Надежда варвара (ЛП)
— Значит, тебе нравится идея с «Тайным Сантой»? — спрашивает меня Клэр, пока я разливаю чай. Она выглядит довольной. — Это не слишком сбивает с толку?
— Единственное, что сбивает с толку, — это название, — говорю я ей, садясь со своей чашкой. Довольно приятно сидеть дома и говорить о планах и других вещах, а не погружаться в свое горе. Возможно, я слишком долго застряла в своей собственной голове. Возможно, я просто делаю себя несчастной и нуждаюсь в отвлечении. Что бы это ни было, присутствие Клэр заставляет меня чувствовать себя самой собой больше, чем за долгое-долгое время. — Ты называешь это «Сан-та»?
— «Тайный Санта», да. Это потому, что ты ведешь себя как Санта, который раздает подарки. Он эльф, который носит красное и спускается по трубе, э-э, дымовому отверстию.
Я поднимаю взгляд на дымовое отверстие в моем собственном потолке.
— Это кажется странным способом доставлять подарки. Разве они не сгорят?
— Это действительно звучит странно, если разобраться. И нет, на самом деле нам не обязательно отправлять наши подарки через дымовые отверстия. Мы можем оставлять их на порогах домов людей или поручать другим доставлять их для нас. Идея заключается в том, чтобы получать удовольствие превыше всего остального. Мы можем назвать это «Тайным вручением подарков» или как-то еще, поскольку история с Сантой будет странной.
— Мне нравится идея тайных подарков. Это кажется интересным.
Клэр радостно сияет от моей похвалы.
— Это тоже одна из моих любимых традиций.
Пока мы пьем чай, мы просматриваем ее список предложений, и я помогаю ей описать их так, чтобы ша-кхаи запомнили их. День празднования «Благодарения» становится — «Праздничным днем».
— «Охота за яйцами» заменена «Охотой за семенами», поскольку яйца теперь являются основным продуктом питания в суровый сезон, и их не следует тратить впустую на игры. Семена растения интисар крупные, луковичные, с твердой скорлупой, которую можно раскрасить, как маленькие яйца, о которых упоминает Клэр, а затем спрятать вокруг плодоножки. Мне это кажется глупой игрой, но когда она говорит мне, что это для комплектов, в этом появляется больше смысла. Им понравятся такие игры, и родителям будет приятно наблюдать за ними. Будет день бала и игр, день песен и племенных собраний, и так много других планов, что я нахожу, что меня впечатляет энтузиазм и решимость Клэр придумывать так много вещей, которыми люди могли бы заняться. — Это очень много задач, — говорю я ей. — Как ты вообще собираешься все это улаживать?
— О, ну, люди умеют читать, поэтому я подумала, что мы могли бы разместить шкурки с расписанием в длинном доме, а потом, может быть, сделать рисунки для ша-кхай? — Она прикусывает губу. — Это не лучший ответ, но я не могу придумать другого способа сделать это, кроме как ходить от дома к дому и напоминать всем, каким будет следующий день.
— Мы можем сделать и то, и другое, — уверяю я ее. — Я помогу тебе. — Чем больше я думаю об этом, тем больше я полна решимости помочь Клэр добиться успеха. Это большая задача, но я с нетерпением жду ее.
***
День пролетает незаметно, пока мы с Клэр строим планы, и к тому времени, когда солнца опускаются за горизонт, а холод в воздухе становится слишком сильным, чтобы его игнорировать, у нас на шкурке Клэр остается еще много каракулей, много планов и выпито много-много чашек чая. Клэр приглашает меня в ее маленькую хижину, чтобы съесть остатки тушеного мяса, и я присоединяюсь к ней. Она живет в одном из маленьких домиков поближе к длинный дому, где полы теплые под ногами, а стены украшены странными рисунками. Ее дом уютный, но голый, во многом похожий на мой собственный, и я не могу отделаться от мысли, что ей нужны декоративные обшивки на стенах, чтобы удерживать тепло и сделать все более красивым вокруг. С грустью я вспоминаю, у меня в пещере были такие вещи, когда я впервые спарилась с Химало. Все они пропали во время обвала, и у меня не хватило духу украсить свой новый дом. Клэр, я полагаю, не знает, как это сделать. Я могу показать ей, если она не возражает против моей компании. Или, возможно, я преподнесу ей это как обмен подарками. Мне нравится эта мысль.
Когда мы устраиваемся с мисками у огня, Клэр подавляет зевок.
— Итак, завтра мы выйдем и начнем рассказывать всем о «Тайном вручении подарков», верно?
Я киваю.
— Это даст всем время подготовить свои подарки. Даже маленькие должны быть созданы вручную, и каждый захочет принять участие и убедиться, что его соплеменник получит то, что ему понравится.
Она жует, кивая головой.
— Мы можем начать рассказывать людям об этом, свяжемся с охотниками, когда они вернутся, а затем начнем празднование в начале следующей луны. Мы начнем с Дня украшения, а потом сможем провести другие дни, если позволит погода.
— Хороший план. — Я поднимаю свою миску. — Это тоже хорошо. Спасибо, что поделилась.
Ее улыбка застенчивая, но гордая.
— Это делает еду вкуснее, и я не кладу слишком много кореньев, потому что знаю, что Эревен их не любит. И мне нравится твоя компания. Становится одиноко, когда моя пара всю ночь бродит по тропам.
Я до нелепости рада, что ей нравится мое общество. Я наслаждалась днем, проведенным с Клэр. Она тихая и вдумчивая, в отличие от некоторых других людей, и искренне интересуется моим мнением. Она заставляет меня чувствовать себя… нужной. Возможно, Химало не единственный, кто чувствовал себя потерянным все это время.
— Хорошо иметь друга, — говорю я ей, и когда она соглашается, я думаю, что я не единственная, кто так думает. Мы тихо болтаем за едой, а затем проводим немного времени за шитьем у костра, пока зевки Клэр не становятся более частыми. Я отправляю ее к ее мехам и обещаю, что вернусь рано утром, чтобы мы могли приступить к осуществлению наших планов.
Когда я покидаю ее дом, я счастлива. Это странное чувство, и в то же время приятное — снова иметь цель — и друга. Другие люди, конечно, были дружелюбны, и мои соплеменники, возможно, не поняли бы разницы между тем, чтобы просто посидеть у костра рядом с другими, и чувствовать себя по-настоящему желанным гостем.
Или, возможно, все это было просто у меня в голове. Трудно сказать.
Я возвращаюсь в свой маленький домик и обнаруживаю, что в костре нет ничего, кроме тлеющих углей. Фарли не вернулась и, вероятно, не вернется, пока не вернутся охотники. Несмотря на то, что я жалуюсь на ее компанию и на ее вонючего питомца, мне кажется, что здесь слишком тихо, чтобы быть здесь одной. Температура обжигающе холодная, но поскольку я единственная в доме, разводить костер только для одного ша-кхай кажется пустой тратой времени. Я достаю из своей корзинки несколько лишних мехов, складываю их стопкой на кровати и забираюсь под них, ожидая, пока тепло моего тела согреет одеяла.
При этом я смотрю в потолок. В темноте я едва могу разглядеть толстую строчку на швах, где шкуры были плотно стянуты вместе, образуя одно большое покрытие. Я думаю о том, как хорошо я себя чувствую, как я полна планов и мыслей, а не грусти. И я думаю о Химало и о том, как ему нужно чувствовать себя нужным. Как же я ему этого не дала. Как натянуты отношения между нами.
Я встаю с кровати, подхожу к стене, к которой плотно прикреплен верх виг-вама, и начинаю разбирать швы.
Глава 5
ХИМАЛО
В работе с кожей есть душевное спокойствие. Энергичное скручивание жесткой шкуры, чтобы сделать ее мягкой, бесконечное втирание жира и мозгов в поверхность, соскабливание шерсти. Бесшумное переплетение шила, когда оно проводит шнур через пробитые отверстия. Мне нравится моя задача. Это позволяет моему разуму успокоиться, даже когда в нем царит хаос. Я едва замечаю, который час, только то, что солнечный свет начинает меркнуть. На мои руки падает тень, из-за чего невозможно разглядеть крошечные дырочки для стежков, когда кто-то подходит и встает позади меня в моей кожевенной хижине.