Античные битвы. Том I (СИ)
Около самого гребня. А тот его по лбу ударил,
В верх переносицы; хрястнула кость под мечом, и упали
Оба кровавые глаза Писандра у ног его наземь.
Скорчился он и свалился. Пятою на грудь его ставши,
Тот с него начал доспехи снимать и воскликнул, хваляся:
'Вот как покинете все вы суда быстроконных данайцев,
Наглые Трои сыны, ненасытные страшной резнёю!
Мало вам было стыда и позора, какими когда-то,
Злые собаки, меня опозорили вы! Не страшились
Даже вы тяжкого гнева широко гремящего Зевса
Гостеприимца, который, дай время, ваш город разрушит!…
* * *
…Голодом полн по кровавой войне, равно всем ужасной!
Всем в состоянии люди насытиться, — сном, и любовью,
Самой приятною песней и пляской вполне безупречной.
Всякий гораздо сильнее стремится насытиться этим,
Чем войной. Но троянцы в сраженьях всегда ненасытны'.
Так сказав и с тела кровавые снявши доспехи,
В руки товарищам их передал Менелай безупречный,
Сам же снова пошел и в ряды замешался передних.
На Менелая там сын налетел Пилемена владыки,
Гарпалион: за отцом своим милым пошел на войну он
В Трою, однако назад не вернулся в отцовскую землю.
Он изблизи в середину щита Менелая ударил
Пикой, но меди насквозь прошибить не сумел и поспешно
К толпам друзей отступил, убегая от смерти грозящей,
По сторонам озираясь, чтоб кто его медью не ранил.
Ранил вдогонку его Мерион медноострой стрелою.
В правую сторону зада вонзилась стрела и наружу
Вышла, пробивши пузырь мочевой под лобковою костью.
Тут же он наземь упал. И в руках у товарищей милых
Дух испуская, лежал, как червяк дождевой, растянувшись;
Черная кровь выливалась и землю под ним увлажала.
Мы знаем основные сюжетные ходы Илиады, однако в кратком, убивающем душу, пересказе.
Троянский Конь. Создается впечатление, что Троянцы дивные придурки, которые тащят в город всякую дрянь. Буквально «О, коняга? Берем себе! Пальто будем вешать».
В Илиаде все, разумеется, тоньше.
Сначала проводится компания по дезинформации, ахейцы имитируют поклонение деревянному коню на глазах тех, кто точно подробно обо всем расскажет Троянцам.
Потом оставляют коня и уплывают, оставляя лазутчиков и агентов (в том числе божественных) с задачей проследить за доставкой коня за стены.
Ничего не удается — приходит Лаокоон, жрец, провидец, примерный семьянин. Лаокоон мужик авторитетный. Он видит коня, и выступает резко против такого приобретения для малых архитектурных форм родного города.
Дескать что это за сакские мотивы, нам индоевропейцам, такое не пристало. Ну он по пафосней конечно задвинул. А потом еще в коня копьем ткнул и, возможно, даже в морду плюнул.
— Окей, окей, парень, полегше — сказали троянцы, и оставили коня где был.
Но тут Афина послала знамение.
После того как ахейцы уплыли, а троянцы убедились что они уплыли, они наконец выпустили женщин и детей купаться в море. Среди остальных, два брата близнеца, сыновья того самого Лаокоона. А навстречу им, из морских волн, выплыли две огромных змеи, и начали их грызть и душить. А потом и Лаокоона, который прибежал им на помощь. Схарчили всех троих, после чего поползли в город. И что бы уж ни у кого не было сомнений в их божественном происхождении, скрылись в храме Афины.
«Это что-то, да значит» — подумали Троянцы.
Прилагаю картиночку, на ней — античная статуя, римская копия утерянного греческого оригинала — была найдена в 1506 году, в Италии. И произвела неизгладимое впечатления на всех, вплоть до папы римского. И особенно впечатлились ценители выражением лица Лаокоона, выражающее ужас, боль и отчаяние. А ведь доны знали толк в страданиях.
Я вам так скажу, божественные знамения у древнегреческого пантеона, это просто жесть. Поверьте, уж лучше мироточащий бюст в скверике, или лик на гренке.
Греки вообще любили по хардкору, но с богами по-моему, уже перегнули палку.
Можно понять троянцев, не спешивших вмешиваться в божий промысел — божье «фу» всегда попахивало жутковатой расчлененкой. Или горелым мясом, как в случае с Зевсом. Раненые Диомедом Афродита и Арес, ябедничающее на Диомеда папе-Зевсу, видимо ожидали более жесткой реакции. Зевс редко бывал так снисходителен, Диомед бы поймал молнию, не будь у него защитницей Афина. Собственно, в мифах есть по меньшей мере 20 поименованных персонажей, которые хапнули молнию от Зевса. Типичный случай, когда после продолжительной кровной резни, старые враги планируют сойтись в поединке, и тут один из них, внезапно, ловит молнию с чистого неба. Зевс выказал предпочтение. Один мужик вплавился в камень, после того как забрался на стену вражеского города, расшвырял защитников, и крикнул нечто вроде «Ну теперь сам Зевс меня не скинет!».
А милейший души человек, с приятным именем Асклепий, вообще никого не трогал, а только всем помогал. Пробавлялся лекарем, суставы вправлял, настойкой на змеином яде страждущих поил… Хераак! И нет больше Асклепия. А дымящую тушку для похорон собирают по кускам рабы. Типо слишком хорошо лечишь, эскулап, не по-божески это.
Зевсу смогли хорошенько подговнить только двое — Сизиф да Прометей, но и они в конце концов плохо кончили.
Остальные Олимпийцы не имели молний типа Небо-Смертный, но зато у них было много фантазии. Девушка по имени Арахна, однажды сказала что умеет плести не хуже богини Афины — с тех пор плетет, сразу восемью руками. Потому что теперь она — паук. Апполон бил по площадям — накрывал чумными стрелами сразу весь город, где водились неугодные. Жена критского царя, который зажопил быка Посейдону, приобрела специфические вкусы к крупному рогатому скоту, и получился Минотавр. Единственная, но непростительная вина Медузы была в том что она была красива и добра — так у неё вообще целый комплект проклятий от разных богинь. Причем изобретательных — ядовитые змеи на голове, чтобы её боялись коснуться, и вызывали отвращение. Не помогло. Вот сучка, тогда вообще пусть на на кого посмотрит, тот каменеет. В смысле, полностью. Бедная девушка на дальний остров убежала — и там её достали с помощью наемного убийцы. И это все Милостивые Боги, а ведь еще были такие как Арес, или Геката. Поэтому Гектор, которому Аполлон через Кассандру пообещал скорую смерть, и ходит такой приунывший.
Возвращаясь к коню. В конце концов троянцы решили, что неприятности со змеями у Лаокоона напрямую связаны с коненеприятием. Естественно, вопрос с конем был немедленно пересмотрен, и было решено, что коня надо бы почтить цветами, вином и голыми сиськами. Ну и в город затащить, как без этого.
Есть еще много вкусных деталей. Троянцы разобрали стену, чтобы протащить коня — в ворота он не пролез. И когда перетаскивали, конь несколько раз сильно качался, и каждый раз ахейцы внутри гремели доспехами, но Троянцы не придали этому значения или не заметили. Но почувствуйте, какой саспенс!
Полная множества драматических подробностей история, с сильными персонажами, оказавшимися перед лицом непреодолимых обстоятельств, где женщины, мужчины, боги и кровь сплетены в кружево смерти, любви, долга и гордости — вот что такое Илиада. И щепотка судьбы для остроты.
А в популярной культуре от этого прекрасного полотна убогие открытки, вроде фильма «Троя» с Бредом Питом. И его кожаная юбочка не спасает. Потому что не было у них кожаных юбочек, голыми писюнами в бою трясли.
Так что если ищете что почитать — попробуйте классику, которой почти три тысячи лет. Она может приятно удивить.
Глава 5