Запретный соблазн для Демона (СИ)

Оливия подумала, что ей самое время закрыть рот и смиренно кивать всему, что говорит этот неутомимый демон, но этот рот закрываться не хотел, слова сами сорвались с языка.
- Значит, служанка по вашему приказу вульгарно демонстрирует грудь?
Оливия подняла взгляд и прямо посмотрела прямо в звездные глаза демону. В них полыхал космос. Кажется, Оливия пробудила бешеного зверя и сама не знает, почему никак не остановится.
Ноздри демона затрепетали, он еще сильнее придавил ее своим телом, приподняв колено и уперевшись им в самое чувствительное и разгоряченное место у нее между ног.
- Ох… - выдохнула Оливия и попыталась упереться ладонями демону в грудь.
Но он с легкостью перехватил ее кисти и прижал их к стене. В таком открытом положении Оливия ощутила себя беззащитной, но почему-то это только сильнее возбудило, а теплая пульсация между ног усилилась.
- В моем доме все по моим правилам, - прохрипел демон, опускаясь к ее шее, и Оливия замерла, буквально предчувствуя, как горячие губы оставят на ней раскаленный поцелуй.
Светлая богиня, да что это с ней, почему она с этим демоном ведет себя,как портовая девка и не может ничего поделать в лавиной ощущений. Они захватывают ее, как ураган.
Но с поцелуем демон не торопился, только обдавая ее нежную шею горячим дыханием, будто дразнил и преподавал урок.
- Лалия неплохо преуспела в вопросах соблазнения. – продолжил он, - а тебе еще предстоит научиться приседать в поклоне так, чтобы не только мужчины теряли голову, но и женщины бросали взгляды, какие бросаешь на нее ты.
Это был упрек.
Упрек в том, что она пока не достаточно хороша ни для императора, ни, похоже, для демона. А лорд  лок Ловер, совершенно точно, в любовных вопросах очень искушен.
Его дыхание опаляло, сердце пустилось в такую пляску, что Оливия боялась, будто оно пробьет грудную клетку, дыхание участилось. Он ее изводит. Изводит с самой первой встречи. А она по непонятной причине поддается. Даже нет – испытывает какое-то необъяснимое желание.
Что за безумие? Она ведь не из тех дурочек, которые получают удовольствие от унижения и отказов. Нет, она точно не из таких. Тогда в чем дело?
Демон находился все еще так близко, что Оливия могла разглядеть вспышки звезд в его радужках, небольшие морщинки в уголках губ и глаз. Он будто сам чего-то ждал от нее. Возможно, извинений? Покорности?
Мелькнула трезвая мысль, что самое время промолчать, проявить смирение или хотя бы попытаться его изобразиьт. Но язык снова оказался быстрее.
- Вам так не терпится отдать меня императору и избавиться от меня? –тоже немного охрипшим голосом произнесла Оливия, глядя демону в звездные глаза. – Тогда зачем откладывать обучение?
Часть 10
Часть 10 /Демон Джемис лок Ловер/
Почему он должен отдать ее!
Что за нелепая ирония? Чем дольше эта девчонка рядом, тем меньше ему хочется отдавать ее хоть императору, хоть самому властителю судеб.
Дерзкая, невинная и такая смелая, Да у него рога дымятся от одного ее вида! Она пахнет, как диковинный фрукт, который хочется откусить. Соблазнительная до такой степени, что у него, зрелого и взрослого демона-инкуба весь ум стекает впах.
Она дразнит его?
- Ты с огнем играешь, малышка, - прохрипел он грозно, надеясь, что так напугает, поумерит пыл этой сладкой девочки, которая, похоже, сама не понимает, как желанна и какую власть это дает.
Вот она, перед ним, распятая, испуганная, но совершенно не сломленная. Он чувствует одуряющие запахи ее эмоций – вот пряно-острый аромат паники, он тяжелый и всегда идет первым. За ним густое, как патока, вязкое и сладкое желание. «Ох, малышка, ты даже не представляешь, как сводит с ума этот запах. Вот это перечная жгучесть гнева. Серьезно, девочка? Ты еще и злишься?» Великое пламя, дай ему сил сдержаться, чтобы не повалить на пол и неотодрать ее прямо здесь.
Что это?
Что за незнакомый вкус?
Диковинная ягода? Вишенкана торте эмоций? Кисло-сладкая мята с медовым послевкусием?
 
Он никогда раньше не испытывал такого странного и неизведанного вкуса эмоций. А ведь Джемис лок Ловер не первый день родился. Он знает толк во вкусе. Особенно женском.
Оливия так маняще пахла, что он не смог сдержаться и опустил ладони ниже, пальцы сами сжались на ее упругих булочках. Твою ж демонскую за ногу… Как нежно…
Девушка издала сдавленный стон, и Джемис был вынужден привлечь все свое мастерство, чтобы не зарыться лицом в ее волосы, не сорвать с нее это дешевое платье.
- Вы… - задышала Оливия в его руках так часто, что ее грудь заходила ходуном. О, блин, великое пламя, эта аппетитная вздернутая грудь… - вы… решили начать?
Демон локЛовек плохо соображал. Если он сейчас не остановится, то потом уже не сможет. Он должен держать себя в руках. Но как же трудно. Эти невинные голубые глазки, затянутые поволокой желания и смущения, эти приоткрытые губы… Они так близко, надо только наклониться и он вопьется в этот сладкий рот, начнет поглощать ее сладкую живительную энергию.
Какая дичь… Что с ним такое… Обычная девчонка свела его с ума. Его, двухсотлетнего демона-инкуба.
Ему стоило по истине демонических усилий, чтобы оторваться от нее, сладкой, податливой и мокрой между ног (он чувствует этот вкусный запах).
Когда заговорил, голос прозвучал не просто хрипло, а по-звериному.
- Не сейчас. Переоденься, - сказал он и отшагнул назад к дверям своих покоев. – Хочу, чтобы к обеду ты спустилась в приличном виде. Это тоже часть искусства обольщения.
После чего резко развернулся и толкнул двери, а войдя, захлопнул их за спиной.
Оливия Грин.
Маленькая развратная девственница, которая, похоже, сама не понимает, как соблазнительна для мужчин. Не удивительно, что те двое голодранцев с рабьим запахом к ней приставали. Наверняка и другие хотели бы, но боялись мачеху.
Джемис хмыкнул – надо же, госпожа Стелла Грин сама не поняла, какое сокровище вручила императору. Императору!  А не ему.
- Твою ж демонскую за ногу! – выругался он.
Что за помутнение? В конце концов, он же никогда не срывался. Даже в юности, когда в голове у инкубов только одно – поиметь как можно больше женщин, пить как можно больше эмоций, поглощать их, упиваться, он был разборчив и сдержан. А что сейчас? Потерял голову от какой-то блондинки?
В паху горело, член уперся в штаны и топорщил ткань, ему до боли хотелось вогнать его поглубже в узкую и влажную дырочку этой малышки. Хотелось слышать каждый удар ее сердца, слышать каждый вздох, чувствовать каждое колебание ее эмоций, и глотать их бесконечно.
Но он никогда не сможет этого сделать, потому что она продана императору.
- Дерьмо троллье… - зло выругался демон.
В голове и паху пульсировало, множество мыслей сплелось в одну и устремились к Оливии – загадке его вожделения.
Член поднялся еще выше, надо было срочно сбросить напряжение, иначе случится что-нибудь неприятное – возбужденный и голодный инкуб далеко не самая хорошая компания, не то что для девственницы, а для кого угодно.
Он ощутил, как меняет форму, как все его существо преобразуется от голода, а пах просто раскаляется от желания.
- Дрянь… - прохрипел Джемис и сделал несколько мучительных шагов в покои. Затем вскинул ладонь, на ней полыхнули искры, а демон прогудел: - Лалия!
Магия усилила его голос. Так он всегда призывал слуг, когда ему требовалось. Все, кто работал у него, привязывались ментальными каналами к нему и слышали его приказы тогда, когда он хотел.
Лалия робко отворила дверь в покои буквально через несколько минут. Рыженькая, с толстыми косами и блестящими игривыми глазами. Она всегда готова угодить своему господину.
 
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Демон скользнул по ней жадным взглядом и впервые за всю жизнь захотел скривиться: вместо экзотического и невероятного торта ему предлагали пожевать сена.