Больше, чем жизнь (СИ)
***
- Алло.
- Мама!
- Боже мой! Света! Саша! Саша! Света звонит! Живая. Девочка моя!
Обе женщины рыдают. На разных концах земли. В руках у любимых мужчин.
- Я скоро приеду, мамочка. Все расскажу. Простите меня. Я не могла связаться с вами раньше.
Слезы. Радость. Очищение.
- Света, ты знаешь, что Сергей умер?
Замерла. Перехватило дыхание. За сутки это вторая новость о смерти знакомых ей людей. Муж уже давно перестал быть бывшим. Просто перестал быть.
- Нет. Откуда?
- Мы боялись, что ты тоже... Так боялись… – Всхлип.
- Мама, не плачь. Я живая и здоровая. Ждите меня.
Кладет трубку. Олег обнимает Свету со спины.
- Сергей мертв.
- Ясно. – Она ощущает, как он напрягается. Сдавливает ее крепче. Никому не отдаст. Ни живым, ни мертвым.
***
Самолет производит посадку. Аэропорт Пулково. Солнце уже в зените. Пахнет весной.
- С приездом на родную землю. – Объятья. Поцелуи. Улыбки. Ради таких моментов, наверно, стоит уезжать.
- Ты нисколько не изменился, только костюм вместо формы. Деловой. Тебе идет. – Олег вдыхает полной грудью питерский воздух. Родной.
- А то ж! Я ведь теперь должен соответствовать занимаемой должности, - Лешка улыбается.
- Поехали скорее к нам. Я уже все приготовила. Надо будет только вина купить по дороге. – Риту не узнать. Красивая ухоженная девушка с прямым взглядом. Время стирает из памяти плохие воспоминания. Выздоровела. Вылечилась любовью.
- Не надо. Мы привезли и вина, и темного рома. Поехали. Мне уже не терпится посмотреть, как изменился Петербург за время нашего отсутствия. – Вынужденная эмиграция помогла понять, насколько Света любит этот город. Она светилась от того, что снова здесь.
Олег сел на водительское сидение своей машины. Провел по рулю. Соскучился.
- Спасибо, что приглядел за ней.
- Шутишь? Я только рад покататься на такой. Сейчас подыскиваю варианты. Хочется что-нибудь спортивное и в то же время надежное.
Собеседник улыбнулся. Как давно он не слышал голоса друга не по скайпу. Вживую.
- Света, как там в Австралии? Кенгуру видела?
- Видела. И даже ела. С грибами вкусно. Там… Там хорошо, но дома лучше.
Рита понимает, что лучше не отвлекать ее разговорами сейчас. Светлана увлечена тем, что без устали рассматривает пейзаж за окном.
- Останови здесь, пожалуйста.
Набережная Обводного канала. Когда-то Олег смотрел здесь на коричневую воду, на то, как в ней отражаются деревья. А сегодня… Сейчас… Ничего не изменилось, разве что теплее, и снег уже растаял, только он уже не один. Они. Вдвоем. Дышат эти воздухом. Проводят по плавным изгибам кованой решетки.
- Спасибо, что вернул меня домой.
- Мой дом там, где ты.
***
Ему уже не восемнадцать, но встреча с родителями любимой все равно волнительна. Но он зря переживал. Александр Степанович отвечает на рукопожатие, в доме пахнет домашним уютом и вкуснейшими пирогами.
- Мама, папа, знакомьтесь, это Олег. Мой мужчина.
Тепло в груди. Взгляд. Долгий выдох. Оказывается, он задержал дыхание. Не заметил. Ему было важно, как она его представит. Определение «Мой» согрело душу.
- Здравствуйте. Простите, что был вынужден увезти от вас Свету.
Мать внимательно рассматривает гостей.
- Дочка, что с твоим лицом?
- Это пустяки, мам. Уже почти ничего не видно.
- Но…
- Все потом, дорогая. Мойте руки, пойдем за стол, - вмешивается отец.
Рассказ давался трудно, занял много времени. Слезы сменялись смехом и улыбками. Злость сменялась разочарованием, обида – весельем, грусть – задумчивостью. Некоторые подробности были опущены, некоторые слова были не сказаны. Пожалели возраст.
- Мам, что с моей квартирой?
- Мы приехали туда, когда заволновались. Ты не брала телефон, на работе о тебе не знали, знакомые тоже. Обнаружили открытую дверь. Все было вынесено: телевизор, микроволновка, даже чайник. Кто-то хорошо потрудился. Соседи, как обычно, ничего не видели. Мы решили, что вас ограбили и увезли. Квартиру закрыли, прибрав, оплачивали коммунальные услуги. Ждали, что ты и Сергей еще вернетесь. А потом пришел отец Сергея. Сказал, что ему нужны деньги для поднятия бизнеса, что его сын уехал из страны, а где ты - он не знает. Так как квартира на нем, то он ее продал. Мы ничего не смогли сделать. Юридически он был прав.
- А «мальвина»? – Возникла мысль об автомобиле, который она любила и не хотела бы потерять.
- Машина стоит у меня в гараже. Я не ездил на ней, только иногда заводил, чтобы не простаивала совсем. – Александр Степанович потянулся за пачкой сигарет. - Что ж, молодой человек, может, пойдем на балкон покурим?
Олег ожидал подобного личного разговора с отцом Светы. Кивнул.
Через форточку пробивалась весна. Сигаретный дым вился серыми клубками, растворялся в свежести воздуха.
- Я вижу, что ты серьезно настроен по отношению к дочери.
- Так и есть.
- Ты уже сделал ей предложение?
- Нет, но планирую в ближайшее время. Только… Я хочу попросить ее венчаться. Гражданская церемония тоже будет, но для меня важнее перед Богом скрепить наш союз.
Александр Степанович затянулся.
- Мне не нравится то, чем ты занимаешься. С нашей семьи довольно криминала. Мы уже лишились зятя, и чуть не потеряли дочку.
Олег напрягся. Он готов бороться за «свое» даже с ее родными.
- Я больше не торгую огнестрелом. Моя работа легальна.
- Дай договорить. Не ершись. Мне все равно чем ты собираешься торговать, лишь бы больше нам не пришлось пережить того, что мы уже пережили. Мы же почти похоронили ее…
- Я понимаю. Даю слово, что такое не повторится.
Отец Светы был настроен скептически, но понять его было можно. Олегу ничего не оставалось, как доказывать на деле, что он сможет постоять за себя и свою женщину, сможет обеспечить им будущее. Им и детям, которых они так хотят.