Их любимая игрушка (СИ)
Надо сказать, мне действительно безумно нравилась эта первобытная грубость и моя явно дикая ненасытность. К тому же, это не меня брали «насильно», это я позволяла себя брать и делать со мной то, что хотела именно я. Особенно заводило понимание, что всё это сумасшествие могло продолжаться очень долго, едва не бесконечно. Мой любовник был таким же неутомимым и жадным до секса, как и я. Мы были с ним практически равными!
— Великая Эовин… Как же я скучал по всему этому… по моей непобедимой королеве… — и хриплое рычание Лиана, в моменты его грубых проникновений ускоренных и слегка болезненных, доводило меня до очередной разрядки словно дополнительным стимулом. Как и его жадные руки, сжимающие мне горло и грудь, пока я задыхалась в криках, бурно кончая на его члене, вбивающемся в меня неустанным поршнем.
— С тобой никто не сравниться… и забыть тебя невозможно…
И, похоже, мне действительно было мало, а про остановиться даже и речи не шло.
— Ты ведь помнишь, да? Помнишь, как мы это делали… Как ты это делала с нами…
Хотела ли я тогда ответить «Да!»? — даже не знаю. Но мне на самом деле казалось, будто я это помнила. Даже тот момент, когда снова, чуть отдышавшись, встала на четвереньки, снова насаживаясь на член Лиана и довольно поскуливая, когда он проник пальцем в сжатый сфинкер моего ануса, доставляя дополнительное удовольствие и подготавливаясь к чему-то более запредельному. И когда передо мной появился… ещё один Лиан?
Нет… Не Лиан, а Ноэл, почти идентичный своему брату и тоже полностью обнажённый, с расписанным рунными орнаментами телом и несколькими браслетами на запястьях и предплечьях. И волосы длинные, кое-где переплетённые в небольшие косички с бусинами-зажимами из золота. И даже небольшая тёмно-русая борода. Настоящий дикарь или воин-варвар! Не говоря уже про его стоячий колом и покачивающийся при любом движении член со вздутой и блестящей напротив моих глаз головкой.
Как только я его увидела его перед собой, с лоснящейся бронзовой кожей, отражающей пляшущие блики от подвесных лампад и костровых чаш, меня словно прошибло насквозь ещё одним шоковым разрядом. Выжигающим изнутри и сводящим с ума запредельной похотью ненормального возбуждения. Особенно когда мужчина забрался на ложе коленями, встав прямо передо мной в чересчур красноречивой позе, перед тем как обхватить мою голову и лицо ладонями, нагнуться надо мной и накрыть мои стонущие губки сминающим, жадным поцелуем. Кажется, я тогда кончила ещё раз, пока ощущала, как член Лиана вбивался сзади в мою воспалённую вагину, а язык Ноэла трахал мне рот грубыми толчками, заставляя отвечать меня с такой же ненасытной агрессивностью.
Причём всё выглядело и ощущалось настолько реальным и настоящим, что отличить воспоминания от действительности было просто невозможно. Я и делала всё это, будто в режиме реального времени, не с одним, а с двумя мужчинами одновременно. И не могла остановиться, как и насытиться ими обоими. Как и они мною. Поэтому мы и не останавливались. Очень и очень долго. Даже не представляю сколько. Может быть и вправду целую вечность. Которая, увы, но всё-таки в итоге закончилась. Или оборвалась. Хотя и не знаю когда…
Часть 12
— Где?.. Где мы были? Это была я? Да? Кем я была? Ты же показал мне не свои личные секс-фантазии, а воспоминание из нашего общего прошлого? А тот второй ты? Это твой брат-близнец…
Я была определённо слишком перевозбуждена после пережитого и всего того, что не только видела, но и пропускала через себя — через сознание, тело, сущность, будто мощный поток психофизической информации. Будто проживала сон в реальности или разбуженные во мне воспоминания.
— Боюсь, на воспоминания всей твоей прошлой жизни уйдут годы, которых у нас сейчас, увы, не имеется. — Лиан сдержанно улыбался, лёжа на второй половине кровати Адия, подперев кулаком висок и рассматривая вблизи моё раскрасневшееся от недетского волнения лицо.
Хотя, если судить по ощущениям, прошло где-то точно не менее полусуток. К тому же, при выходе из данного состояния, я ещё какое-то время плавала то ли в прострации, то ли в затянувшемся экстазе, едва ли понимая, где нахожусь и что вообще происходит. Но потом меня всё-таки оттуда выдернули. И сделал это, скорей всего, Лиан, словно разбудив меня каким-то мягким и ненавязчивым образом. За что я его тихо и возненавидела. Правда, на очень короткое время, поскольку возвращаться в жестокую реальность после такого сладкого безумия — всё равно что быть сброшенной лицом на землю или получить на голову ушат ледяной воды.
— О чём ты? Что ты вообще задумал и какие ведёшь игры? Почему ты именно здесь и для чего я тебе на самом деле нужна? А, главное… где Ноэл твой брат? Он же не здесь, не с тобой?
— Ноэл давно не в этом мире. А здесь я по нескольким причинам и не только из-за тебя одной. Хотя, да, ты самая главная причина. Тут уж ни с чем не поспоришь.
— Но ты ведь мне обо всём расскажешь? Иначе… я точно сойду с ума от любопытства. Или решу, что ты мне попросту морочишь голову. И не думай, будто я позволю тебе делать это и дальше.
Его ответный белозубый оскал, почти как у сытого хищника, мне совершенно не понравился. Но тут я действительно ничего не могла поделать. Передо мной возлежал во всей своей первозданной красе один из древних Иных, чьи возможности и силы находились за пределами понимания любого смертного и даже за гранью понимания некоторых ар-серейцев. Ему ничего не стоило убить себе подобного буквально голыми руками, а уж про людей можно вообще ничего не говорить.
— Какой же ты ещё в сущности несмышленый ребёнок, Алана. Но, как ни странно, этим ты мне сейчас и нравишься. А то, как ты росла на моих глазах, как менялась и как радовалась каждому моему приходу… Даже как-то горько от мыслей, насколько быстро пролетело это время, и что теперь всё будет иначе. Не так, как прежде…
— Это всё, конечно, замечательно. Но в том-то и проблема, я ничего из всего этого не помню! Ты отобрал у меня эти воспоминания, если они, конечно, существовали или где-то ещё существуют.
— Но ты же не можешь не признать того факта, что ты ко мне что-то испытываешь? И оно отнюдь не навязано кем-то со стороны.
Лиан вдруг приподнял до этого безучастно лежавшую на его голом бедре правую руку и обхватил моё лицо за щеку и скулу, нежно проведя большим пальцем по моим всё ещё припухшим и слегка пульсирующим от его жадных поцелуев (и не только поцелуев) губам. И, конечно же, заглядывая в мои глаза почти впритык. Отчего у меня невольно спёрло дыхание и взволнованно забилось в груди сердце, будто маленькая птичка в бережных руках птицелова.
И тут тоже было сложно не признать правоту Иного. Я действительно испытывала от его близости очень сильные и глубокие эмоции. Причём по ощущениям они казались именно детскими и от того настолько родными и особенными. Разве что теперь они начинали деформироваться под воздействием моего нынешнего возраста, жизненного опыта и всех испытанных за последнее время новых потрясений.
— Тогда зачем ты это всё отобрал и спрятал от меня? Только из-за страха, что я тебя выдам?
— Я не мог рисковать и тем более тобой. Я и без того, можно сказать, перегнул палку, когда решился на это. Но тянуть дальше было бы ещё опасней.
— Я всё равно ничего не понимаю! Ты же всё равно сейчас один! Или у тебя есть тайные сообщники? А я? Кто я такая и в чём суть всей этой… безумной конспирологии?
— Не то, чтобы я совсем уж один, но есть вещи, о которых лучше не распространяться именно сейчас. О них не догадываются даже сами ар-серейцы, как и о том, что их самый опасный враг — жив здоров и лежит прямо передо мной.
— Если ты мне ничего сейчас не расскажешь, то я… Я! Я тебя укушу! Ударю! Не знаю! Придумаю что-нибудь… потом!
Лиан снова рассмеялся и в этот раз притянул меня к себе властным движением руки, заставив ненадолго притихнуть под головокружительным прессингом своей обволакивающей близости и пронизывающего насквозь взгляда бирюзово- голубых глаз.