Удержать мою невесту (ЛП)

Я беру бильярдный кий и вручаю его Вероне. Шары уже разложены на столе, поэтому я говорю ей: — Сначала дамы.
Я с тревогой наблюдаю, как она выстраивает удар, разбивая связку шаров и рассыпая их по бильярдному столу. Ей удается загнать один из шаров.
— В лузу, — говорит она.
Я ухмыляюсь.
Она наклоняется над столом, и мой член болезненно давит на молнию, пока я наблюдаю, как она покачивает бедрами, пытаясь получить хороший ракурс. Я сдерживаю стон, наблюдая, как она проводит кончиками пальцев по бильярдному кию, прежде чем отпустить его, ударяя кончиком по шарику с номером девять. Она делает удар, и, черт возьми, я впечатлен.
— Я женился на бильярдной акуле, — говорю я ей, и она хихикает.
— У моей двоюродной бабушки был старый бильярдный стол в подвале. Я играла часами, так как мы редко выходили из дома.
Я хмурюсь от этого заявления.
Ее двоюродная бабушка была настоящим мастером своего дела. Я не могу поверить, что отец Вероны отправил единственную дочь жить с кем-то вроде неё. Женщина едва заботилась о Вероне. Она не покупала ей вещи и не баловала ее так, как она того заслуживала. Я просто рад, что могу наверстать упущенное и дать ей жизнь, о которой она раньше, вероятно, только мечтала.
Я наблюдаю, как она наносит еще четыре удара, пока, наконец, не промахивается. Я не тороплюсь, выстраивая свои удары, забивая шар за шаром и в конечном итоге выигрывая игру.
— Ты победил, — говорит она.
— Какой мой приз? — Спрашиваю я, поворачиваясь к ней.
В этот момент она дуется, думая, что я не хочу ее, хотя на самом деле я никогда в жизни не хотел еще ничего так сильно.
— Все, что ты захочешь, — отвечает она, прежде чем ее розовый язычок высовывается изо рта, чтобы облизать губы.
— Чего бы я ни захотел?
Я расхаживаю по комнате, оглядывая ее с ног до головы. Она все еще злится из-за того, что я не позволил ей кончить. Думаю, я должен загладить свою вину перед ней, но сначала я хочу еще немного подразнить ее. Мне нравится, что она такая горячая и влажная для меня.
— Ложись на бильярдный стол, Верона, — говорю я ей. Она в замешательстве поднимает брови. — Не заставляй меня повторять тебе это снова. Заберись на стол, ляг на спину и свесь голову с края.
Она осторожно забирается на стол и выполняет мои указания. Ее голова свешивается с края, обнажая красивую длинную шею. Я глажу ее шелковистую, гладкую кожу и чувствую, как она тяжело сглатывает под моей рукой.
— Ты хочешь отсосать у меня?
— Да, — отвечает она без колебаний.
Я удовлетворенно улыбаюсь.
— Скажи мне.
— Я хочу отсосать тебе, — мягко говорит она.
— Мм, милая, мне нравится слышать непристойные слова из твоего сексуального рта.
Я спускаю спортивные штаны на бедра и встаю перед ней. С благоговением наблюдаю, как ее розовый язычок высовывается и облизывает головку.
— Откройся пошире для меня, милая.
Когда она делает то, что ей сказано, я ввожу свой член между ее пухлых губ и в мягкий, влажный рот. Мой член набухает у нее во рту, когда она пробует меня на вкус, лижет и сосет.
Я смотрю, как мой член скользит по ее горлу. Ее тошнит, но она не сопротивляется и не пытается заставить меня остановиться.
— Черт, ты идеальна для меня, — хвалю я ее со стоном. Ее рука тянется, чтобы коснуться моего бедра, а затем она разминает мои тяжелые яйца, продолжая сосать. Я медленно двигаю бедрами, заставляя ее взять в рот каждый дюйм моего члена, прежде чем снова выйти. Я так чертовски близко, но пока не хочу кончать.
Отступая за пределы ее досягаемости, я говорю ей: — Твоя очередь.
Я подхожу к огромному дивану и ложусь.
— Твой трон ждет, моя королева, — говорю я ей, прежде чем жестом приглашаю присоединиться ко мне.
Верона медленно раздевается и подходит ко мне.
— Ты хочешь, чтобы я...
— Я хочу, чтобы ты села мне на лицо, Верона. Я хочу попробовать эту киску на вкус, прежде чем наполню ее своим членом.
Она вздрагивает от моих слов, прежде чем забраться на диван и расположить свои бедра по обе стороны от моей головы. Схватив ее за задницу, я притягиваю ее к своему рту. Я не начинаю медленно. Нет, я, блядь, пожираю ее, наслаждаясь звуками ее хныканья и плача надо мной, когда она изо всех сил держится за спинку дивана.
 
Я нежно облизываю, сосу и покусываю ее, наслаждаясь ею, как отчаявшийся, умирающий от голода мужчина. Она извивается, пытаясь избежать сильного удовольствия, но я обхватываю руками ее бедра и прижимаю к себе, не заботясь о том, дышу ли вообще в этот момент. Я сосредотачиваю свои усилия на ее клиторе, сводя ее с ума от похоти, когда она начинает громко стонать.
Я знаю, что она близка к этому, поэтому убираю руки с ее бедер и двигаю ими по кругу, чтобы засунуть несколько пальцев в ее дрожащую киску и вдавить один палец в ее тугую дырочку.
Верона вскрикивает: — Да, Лука!
А затем она почти кричит, когда впивается в мои пальцы и лицо, кончая так сильно. Я чувствую, как обе ее дырочки сжимаются чертовски крепко, и мне не терпится наполнить ее своим членом и ощутить все это снова.
Я продолжаю лизать ее, пока она не умоляет меня остановиться. Когда ее ноги в конце концов перестают дрожать, говорю ей: — Я хочу посмотреть, как ты оседлаешь мой член, милая.
Двигаясь вниз по моему телу, она располагается над моим ожидающим членом, который плачет в предвкушении ее киски. Она медленно опускается на меня по всей длине, пока полностью не усаживается. И, черт возьми, это похоже на рай.
— Твоя жадная маленькая киска весь день жаждала моего члена, не так ли?
— Да! — восклицает она.
Верона двигает бедрами, прижимаясь ко мне. Я сжимаю ее бедра до синяков, поднимая свои навстречу ей при каждом падении, и это только усиливает ощущения.
Ее руки ложатся на грудь, и она играет со своими маленькими розовыми сосками, заводя меня еще больше. Мне нравится смотреть, как она играет сама с собой.
— Потрогай для меня свой клитор, милая.
Ее рука движется от груди вниз по животу и между ног. Она прижимается ко мне, трогая себя пальцами, и я не думаю, что когда-либо в своей жизни видел более эротичное зрелище. Я собираюсь навсегда запечатлеть этот образ в своем мозгу.
— Черт возьми, — я шиплю сквозь стиснутые зубы. — Твое тело было создано для греха.
— Как и твое, — стонет она.
Я сжимаю ее бедра, вгоняя свой член все сильнее и сильнее и подводя нас все ближе к пропасти, которой мы оба жаждем.
Жидкое удовольствие разливается по моим венам, когда я откидываю голову на спинку дивана и кончаю сильнее, чем, думаю, когда-либо кончал прежде.
Верона продолжает скакать на мне, гоняясь за собственным оргазмом, пока не кончает на мой член. Она обессиленно падает мне на грудь, а я продолжаю трахать ее красиво и медленно, двигая бедрами в безжалостном ритме, волна за волной удовольствия накатывает на мой член.
Когда мы оба полностью выдыхаемся, я расслабляю ноги и прижимаю ее к себе. Наши грудные клетки быстро поднимаются и опускаются в едином ритме, пока мы оба не сможем перевести дыхание.
— Ты можешь умереть от слишком большого количества оргазмов? — тихо спрашивает она.
Из моей груди вырывается громкий смешок.
— Я не знаю, но это был бы не такой чертовски трудный путь, не так ли?
После этого мы долго лежим на диване, и в конце концов она засыпает на мне. Я не хочу ее передвигать, но и не хочу, чтобы она замерзла посреди ночи. Итак, как можно осторожнее я отодвигаю ее на край дивана, чтобы я мог встать. Затем беру ее на руки и несу в главную спальню.
Я укладываю свою спящую красавицу в постель, и укрываю. А затем делаю то, чего никогда раньше в жизни не делал. Я смотрю, как она спит. Я даже не осознаю, что делаю это, пока меня не пробирает озноб, и я понимаю, что стою там уже несколько минут, просто наблюдая за ней.
И в этот момент на меня обрушивается все это разом, как тонна кирпичей.
Я влюблен в Верону Витале.