На грани (СИ)

А чтобы на неё ещё меньше смотрели как на девушку, иногда приходилось прибегать к показательным казням прямо на корабле. Правда, и это случалось довольно редко в последнее время. Элеонора не могла понять почему, но не особо беспокоилась по этому поводу, решив, что просто мужикам больше интересны девки с пышными формами, которыми она похвастаться не могла.
Когда ещё был жив её отец, Элеонора переживала о своей фигуре и считала себя дурнушкой. Когда он погиб, она обрадовалась своей фигуре, считая, что так она будет вызывать меньше нежелательного интереса у окружающих, да и учиться самообороне и фехтованию будет проще. Сейчас особенности своей фигуры графиню Дэйнеру интересовали мало, и она считала, что «купить» она может кого угодно на свой статус, а не на свою фигуру. Её больше интересовало «кого» купить. На что именно купился Киран, она так до сих пор и не поняла, но все размышления над этим вопросом решила отложить до тех пор, когда он вернётся.
«Если вернётся», — сама себя поправила Элеонора и решила, что пялиться в окно ей уже порядком надоело. Она спрыгнула с высокого стула, прихватила портупею с катласом и пошла на нижнюю палубу тренироваться. Для этого на корме судна был обустроен небольшой зал для её тренировок.
 Часть 1 
 Глава 8. Пират 
Элеонора
Элеонора с вечера подготовилась к предстоящему бою: надела удобную тёмно-коричневую кожаную куртку, сродни легкому доспеху, плотные штаны с кожаными вставками и высокие сапоги схожего цвета. Куртка плотно облегала торс и от талии расходилась короткой «юбкой», сделанной из двух частей внахлёст, что прикрывали треть бедра. Спина, грудь, живот и бока были прошиты дополнительными вставками из плотной кожи. Воротник-стойка прикрывал шею сзади, но не мешал свободно вращать головой. Свои длинные волосы она заплела в косы и уложила вдоль головы. Перчатки-наручи и портупею с оружием она положила на стол рядом с диваном в гостевой части капитанской каюты и легла спать на диван.
Проснулась она под утро. Вокруг было темно, тихо и безмятежно.
«Слишком уж как-то безмятежно», — подумала Элеонора и выглянула в окно. За окном был… Туман!
Не успела она подумать, что туман на воде обычно не предвещает ничего хорошего, как прозвучал сигнал тревоги: на них напали!
«Первыми, блин!»
Элеонора всегда считала, что сидеть в каюте ещё опаснее, чем прятаться на палубе — там есть хоть место для манёвра, благодаря которому ты не загоняешь себя в угол с самого начала. Она быстро надела портупею с катласом и натянула перчатки. Беззвучно выскользнула из каюты и оказалась в тёмном узком коридоре. Прокралась к выходу на надстройку верхней палубы, замерла в тени коридора и осмотрелась. По палубе сновали её люди и готовились к обороне, но нападающих на борту ещё не было.
«Значит, самое время уходить подальше от капитанской каюты и поближе к своим», — решила она.
Элеонора вышла из коридора и быстро пробежала вдоль стены капитанской каюты к лестнице, а по ней вниз — на палубу. Здесь её и перехватил Картэн.
— Капитан, мы заметили приближение четырёх шлюпок, — доложил он. — Вражеского корабля не видно. Заканчиваем подготовку к обороне. Наши арбалетчики на позициях.
— Принято, — сказала Элеонора и отошла с открытого места в тень под лестницей, оголяя оружие. Принялась ждать.
Картэн последовал её примеру и остался рядом — защищать капитана.
Над кораблём повисла тягостная тишина, нарушаемая лишь редкими всплесками волн, облизывающими корпус корабля, будто играющими с ним, чтобы потом проглотить и утащить на дно. Но даже эти звуки были смягчены плотной завесой тумана, создающим иллюзию пустоты и потерянности в бескрайнем море.
Вдруг всё резко переменилось: из ниоткуда у правого борта корабля возник вражеский корабль. Он медленно подходил к ним левым бортом, как к причалу.
«Мираж!» — догадалась Элеонора. — «Шлюпки были миражом для отвода глаз. Значит, у них на борту есть маг!»
  
— Мага убить, — холодно приказала она Картэну. — Тело забрать. Капитана берём по возможности живым — его ждёт казнь.
— Слушаюсь, — ответил Картэн.
Вмиг небо посветлело. С первым лучом солнца начались предрассветные сумерки. Противник словно этого ждал: на их борт полетели абордажные кошки, стягивая оба корабля вместе… Следом полетели мостики, и по ним на корабль графини Дэйнеры сразу же ринулись люди в чёрной военной форме наёмников Зольданы. Как тёмные тени, они пытались проникнуть на корабль графини, встречая яростный отпор её команды… Безмятежную тишину разорвали крики, лязг металла и хруст дерева…
Элеонора сосредоточилась и начала внимательно наблюдать за происходящим, насколько позволяла видимость.
Весь бой был сосредоточен у правого борта, и разглядеть кто есть кто со стороны было очень сложно.
«Они пока справляются», — решила она и обвела взглядом остальной корабль.
Тут она заметила еле уловимое в сумерках движение у левого борта и негромко приказала:
— Картэн, слева.
Картэн выскользнул из тени и запетлял между бочками и ящиками, которыми была заставлена палуба по левому борту, подхватывая по пути ещё с десяток членов команды.
Элеонора шагнула дальше в тень под лестницей и продолжила наблюдать. В атаку сломя голову она никогда не лезла. Её тактика боя была простой: она внимательно следила за происходящим вокруг, а в нужный момент, как говорится, лезла под руку. Если она видела, что кто-то из врагов в пылу боя плохо прикрывает свою спину, то не брезговала нанести ему смертельный удар сзади. Пусть силой она похвастаться и не могла, но небольшой рост, ловкость, наблюдательность и смекалку, да и в общем хитрость — всё это она использовала по полной. Правда, при таком подходе ей надо было быть осторожной вдвойне, чтобы не попасть под удар своих же.
Человека в черной форме, не спеша и целенаправленно идущего в её сторону, она заметила сразу. Он шёл, будто прогуливался по парку, не обращая внимание на то, что происходило вокруг.
«Похож… — промелькнула голове Элеоноры мысль, как на улице стало ещё немного светлее, и её затрясло от ужаса: — Это он!!! Он убил моего отца!!!»
Он лишил её последней родной души в этом мире, чуть не убил её саму, а подарив ей жизнь своим бегством, превратил её в бесконечный ад.
Элеонора крепко сжала эфес своего катласа и поняла, что он у неё есть!
«Теперь я не безоружная и беспомощная девочка! — ужас тут же сменился гневом. — Теперь я тебя убью!»
Элеонора больше не дрожала. Она сосредоточилась на цели перед ней с холодным спокойствием ночного хищника, отслеживающего свою жертву. Отвлеклась — окинула взглядом палубу, людей, ящики, бочки, корабельное снаряжение. Запомнила, что и где. Снова посмотрела на свою жертву и медленно, но уверенно вышла из тени к ней навстречу.
Мужчина, что шёл прямо к ней с катласом наголо в расслабленной руке, был на голову выше неё ростом и в полтора раза шире в плечах, что не делало его лёгкой добычей, но Элеонору это волновало лишь слегка. За три шага она посчитала его возможную максимальную дистанцию боя и приготовилась держаться вне её большую часть времени, как при охоте на крупного и опасного зверя: улучил момент — нанёс удар — отбежал.
— Ну здравствуй, — надменно сказала она и остановилась в десяти шагах от убийцы. — Конрад, как я понимаю?
— Он самый, — равнодушно ответил мужчина, продолжая идти.
— И какого хрена ты припёрся на мой корабль без приглашения? — гневно спросила Элеонора.
— Отчего ж без приглашения? — удивился мужчина и остановился в пяти шагах от неё. — Меня пригласили десять лет назад, но тогда мне пришлось уйти без награды, так что я возьму её сейчас. Бросай эту железяку и пошли со мной по-хорошему.
«Четыре», — Элеонора сделала шаг навстречу Конраду.
— Хочешь сказать, что ты по мне скучал все эти десять лет? — усмехнулась она, продолжая идти и вкладывая своё оружие в ножны на ходу.