Не время для героев. Том 5 (СИ)

Хотя… Какое мне дело, если уж быть откровенным до конца с самим собой?
Тряхнув головой, я отгоняю от себя пространные мысли.
Как бы там ни было — по всей видимости, Хайсама и её люди не знают, кто я такой. Никто из них ни разу не видели меня, не считая тех людей в замке, но вряд ли в том нестриженном и грязном оборванце в обносках можно узнать представительного Сейнорай, который сейчас поднимается к крепости Хайсамы.
Проклятье, да я даже решил единственную проблему, которая могла меня выдать — скрыл перчатку и заглушил её эманации!
Оказалось, что Хам, который так ловко «спрятал» перчатку тогда, в замке, заодно укрыл её и от магического взора! Вот почему те колдуны не обнаружили её — хотя сканировали меня!
Установить этот факт удалось совершенно случайно, во время одного из ужинов с Зеллером. В тот вечер Хам спал на моей руке, обвив перчатку, и колдун, едва войдя в трапезную, застыл будто поражённый молнией.
— Х-хэлгар… — заикаясь, произнёс он тогда. — К-куда… К-куда пропала перчатка?!
Страха в его голосе было столько, что я поневоле и сам забеспокоился — но стоило только разбудить Хама, как колдун ощутил резонанс могущественного артефакта. Вскоре мы разобрали произошедшее и сочли весьма удачным тот факт, что у меня имеется такая маскировка.
В тот вечер и родился наш план.
На самом деле зверёк, которого Зеллер приметил в первую нашу встречу и обозвал Рилаем, оказался весьма и весьма непростым.
Я выяснил, что Рилай — чрезвычайно редкий вид, который практически невозможно встретить. Всё дело в том, что пару тысяч лет назад их практически полностью истребили из-за невероятно полезных свойств организма этих зверьков.
Свойств, которые сохранялись в частях тела на сотни лет после убийства несчастных созданий…
Рилай практиковали меж собой телепатическую связь — и местные колдуны наловчились создавать из мозга зверьков средства связи. Эти милые создания могли экранировать магическое поле любой силы — и этим тоже пользовались, чтобы создавать амулеты, а иногда и целые накидки, позволяющие скрыть огромную магическую мощь.
Из крови зверьков варили сильнейшие восстанавливающие зелья, а их зубы из-за дизенфецирующих свойств ценились во стократ дороже изумрудов и золота.
Так что мне, можно сказать, сильно повезло.
Не в последнюю очередь потому, что я встретил не взрослого (которого почти невозможно найти) рилай, а едва-вылупившегося. Как оказалось, зверушки, после появления на свет, навсегда привязываются к первому, чью кровь попробуют на вкус. Обычно это родитель, но в моём случае всё произошло так, как произошло.
И кстати, в этот же самый момент рилай привязывается к своему «родителю» телепатически, и со временем эта связь крепнет. Вот почему я периодически вижу образы, которые этот малыш мне посылает.
Ну и умение прекрасно понимать человеческую речь и даже воспроизводить её — таким не могло похвастаться ни одно животное Западного континента, так что рилай можно было смело записывать в разряд разумных существ наравне с людьми.
К сожалению, это была практически вся доступная о рилай информация — они встречались настолько редко, что об их развитии было мало чего известно.
И теперь, чувствуя перчаткой сердцебиение спящего зверька, я не переставал радоваться тому, что мне так повезло с ним встретиться.
Как бы там ни было, сейчас меня волновало одно — пока Владеющей не было в Элларе, требовалось вытащить оттуда Айрилен и сына Зеллера.
И если (если!) получится это провернуть — Велара обязательно об этом узнает, и мы выманим её в нужное место, оставив за собой следы. Туда, где у колдуньи не будет преимущества, я лишь тогда рискну с ней сразиться. И то — для начала попробую одолеть хитростью.
Ну а если не получится… Что ж, на этот случай у меня был козырь, спрятанный в рукаве. Тот, на который Зеллер и рассчитывал — кристаллическая перчатка, сросшаяся с моей рукой.
Зная, что она может стать последним шансом, перед тем как отправляться в вотчину Хайсамы, я, если можно так выразиться, «договорился» с ней. Слился с шёпотом, звучащим в голове, и он почти сразу откликнулся на мой зов. Я попросил перчатку (или того, кто был в ней заперт) помочь мне в трудную минуту, если понадобится.
 
И голос с радостью согласился…
Не то, что бы я верил ему безоговорочно — но перчатка уже несколько раз показала, что способна меня защищать. Да, скорее всего, Беренгар предупреждал о том, что я не должен её использовать, но… Я верил, что в самом крайнем случае частица Арканума защитит меня и Айрилен.
Жаль, конечно, что того камушка Твагрита не хватило для возвращения Беренгара… Старик явно мог рассказать мне много интересного, да и помог бы при подготовке столь сложного дела… Но нет — минерал взорвался, не выдержав магического напряжения, отправив меня в очень странное видение, и когда я очнулся…
Сказать, что я был поражён — значит не сказать ничего.
Меня до сих пор прошибает пот от осознания того, что я видел. Отчего-то я сразу понял, что мне привиделся сам Творец и его дети — та самая Аулэ Светлоликая, подарившая людям магию, тот самый Зеал (которого ещё называют без приставки «Тор», означающей «Предатель»), Коана и Эльдар — четверо Вечных, которые помогали Творцу создавать этот мир…
Разумеется, я думал над тем, что это может быть всего лишь бредом, вызванным сотрясением мозга от ударной волны, неслабо припечатавшей меня к дереву. Но после того, как поискал в библиотеке Зеллера книги по истории и почитал описания Вечных, которые вели за собой людей чуть больше всего тысячи лет назад — на какое-то время потерял дар речи…
Всё совпадало. Судя по всему, я действительно видел фрагмент того, что происходило давным-давно, и от осознания этого становилось не по себе. Кажется, это едва ли не прямо подтверждало то, что у меня на руке — перчатка самого Творца…
— Прибываем, — хрипло заявляет управляющий платформой маг, выдёргивая меня из размышлений.
Причальная площадка приближается быстро — высокие и толстые мраморные колонны очерчивают её периметр на самом краю Эллдара, поддерживая черепичную крышу. За ней виднеется твердыня — высокие крепостные стены и всполохи магии над ними, башни, купола, шпили…
Вблизи размер этого парящего острова увеличился до просто невообразимых размеров…
Нас встречает целая делегация — десять Сейнорай, судя по светящимся татуировкам, пятеро Таскалоров и полтора десятка стрельцов с огнеплюями разной конструкции. Вперёд выходит мужчина — в фиолетовых одеждах, со знаком Сейнорай, перечёркнутым тремя штрихами — льдисто-синим, чёрным и ярко-зелёным.
Узкое лицо мужчины перечёркивает длинный шрам, один глаз подёрнут белёсой плёнкой, половина носа отсутствует, а за тонкими губами, когда те открываются, отсутствуют несколько зубов.
Тем разительнее контраст между "потасканной" внешностью этого человека и драгоценностями, украшающими его пальцы и шею, а также дорогой длиннополой одеждой.
Я знаю, кто это — Ракс, один из ближайших помощников Хайсамы. Дождавшись, пока управляющий маг откроет дверцу пришвартовавшейся платформы, выхожу навстречу колдуну.
— Приветствую, Сейнорай Ледяных Листьев, скрытых во Тьме, — я склоняю голову. — Меня зовут Рой Клешня, я Таскалор, посланный Сейнорай Ледяного Ветра, Шен-Зеллером, чтобы…
— Знаю, — перебивает меня Ракс неприятным, надтреснутым голосом, — Нам сообщили, когда вы прибыли в город.
— Да, разумеется, — я изображаю смятение. — Я привёз подарок.
Дёрнув за верёвку, которую держу в руках, заставляю стоящего позади Сейрана сделать несколько шагов вперёд. Глядя на меня, парень шипит, оскалив зубы. Хорошо играет…
— Любопытный экземпляр, — Ракс подходит к юноше и пальцем приподнимает его голову за подбородок.
Сейран дёргается — и тут же получает мощную пощёчину, полную обжигающего льда! Его щека покрывается ледяной коркой, парень шипит от боли, а я едва сдерживаюсь, чтобы не броситься на колдуна!