Брак (не) по расчету (СИ)
— Мам, а как он узнал, что у меня приступ? — прищурилась в её сторону. Она отступила в сторону и улыбнулась. — Мама?!
— Да случайно его набрала. Ну подумаешь. Я вообще хотела отцу позвонить, и про тебя рассказать.
— Мамочка, на тот момент папа был уже дома, — мама нервно рассмеялась. Затем пробормотав что-то типа «Утюг забыла выключить», умчалась в свою комнату. Я вздохнула. Вот что у меня за родители, а? Взгляд упал на часы. — Я опаздываю!!! — заорала и тут же взвыла от накатившей головной боли. Мама появилась моментально, отвела меня в комнату, уложила на кровать и напоила лекарствами, которые принес Ярик. Печально. Весь день я лежала на кровати в позе эмбриона. Головная боль периодически накатывала, то из-за резкого движения, то из-за шума или света. Чувствовала себя отвратительно. Послышался звонок в дверь, который отвратительной дрелью отозвался в голове. Мама пошла открывать и я услышала её восторженный голос:
— Какие гости! Проходи-проходи, чай будешь?
— Добрый вечер, я тоже рад вас видеть. Спасибо, но чая не надо. Как Лина? — от этого голоса я застонала и спрятала голову под подушку. При этом краснея.
— Лежит бедняжка, я ей дала выпить те таблетки, что ты принес, вроде как полегчало. Ты проходи-проходи, чего в пороге стоишь? О! Спасибо большое, как раз к тортику чай заварю. И не отнекивайся мне тут!
— Я к Лине?
— Конечно, иди! — после этой фразы я представила мамин оскал и хихикнула. Затем прислушалась. Послышались шаги, а затем тихий стук в дверь.
— Лина? Можно? — а главное, что он сказал тихо. Заботливый какой!
— Я посторонних людей в СВОЮ комнату не пускаю, — гордо ответила я, и перевернулась на другой бок.
— Спасибо, что дала разрешение войти! — язвительно ответил он и зашел в мою комнату. Я закрыла глаза. Если увижу его лицо, не знаю какая реакция у меня будет.
— Ку-ку! Ты как своего жениха встречаешь? Я мчался к тебе через весь город, спешил, рвался…
— С каких это пор ТЫ спешишь ко МНЕ? Что-что, а ТЫ никогда что-то не рвался ко МНЕ в гости! — я распахнула глаза и уселась на кровати, скрестив руки на груди.
— А просто поверить в то, что я воспылал к тебе искренними чувствами, нельзя? — смущенно пробормотал он, немного отвернув голову в сторону. При этом на его лице появился едва заметный румянец. Он что, СМУЩАЕТСЯ?! Да ну, не верю!
— Нельзя, — озлобилась я.
— Почему? — и вид весь такой, невинный-невинный. А он симпатичный. И глаза у него красивые, нос ровный, точеный, а губы… Стоп. Куда меня занесло?!!
— Потому что я тебя ненавижу!!! — рыкнула со злости на саму себя, а затем остолбенела, глядя на его лицо.
«Ненавижу!! Ненавижу! Ненавижу…» — раздалось эхом у меня в голове. Я посмотрел на Лину. Злость на её лице вдруг сменилась испугом. Она просто меня боится. И ненавидит. Как же хитро подстроила всё судьба. Как только я отчаялся, просто перестал верить и смирился. Зная, что все будут видеть капиталы моего отца, но не меня и мои достижения. Как вдруг меня заставляют обручиться с обычной девчонкой. Сначала я хотел быстро избавиться от нее, испугать. Она увидела, как я развлекался с какой-то девицей. Но потом… потом меня стало невыносимо к ней тянуть. Просто чувствовал, что её не хватает. Для меня она как воздух. И я сначала гнал все эти мысли. Но проходил день и мне становилось тяжелее. Без нее. И сейчас, когда я осознал, что окончательно утонул в бездне её глаз… Как тут же был отвергнут. Из-за своего изначального поведения и отношения к ней. И я сам виноват в этом. Сделал один шаг назад и застыл, чувствуя что не могу сдвинутся с места. Как будто меня связали…
Приковали к ней.
Я с ужасом поняла, что сказала совсем не то, что хотела.
Хотела просто послать, а оно само вырвалось. Ну почему, когда я с ним, то не могу держать язык за зубами. Меня захлестывает эмоциями в его присутствии. И я не могу во всех чувствах разобраться. Как же все запутано. Как только начинаю думать о нем, крыша просто едет. Я — сумасшедшая. И все из-за него. Тяжело понять человека, если мы едва знакомы. За все время мы ни разу нормально не поговорили. И я боюсь его и себя. Себя больше. За те чувства, которые начали вновь возрождаться. Все произошло так быстро. После расставания с Женей, я постаралась не думать об очередных отношения. И иногда рыдала по ночам. Больше из-за обиды, что меня просто использовали, чем из-за разбитого сердца. Я снова взглянула на Ярика. Тот сделал один неуверенный шаг назад и застыл. И взгляд такой, отрешенный, спокойный. Мне он почему-то в этот момент напомнил мальчишку. Мальчишку обиженного на весь мир. Смешно подумать, но мне его жаль. В том смысле, что у него есть все, и сразу — ничего. Не знаю, чем я руководствовалась на тот момент, но просто встала и подошла к нему. Дотронулась до щеки и заглянула в глаза. Казалось, он даже дышать перестал… Затем на его лице появилась робкая улыбка. Которая мгновенно переросла в широкую и ехидную. Он резко сжал меня в объятьях и зарылся носом в мои волосы.
— Ты что творишь?! — зарычала ему в грудь. Ухом я слышала, как бьется его сердце. Быстро, громко перекачивая кровь, и в тоже время тяжело, как будто он пробежал стометровку без остановки. Ярослав тихо засмеялся.
— Знаешь, мне нравится твой шампунь… Обожаю персики, — насмешливо прошептал он, затем сделав глубокий вдох, захихикал. — Ты для меня как наркотик…
— Пробовал уже, да? — буркнула я, стук сердца успокаивал, убаюкивал. У меня даже руки потянулись его обнять в ответ.
— Да как ты могла подумать?! — возмутился он и немного отстранился от меня чтобы заглянуть в глаза, но при этом не переставая обнимать. — Я веду здоровый и активный образ жизни! Просто у меня друг… Был. В шутку попробовать захотел, думал, весело будет. О последствиях он не подумал. Но за все надо платить. Он в последние дни своей жизни, рассказал мне, каково это, когда у тебя ломка. И когда кайф. Эдакая эйфория, все такое яркое, так радостно. Только потом резко настает апатия, разочарование, злость и потребность в следующей дозе… Вот например, рядом с тобой така-а-ая эйфория!
— Друга жаль… — тихо сказала, а затем взглянула в его глаза. Такие нежные, ласкающие и до-о-обрые… Не верю. Не могу поверить… — А ну быстро отпусти меня!!! — резко брыкнулась.
— Ты знаешь, — протянул он, когда снова крепко прижал к себе. — Мне очень больно, когда ты выбрасываешь цветы. Я со всей душой, а ты так жестоко…
— Да я бы их у тебя на голове переломала!!! Отпусти немедленно! — я почувствовала, как краснею…
Ну да, стыд приходит тогда, когда в нем совершенно не нуждаются. Мигрень тоже. Я взвыла от нарастающей боли. Ярослав быстро подхватил меня на руки и уложил на кровать. Выбежал из комнаты, чтобы вернутся со стаканом воды и таблетками.
— Выпей, это поможет.
— Что это? Яд? — в голосе проскользнула надежда.
— Нет, лекарство. Пей говорю! — чтобы тут же угаснуть. Я с опаской покосилась на круглую пилюлю, и помотала головой. — О Боже, — простонал он. — Ты что, дитя беспомощное? Или мне, как в ваших сопливых сериальчиках, методом поцелуя передать тебе лекарство? — и по лицу така-а-ая улыбочка хитрющая расползлась. Я быстро приподнялась и схватила таблетку, запила её водой и откинулась на подушку.
— Всё? — недовольно спросила, косясь на его рожу лица. Эту довольную рожу лицом никак не назовешь!
— Вот и умничка! — ухмыльнулся он.
Поставил стакан на прикроватную тумбочку и скрылся из моего круга обзора. Кровать прогнулась, Ярик укрыл меня одеялом и лег рядом. Подтянув меня к себе и обняв как мягкую игрушку.
— А кто тебя вообще пускал в МОЮ кровать?!! Свалил быстро, я сказала! Я вообще тебя не знаю и знать не хочу! — рычала из-под одеяла Лина. И голос такой неподдельно возмущенный. Это выглядело настолько смешно и нелепо, что я еле сдержав смех, покрепче прижал её к себе и поцеловал в макушку. Она брыкнулась, чуть не заехав мне в челюсть затылком.