Все к лучшему

— Он слишком много работает, — заметил Эрвин. — Хотел бы я иметь хотя бы половину его энергии и способности восстанавливать физические и душевные силы. После того, что вытворяла Мейбл… — Он говорил осторожно, словно боялся кого-то обидеть, — я просто удивляюсь, что он согласился разбираться в деле, связанном с фиаско ее кузины.
Айрис нахмурилась. Она понятия не имела, о каком «фиаско» идет речь, но зато догадывалась, почему Дэвид связался с Грейс.
— Она очень красивая.
— Да уж… Мне кажется, что она очень навязчивая. Стронгу пришлось не только разбираться в махинациях того типа, который обманул сестер, но еще и удерживать дружка Грейс от опрометчивых поступков. Ведь он боксер, так и рвется в бой. Только вместо меча правосудия хочет воспользоваться своими кулачищами.
— Ее дружка?.. — Айрис убрала со лба непослушную прядь волос и постаралась не выглядеть изумленной дурой.
— Здоровенный малый, который никого к ней не подпускает. Во всяком случае, так говорят.
Значит, Дэвид вовсе не искал утешения в объятиях Грейс. Этого просто не могло быть при таком «дружке». С ее губ сорвался короткий смешок, в глазах заплясали искорки, чего не было уже давным-давно, щеки порозовели, а ярко-рыжие волосы засияли.
— Да, ему многое пришлось пережить в последнее время, — продолжал между тем Эрвин. — Эта история с Мейбл, а потом сразу же катастрофа… Более слабый человек на его месте сломался бы. И я рад, что он смог расстаться с прошлым и создал новую семью. Дэвид очень замкнутый и ни с кем — даже со мной — не делится своими переживаниями. Но в прошлом году… Я никогда не видел, чтобы он так замыкался, уходил в себя.
Внезапно Эрвин остановился на полуслове, словно поняв, что говорит слишком много, и Айрис почувствовала, как острая боль снова пронзила ее сердце. Разве она не знала, как сильно Дэвид любил жену? Однако сейчас, послушав его друга, она стала по-другому смотреть на вещи.
— Думаю, мне пора. — Женщина бросила крошки сандвичей на траву — пусть склюют птицы, сунула пустой целлофановый пакет в сумку и поднялась.
— Прямо домой? — Эрвин вскочил следом и, когда Айрис кивнула, поинтересовался: — Вы на машине?
— Нет. — Она рассмеялась. — Мама и муж объединились против меня и следят, чтобы я не садилась за руль. Пришлось приехать на такси.
— Очень разумно, — улыбнулся Эрвин. — Тогда я могу поймать вам такси.
— Да нет, не стоит… — Она хотела отклонить предложение, не обидев человека. Ей нужно было побыть одной и подумать, но он не мог бросить ее. Совсем как Дэвид. Возможно, чувство ответственности и сделало их близкими друзьями. Галантный Уэйберн поднял руку перед проезжавшей мимо машиной и усадил в нее даму.
— Привет супругу!
Итак, у Грейс был друг, и муж об этом знал, размышляла Айрис. А она-то хороша: обвинила его в связи с этой чертовкой, мучимая сомнениями и подозрениями, которые та ловко подогревала. Но зачем? Было лишь одно объяснение: красотку грызла безумная ревность.
Но если она ей не соперница, то остается лишь победить призрак Мейбл. Ну, с этим можно справиться. И если извиниться за свою дурацкую ревность, забрать назад ужасные слова о том, что Дэвид женился на ней только ради опеки над ребенком, и укротить свою гордыню, то вполне вероятно, что когда-нибудь…
Мысли неслись одна за другой, и взволнованная Айрис не обращала внимания на все усиливавшиеся неприятные ощущения в пояснице. Она была поглощена только одним: желанием завоевать любовь мужа. Отчаянно хотелось увидеть его, но ведь сегодня он не приедет. Вечером отправится в Нью-Йорк, а там решит, что же ему будет лучше. Господи, да она же потеряет его навеки!
Охваченная паникой, женщина порылась в сумочке. Наличных денег осталось мало, но у нее с собой чековая книжка…
— У меня изменились планы, — торопливо обратилась она к шоферу. — Вы сможете отвезти меня к зданию суда в центре Бостона?
— Вы шутите? — шофер удивленно посмотрел на нее в зеркало, и, когда она, не слишком уверенная в правильности своего поступка, промолчала, с сомнением спросил: — Вы представляете себе, сколько это будет стоить?
 
Не дороже моей судьбы, подумала Айрис. Это же мизерная цена за возможность спасти брак.
После того как она заверила шофера, что сможет расплатиться и не родит в пути, тот согласился отвезти ее. Они остановились только однажды — у кафе, чтобы она могла позвонить матери и выслушать все, что та о ней думает. Когда такси прибыло к зданию суда, было уже далеко за полдень.
Спросив в секретариате, где можно увидеть мистера Стронга, она получила ответ и поднялась на второй этаж. В одном из залов судебных заседаний рассматривалось дело. Адвокатом истца выступал Дэвид. Он бросил на Айрис короткий взгляд и тут же равнодушно отвернулся, будто увидел незнакомку. Ей показалось, что он вонзил кинжал в ее сердце.
Неужели она бессильна тронуть его чувства? Неужели ей больше не на что рассчитывать? Видит бог, она не ждала, что Стронг помашет ей рукой или поприветствует как-то по-другому. Но ведь мог подать знак хотя бы проблеском узнавания в глазах!
И тут она почувствовала на себе чей-то взгляд и оцепенела от неожиданности. На заднем ряду сидела Грейс, державшая руку на дорожной сумке. Лицо соперницы не скрывало выражения надменного торжества. У Айрис возникло странное чувство, что все это уже было. Ну, конечно, похолодела она и вспомнила: ее сон! Так что же? Мрачные предчувствия сбывались? Вот адвокат Стронг — чужой, холодный и равнодушный человек. Вот его самодовольная любовница. Айрис охватила паника. Эрвин жестоко заблуждался. Да, Дэвид тяжело переживал свое горе, но чтобы забыть его, ему была нужна именно Грейс. Она с сумкой — значит, собралась в дорогу, а Дэвид тоже должен ехать сегодня в Нью-Йорк, якобы по делам этой дамы.
Айрис опять пронзила сильная боль, проникшая в каждую клеточку тела. Но эта боль была чисто физической… Женщина невольно обхватила обеими руками свой большой живот и громко вскрикнула:
— Мой ребенок!..
Застигнутая очередной схваткой, она слышала, как сидевший рядом мужчина тревожно поинтересовался, чем он может помочь, а судья строго потребовал прекратить в зале шум. Айрис была слишком погружена в собственную боль, чтобы реагировать на происходящее, пока над ней не склонился Дэвид.
— Прости меня, — всхлипнула она, ухватившись за его руку и радуясь спасительному спокойствию, пришедшему вместе с ним. — Прости, я не хотела…
— Все в порядке.
Но это было далеко не так. Публика пришла в волнение, пытаясь понять, что происходит, а разгневанный судья стучал молотком, требуя тишины. Дэвид пытался объяснить ему ситуацию и настаивал на немедленном перерыве.
— Джентльмены! Кто-нибудь, вызовите «скорую»! — Его голос выдавал волнение. — Что с тобой, дорогая? Это связано с ребенком?
Боль немного отпустила, и Айрис кивнула.
— Началось, — пролепетала она в страхе и изумлении. Ведь врачи говорили ей, что первые роды обычно несколько задерживаются…
— Почему ты здесь? — тревожно спрашивал Дэвид, ведя жену к выходу. — Что-нибудь с матерью?
Айрис покачала головой.
— Это не имеет значения.
Сейчас она ничего не могла ему сказать. Подозрение, что он собирается ехать с Грейс подтвердилось. Дамочка была тут как тут, выказывая преувеличенное беспокойство. Дэвид тихо сказал ей:
— Тебе уже пора ехать. Позвони, когда вернешься…
Уже через несколько минут Айрис оказалась клинике и испытывала такую ужасную боль, о которой раньше не имела представления. Но ей было плохо по другой причине: почему-то рядом не видно Дэвида, хотя он и провожал ее к «скорой». А он ей так нужен!
Она закрыла глаза, стиснула зубы и вонзила ногти в чью-то руку, оказавшуюся в ее ладони. Подняв глаза, Айрис увидела, что это Дэвид.
Оказывается, он все время был рядом. Ей хотелось позвать его по имени, но не было сил. А потом, когда уже казалось, что она больше не выдержит, все внезапно кончилось. Боль отпустила ее, и женщина растаяла от неописуемой радости, услышав крик ребенка.