепенно важные. И я всё равно буду относиться к тебе, как и прежде. И давать тебе то, что считаю нужным. Если ты решила остаться, тогда, прости, но тебе придётся мириться с моими требованиями и дальше. Но в остальном, обещаю. Я не притронусь к тебе и пальцем, если ты сама этого не захочешь. В твоё сознание и волю я больше не вмешиваюсь. Отныне, ты принимаешь все свои решения только сама.
Часть 19
Так я ему и поверила! После всего, что они успели со мной сделать, едва ли бы они меня так просто отпустили, если бы я действительно изъявила желание уйти, чтобы вернуться к нормальной человеческой жизни.
Хотя, было очень сложно не согласиться со словами Лиана касательно моего сомнительного будущего в мире, захваченного его соплеменниками. Как долго бы я там продержалась и что бы со мной сделали Иные, если бы, в конечном счёте, снова меня нашли? Вопросы, на которые я уже никогда не получу ответов и которые вскоре и вовсе потеряют свою актуальность. Потому что я всё-таки решила остаться, буквально вверив свою жизнь в руки бессмертных сверхсуществ. Ещё и братьев-близнецов!
— На деле, нам понадобится всего несколько дней, и тебе не придётся изводить себя какими-то запредельными мега тренировками с поднятием немыслимых тяжестей или изучением незнакомого тебе языка. Наших с Лианом воспоминаний хватит предостаточно, чтобы на какое-то время создать из тебя нужный образ и позволить говорить с воительницами от имени Арианы.
— То есть… во время запланированного вами восстания против ваших же ар-серейцев, вы будете полностью меня контролировать?
Честно признаться, нечто подобное я и ожидала. Поскольку ничего другого мне в голову всё равно не шло. И Ноэл это вскоре подтвердил, когда на следующий день (вернее, после того, как я проснулась, позавтракала и более-менее привела себя в порядок) он появился передо мной и сразу, так сказать, взял дело в свои руки.
— По-другому у нас едва ли что-то получится. К тому же, если ты сама не захочешь переживать всё то, через что нам придётся в скором времени пройти…
— Хочешь сказать, вы можете полностью отключить моё сознание с памятью и даже чувствами, буквально управляя мною, как марионеткой или куклой?
— Это было в наших планах для самого крайнего случая. Но подобные вещи весьма чреваты. Когда носитель находится в своём сознании, но с правильно настроенным эмоциональным и мыслительным диапазоном, с ним легче входить в ментальный симбиоз. Тем более, когда он принимает данную помощь по собственной воле. А ты у нас далеко не обычная смертная, Алана. В любой момент можешь взбрыкнуть или выкинуть что-нибудь не самое подходящее, особенно когда меньше всего этого ждёшь.
— Так и что же вы собираетесь со мной делать теперь?
— Не так уж и много и совсем без боли. Простимулируем твоё тело и мозг до нужного уровня и с помощью спящей генной памяти, восстановим некоторые пробелы.