Сохраняйте спокойствие! (СИ)
Глава 3
Усы и прически
«Жорж, ты ведь помнишь, что сентябрь на носу?» — Жанка сидела на скамейке, подсунув под свою попу все подушки разом, отчего прямо возвышалась как восточная правительница. Из одежды… на ней не было нитки бус и прозрачных шальваров. Даже стрингов не было по причине их отсутствия в продаже не только у предприятий советской торговли, но и в «Березке». Да что «Березка», даже кооператоры, вынырнувшие из небытия указом Совета Министров, и те еще не догадались шить стринги. А всего делов — набрал флажков для загонной охоты на волка, пришил резиночки к углам, вот и готовы трусы не для тепла, а для убийственной красы. Так что моя подруга сейчас пользовалась максимальной свободой. От условностей цивилизации, от родительского контроля, от превратностей русского сурового климата.
Правда к борьбе с климатом я подготовился знатно. Не знаю, что получится зимой, но деньги потрачены, так что лелею в душе надежду на тепло в отдельно взятой квартире, в моей то есть. Удвоенное количество батарей, ибо сам себе проектировщик, подключено к стояку через регулировочный кран на случай зимней жары. Старые дубовые рамы, отреставрированные столярами задорого, остеклены на три слоя. Наружная рама получила дополнительную проточку и штапик, теперь она держит на себе два стекла. Понятно, что заколхозили, для максимальной эффективности нужно выдерживать определенное расстояние между стеклами и герметичность пакета… Но будем бороться. Проклею обе рамы на зиму, получу бледное подобие замкнутого теплового контура в пакете.
И вообще, я сейчас не о том думаю, у меня юная богиня восседает на подушках, маня меня черным треугольником лобка. Чертовка такая! Впечатлилась ярким рассказом про кусты, торчащие во все стороны из-под стрингов, да и осмелилась! Сделала себе интимную прическу. Ну как сделала, меня попросила как специалиста или просто человека, хотя бы представляющего, как должен выглядеть результат. Это был вызов, товарищи! Руки дрожали от напряжения в нижней части туловища, передавшегося всем остальным его частям. Пот заливал глаза от волнения и опаски за красоту. Но я справился. Не пожалел своей Шиковской бритвы на благое дело достижения очередного пика красоты. Конечно, результат был опробован сразу — не пропадать же такой эрекции. Оказалось, что новая прическа — это не только эстетично, но и удобно с органолептической точки зрения. Гусары промолчат, но поймут мой спич.
— Жорж, ты оглох? — Снова начала дозволенные речи моя Сирена.
— Счастье моё, я не оглох, я еще не отошел от процесса стрижки. Мой головной мозг так быстро не включается, даже сейчас с тобой говорит спинной.
— Ага, спинной. Скажи честно, сейчас ты еще под управлением полушарий нижнего мозга.
— Попрошу! У меня там не полушария, а полноценные шарики!
— Ну извини, поправка принимается. Так что насчет первого сентября? У нас какие планы на празднование дня знаний?
— Честно? Планы пока только те, что со службой связаны.
— О как! Так ты что, опять ТУДА вернулся?
— Жанна дорогая, я не вернулся, как ты говоришь, ТУДА. Я там всегда вне зависимости от официального статуса или места работы. Даже если я в бомжи подзаборные подамся, и то я буду служить ТАМ.
— Блин, Жорж, давай ты не пойдешь в бомжи! Лейтенант КГБ бомж, это можно понять, но спать с ним неохота.
— Рыба моя, я и сам не хочу, но, если прикажут, куда же я денусь. А во-вторых, ты только не смейся, но я уже капитан.
— Ты⁈ Капитан⁈ Ха-ха-ха! Я не могу! Жора, ты себя видел в зеркало? Тебя даже эти твои усы не спасают. Хотя без них было бы еще хуже, тут ты прав.
Есть такое дело, будучи бесприютным и условно безработным старлеем Комитета, я отпустил усы. На досуге почему-то вспомнил, как водил свою батарею в самоход в капитанской форме. Подумал, что правильно тогда сделал — подрисовал себе кремом для обуви усики, они визуально старше делают лицо. И подумал, а чего бы и не завести настоящие усы, пока делать нечего? Пока робинзонили с отцом на краю леса, строили дом, я месяц не брился. Отросла жидковатая совсем не шкиперская, но бородка. Самое смешное, что она выросла рыжая! Усы нормальные, русые, брови черные, а борода рыжая. Какой-то трехцветный кот, а не человек. Вот и верь потом байкам, что натуральный цвет волос девушки можно определить только по лобку. Человек — существо сложное, запросто он может быть выше пояса блондином, а ниже брюнетом. Или как я — ниже ушей рыжим.
Короче, мои капитанские усики попали на удостоверение. Онегин, когда домой ко мне приходил, промолчал насчет усов, а когда встретил меня в Управлении в усах, громко крякнул:
— Кхм! Это что такое? Сбривай!
— Так у меня и на ксиве морда с усами.
— Ты что, так фотографировался?
— Нет, Олег! Снял, а потом снова надел. Хорош тупить уже, сам меня видел, ничего не сказал. И вообще, они мне не идут или Контору палят?
— Да вроде нет, если честно. Сейчас многие с усами ходят.
— Ну и чего тогда базар разводишь?
— Капитан Милославский! Как с руководством разговариваешь!
— Виноват, ваше благородие! Забылся!
— Иди уже, куда шёл. Ходи пока так.
— Петь, если что, я их сбрить могу. Так даже круче в плане конспирации.
— Чем?
— Если я где-то примелькался с усами, то без усов уже вроде и не я. С хорошими знакомыми такой номер не пройдет, а кто один раз видел, не узнает.
— Ой, вот только не надо теории разводить. Курсы работы с гримом я проходил, еще тебя поучить могу. Сказал, носи пока, значит носи.
Жанна тоже на мои усы поначалу покусилась, дразнила, даже дергать меня пыталась за них, потом успокоилась, привыкла.
— Жор, то есть мы первого никуда не пойдем?
— Я на службу, ты в училище. Привыкай к тому, что лето и каникулы закончились у нас обоих.
— Вот ты скучный, — вздохнула подруга, — А потом вообще исчезнешь, и опять внезапно?
— Я уже сто раз говорил — привыкай. Или не привыкай, но молча. Я сейчас вообще в каком-нибудь Мухосранске мог бегать по всяким конторам. А вишь, повезло — с тобой половым развратом занимаюсь.
— Больше говоришь, чем занимаешься. Я, между прочим, замерзла! Грей давай и это, утешай свою брошенку.
— Так тепло дома!
— Снаружи тепло. А внутри я вся как ледышка от твоего холода и равнодушия. Эта ледяная игла, которую ты не видишь, способна не только проткнуть мой страдающее сердце, скоро она своим остриём выйдет наружу, прорвав оболочку! — Голос Жанны креп, она встала на лавочку, одной ногой опершись о спинку и откинула в сторону свою даже не руку — длань. Стервочку совсем не смущало что патетический монолог она произносила голышом. Да кто их вообще знает, может им такой перфоманс только в кайф. Насмотрелся я в следующем веке всяких экспериментальных театров. Не вживую, на Ютюбе. Артисты эти такое вытворяют, что впору в дурку звонить. А нет, это высокое искусство, блин.
Да уж, послезавтра у меня первое сентября… и человечек один странный. Я надеюсь, что именно он странный, что не придется искать знакомого его знакомого, который статейку написал, другу рассказал, а тот Мишке показал. А Мишка в свою очередь опубликовал. Нет, не должно такого быть как минимум потому, что в солидный журнал кого попало печататься не возьмут. А если напечатали именно кого-попало, сопливого школьника, да такого размера статейку тиснули. То этот левый восьмиклассник, или кто он тогда был — существо нерядовое. Вот возьмём меня — я мог бы выбиться на страницы всесоюзной прессы? Стоп, стишок в «Пионерской правде» не в счет. И работа инструктором обкома комсомола тоже не считается, у меня буст был серьезный в виде того самого комсомола. Да, буст, то есть поддержка и продвижение. И харизма выдающаяся с интеллектом и послезнанием. Хм, у искомого типа я как бы тот же комплект подозреваю. Хотя и в не в таком эпическом объеме, как у меня. Иначе с чего бы он всё еще на пятом курсе журфака зависал? Я бы вот на его месте… вон чего.
Звонок телефона разбудил — получается, что я спал? То есть мы спали вдвоем с Жанной. Закатное солнце лупит в окно кухни и отражается в полированном полу, пуская рыжего зайчика в комнату. Самое смешное, что заснули мы в самых неудобных позах на скамейке с подушками. Вернее, Жанна на скамейке, а я на полу рядышком с ней. Я думаю, что счастье так и должно выглядеть — когда ты засыпаешь утомленный чем-то очень приятным, не утруждая себя переползанием на кровать.