Печати Мирана (СИ)
Лицо отца оставалось спокойным и бледным. Казалось, что он просто спит и в любой момент может открыть глаза.
- Я просто хочу попросить тебя, - сказала я тихо, - живи. Дождись, пока миранские ученые поймут, что за дрянь тебе дали и смогут найти антидот. Пожалуйста, только держись. Только.... не умирай. А я буду рядом с тобой. Останусь на Миране и пойду на их условия, какими бы они ни были, лишь бы дождаться твоего выздоровления. Я очень тебя люблю. Я... - я снова всхлипнула и прислонилась лбом к крышке. Эмоции очень редко брали надо мной верх, но в этот момент я почувствовала себя настолько слабой, что сил сопротивляться слезам просто не осталось.
На плечах появилась тяжесть чужих рук. Я даже не сразу среагировала на это, просто вздрогнула всем телом и застыла.
- Все будет хорошо, Кира. Твой отец обязательно выздоровеет, - раздался у уха голос Милана Икзона.
- Что ты здесь делаешь? - прохрипела я, ладонью вытирая мокрые щеки, - как тебя сюда пустили?
- Пустили, - хмыкнул мужчина, осторожно придвигая меня к себе, - мы... мы почувствовали твою боль, и я понял, что должен тебя поддержать.
- Почувствовали... мою боль? - переспросила я, - я не понимаю...
- Наши энергии настраиваются на тебя, - сообщил миранец, - я стал чувствовать твои эмоции еще на “Начале”. В те моменты, когда ты переживала или грустила, мне тоже было тяжело и грустно. Для замыкающей и ее мужчин это вполне нормальное явление.
- Я ничего... - начала я, даже не заметив, что сама прижимаюсь к Милану, а его руки обнимают меня еще сильнее. Словно тело само стремится в его объятья, потому что они дарят тепло и ощущение гармонии и покоя.
- Я знаю, - оборвал меня миранец, - я просто говорю о том, что происходит само по себе, независимо от того, хотим мы этого или нет.
Я вздохнула и закрыла глаза. Потом открыла их и снова посмотрела на лишенное красок и эмоций папино лицо.
- Ты на него похожа, - проговорил майор у моего уха.
- Так и есть, - согласилась я, - и вообще, я папина дочь. И характер у меня тоже от него.
- Не сомневаюсь - в голосе Милана чувствовалась улыбка. Давление его ауры вообще перестало как-то меня беспокоить, будто я и не ощущала его вовсе. Странно...
Миранец отодвинулся от меня, и почему-то мне сразу стало пусто и холодно. И беспокойство, и боль, как по щелчку вернулись в сердце, словно объятья Милана каким-то неведомым образом временно их гасили.
- Не уходи, пожалуйста, - проговорила я неожиданно для самой себя.
- Как скажешь, - согласился мужчина и снова прижал меня к себе, закрывая от всех тревог и трудностей этого мира и окружающей действительности.
- Я... я виню себя за то, что ничего не смогла сделать на Зитаре, - призналась я, - когда папу обвинили в этих преступлениях, я хотела бороться, потому что была уверена в его невиновности, но меня никто не захотел слушать или помогать.
- Думаю, ты сделала все от себя зависящее, но была в меньшинстве, - ответил Милан, - те, кто сотворил это с твоим отцом, имеют слишком много ресурсов и связей. Ты правильно сделала, что улетела с Зитара, потому что иначе могла бы попасть в еще большие неприятности.
- Почему ты так думаешь? - удивилась я. Вряд ли Милан знал, при каких обстоятельствах я улетала из Альмала.
- Об этом вам скажут в ближайшие дни, - сообщил миранец, - с вами хотят поговорить представители Совета планеты.
- С нами? - переспросила я - не только со мной?
- С тобой и твоими подругами, - подтвердил майор Икзон, - могу сказать только, что история с твоим отцом получила продолжение. И не думаю, что эти новости придутся кому-то из вас по душе.
Глава 67: Мария
Планета Миран, военный медцентр Бригстана
Мария Перес
- Как ты, капитан? - услышала я голос Полии и привстала с кушетки.
Мое самочувствие уже было почти близким к нормальному. Кроме, разумеется, зрения, которое так и не спешило ко мне возвращаться.
Последние... космос знает сколько часов я пробыла в отсеке одна. Микел куда-то ушел, и до сих пор так и не вернулся.
С одной стороны, я радовалась тому, что он оставил меня в покое. С другой, мне становилось как-то не по себе оттого, что он исчез, даже толком ничего не объяснив. За время, проведенное вместе, я как-то неожиданно для себя привыкла к его помощи и присутствию. Да, злилась на него и гнала от себя, но все равно была благодарна за то, что он сдержал свое обещание и заботился обо мне, несмотря на мои возмущения и протесты.
А теперь... Я ловила себя на мысли, что мне почему-то стало его не хватать. Неужели тот наш откровенный и странный разговор так запал мне в душу? Неужели миранец каким-то неведомым образом завоевал мое расположение и доверие? Неужели я даже.... О нет, такого точно не может быть.
- Бывало и лучше, - отозвалась я, щуря глаза и пытаясь рассмотреть Полию лучше. Но нет, к сожалению, я видела только размытый силуэт и больше ничего.
- Из-за труборежима мы не можем вернуть тебе зрение сразу. Твоя травма привела к кортикальной слепоте - сообщила подруга.
- Мне уже сказали, - отозвалась я. Почувствовала, как брианка осторожно села рядом и сжала мою ладонь - мой мозг придется исследовать и лечить отдельными регенерационными программами. Твой временный начальник, доктор Зоттер сообщил, что зрение постепенно будет возвращаться само. А ускорять этот процесс можно будет не ранее, чем через неделю. Пока, видимо, придется сидеть в этом гребаном медцентре.
- Не совсем, - после паузы отозвалась Полия, - на самом деле всех нас, скорее всего, в ближайшие дни выпишут и отправят восстанавливаться в другое место. И тебя тоже, так как по факту, ты уже оправилась от ранения достаточно, и постоянная помощь медиков тебе не требуется.
- Ты знаешь, куда нас перевезут? - уточнила я, жалея, что не могу рассмотреть лицо подруги. Что-то в тоне ее голоса меня беспокоило, словно Полию гложет нечто похожее на... вину?
- Не совсем, - повторила брианка. Я напряглась. Беспокойство внутри усилилось, а в животе сжался тяжелый комок.
- Зачем мы мне врешь, госпожа Бар? - спросила я строго - что тебе известно? Отвечай и не делай из меня дуру!
- Мария, успокойся, пожалуйста, - голос Полии задрожал - нам все сообщат в ближайшие дни. Я обещала Нику, что поговорю с вами только после этого.
- Нику? - выплюнула я, - только не говори мне, что ты уже спелась с миранцами? Неужели то, что тебе позволили немного поиграть в местного доктора и помочь с лихорадкой, заставило тебя изменить свое отношение к этим разумным?
- Они не хотят отпускать нас отсюда, - прошептала подруга, - потому что иначе нас арестуют и доставят на Зитар.
- Что? - рыкнула я, - да как они смеют! Что значит нас арестуют? Мы повинны только в том, что не нашли другого выхода из ситуации с Ией и связались с этими гребаными миранцами, чтоб им пусто было. О, космос, я знала, что как только миранцы появятся рядом, все снова пойдет по п...
Я вскочила, покачнулась и села обратно на кушетку. Закрыла лицо руками, с ужасом осознавая всю безвыходность собственного положения. Я почти слепа, вашу планету. Я беспомощна и зависима от воли разумных, которых бесконечно презираю. Я застряла здесь вместе с теми, за кого несу ответственность, как командир. И теперь из-за моих решений мы попали в такую глубокую задницу, что ее глубину даже представить сложно. Я подвела команду и саму себя. Я...
- Капитан, тебе нельзя волноваться, - попыталась успокоить меня брианка - пожалуйста, не бушуй и выслушай меня внимательно.
- Я слушаю, - сказала я глухо.
- Зитар обвиняет нас в причастности к побегу отца Киры. Миран знает, что нашей вины в этом нет, но пока не имеет доказательств, чтобы нас оправдать. Поэтому они приняли решение по тому, как с нами поступить, пока все не прояснится.
- Миран рассчитывает, что мы останемся здесь, - отозвалась я, - и дает нам выбор: попасть в руки Зитара или принять их помощь, но на их условиях, да?