Печати Мирана (СИ)

Он не запомнил ни то, как их нашли. Ни то, как погрузили на катер. Единственное, что осталось в памяти - маленькое женское тело в синем кителе, которое военные медики бережно укладывали на робо-носилки, и то, как он, почти не дыша и не шевелясь, стоял и смотрел на него, пытаясь осознать, что женщина, воспоминания о которой он столько лет бережно хранил в своей памяти, сейчас здесь, рядом, во плоти. И это не сон, которых за эти семнадцать лет он увидел сотни. Это не галлюцинации, в которых его землянка являлась в моменты, когда боль от неправильной циркуляции энергии выкручивала его кости. Это... реальность. Его...их настоящее.
В которое до сих пор с трудом верилось.
Мария... Мария... Мария...
Он крутил имя своей бывшей невесты в голове, представляя ее образ таким, каким запомнил тогда, на Флодане, и сравнивал с тем, что увидел сейчас.
Другая женщина. Это совсем другая женщина. От нее идет... холод. Не потому, что она была травмирована, ослаблена или лишена зрения, нет. Но Иден помнил, как его пробила дрожь, когда она была рядом. Когда он узнал ее. Когда энергия всколыхнулась в его теле, а потом застыла. От холода, который шел от Марии Перес. От стали, которым был пронизан ее голос. От силы, которую мужчина чувствовал в этой женщине.
Будто это совсем другая Мария. И родная, знакомая и близкая, и очень-очень далекая. Чужая.
Ее лицо, пусть взрослее, строже и острее. Ее карие глаза под темными изящными бровями. Все такие же красивые, пусть даже временно ничего не видящие. Ее волосы. Ее тело. Ее голос. Но его энергия не узнавала ее и даже... отторгала, наполняя Идена холодной дрожью от странного еле уловимого ощущения близости с ней, и перекрывающего его огромного чувства... отчуждения.
Почему-то Идену стало стыдно и неловко. И больно. Так больно, что он даже не нашел в себе силы признаться капитану Перес в том, кто он такой. Даже тогда, когда она каким-то невероятным образом поняла, что они, возможно, знакомы.
Но ведь так не должно быть. Энергетическая связь с ее стороны давно должна была разорваться. Она была неполной, не до конца сформированной. Их отношения были вынужденными и продлились слишком мало. И неважно, насколько сильно мужчины за это время к ней привязались.
Для землянки все должно было давно закончиться. Она наверняка их забыла и вычеркнула из памяти. Возможно, ей тоже было больно когда-то, но это ведь было так давно...
Энергия Идена не должна была реагировать на женщину таким необычным образом и посылать ему подобные странные отклики. Да еще так ярко и остро.
Почему так? Что с ним происходит?
Мария сама от них отказалась. Сама приняла решение не связываться с ними, потому что это не имело смысла.
Но Иден почему-то внутренне чувствовал, что есть что-то еще. Что-то, что он пока не может объяснить.
И дело не в его чувствах, нет.
После трагической гибели Люка и пробуждения Идена и Дилана после многих дней беспамятства власти Мирана просто сообщили им, что их невеста уже им не принадлежит. И Дилан, и Иден и сами это понимали, поэтому просто отпустили ее, сделав напоследок единственное, что, возможно, было довольно эгоистичным с их стороны: попросили освободить Марию от брачных обязательств перед Мираном в качестве компенсации, которая полагается всем лишенцам.
И стали жить дальше. Точнее... существовать, так как оба так и не забыли свою землянку. Помнили ее, страдали без нее, но понимали, что ничего не смогут ей дать - не семьи, не детей, ни нормальной жизни. Зачем ей двое энергетических калек? Да продолжать с ней отношения дальше просто физически и энергетически невозможно.
Она ведь это тоже понимала. Ей все должны были объяснить. Потому что Иден и его побратим просто не в состоянии были тогда это сделать.
Мужчины жалели только об одном - они так и не смогли попрощаться с Марией. И просто поговорить. Семнадцать лет назад у них просто не было такой возможности.
И вот теперь землянка с Флодана появилась в их жизни снова. И мужчины были к этой встрече не готовы.
 
- Я хочу проследить за ходом ее лечения. Побыть... рядом, - наконец сообщил побратиму Дилан.
Иден тоже этого хотел, но боялся, что это будет для него слишком мучительно. Что они могут сказать друг другу, когда она придет в себя и прозреет? Зачем ворошить то, что когда-то случилось между ними?
- Зачем? - отозвался Иден, пересиливая себя в том, чтобы согласиться с побратимом - все в прошлом.
- Разве? - посмотрел на него Дилан, - тогда почему ты вспылил и набросился на господина Ройтера?
Иден нахмурился. Ученый с первого взгляда разозлил его тем, с каким трепетом и нежностью обращался с капитаном Перес. Как смотрел на нее. Как брал ее за руку. Что он забыл рядом с ней? Иден не имел никакого права так себя вести и так злиться. Но ничего не мог с собой поделать. Потерял контроль, и так почти потерянный после этой встречи.
- Я... не знаю, - повторил Иден и тяжело вздохнул, - что-то вдруг нашло.
Сейчас он чувствовал себя слабым. Слабым, усталым и дезориентированным.
- С Марией что-то не так, - после длительного молчания отозвался Дилан - она... другая.
- Слишком много лет прошло, - проговорил Иден.
- Не в этом дело. Энергия к ней тянется, узнает, но потом... что-то происходит. Почему так?
Дилан внимательно посмотрел на побратима. Тот продолжал хмуро смотреть в иллюминатор.
- Мы убедимся, что с ней все в порядке и ее вылечат, и сразу уйдем, - отозвался он глухо.
- Спасибо, - Дилан тронул Идена за плечо и судя по голосу улыбнулся. Он всегда улыбался и старался позитивно смотреть на жизнь даже в самых тяжелых ситуациях. Именно Дилан буквально вытащил Идена из той мглы, в которую тот погрузился после гибели Люка и расставания с Марией. Энергия принципора буквально иссушила мужчину, превращаясь в ядовитую тьму, навсегда поселившуюся у него внутри. Если бы не побратим...
- Только один раз. Ненадолго. Мы увидим ее последний раз и улетим отсюда. Пусть прошлое останется там, где ему место. Не стоит травить душу, Дилан. Для нас кончилось еще семнадцать лет назад.
- Ты прав, - хрипло отозвался его собеседник, - к сожалению, ты прав.
  
Глава 52: Новые вопросы
 
Планета Миран, военный медцентр Бригстана
Кира Разина
-….. никакого права здесь находиться, после того, что вы устроили на спутнике, - долетел до меня грозный голос... кого бы вы думали?... господина Ройтера, ученого.
Ни разу не слышала от него такого низкого рычащего тембра. Хотя... Не так уж часто я в принципе слышала его голос, пару раз всего. Мне показалось, что этот мужчина довольно молчалив и... скромен, наверное. А еще было странным, что никакой энергии я от него не ощущала. Словно ее вообще не было.
Так-так. А это уже интересно.
Я переступила порог отсека капитана Перес и замерла, наблюдая, как трое мужчин, Микел и еще двое незнакомцев, явно миранцев судя по росту и телосложению, стояли ко мне боком друг напротив друга и обменивались гневными взглядами. Воздух в отсеке буквально кипел от напряжения. Чуть поодаль располагалась капсула с Марией, которая крепко спала, не зная, какие страсти творятся совсем рядом с ней.
Кто вы такие? Что вам тут нужно?
- Не вам решать, - сквозь зубы проговорил седой миранец. От него даже с расстояния веяло...чем-то темным и концентрированным. Я ощутила горечь во рту и напряженность в теле. Это принципор, как Милан. Только аура его еще более жуткая.
- Решать медикам, - отрезал Микел и сложил руки на груди. Сейчас он выглядел серьёзнее, чем обычно, и даже выше ростом, - капитан Перес пережила контузию, и волновать ее лишний раз не стоит. Я догадываюсь, кто вы, но считаю, что вам пока лучше держаться от этого отсека подальше.
Мужчины были так увлечены спором, что даже не обратили внимания на мое присутствие. Я тихо кашлянула, решив, что им лучше выяснять отношения где-то еще.