Надежда варвара (ЛП)

— Но теперь ты снова нашла отклик.
Ее губа дрожит.
— И я волнуюсь, что все снова пойдет наперекосяк. Что мое тело не сможет выносить мой комплект, и мы снова возненавидим друг друга. — Ее рука накрывает мою и крепко сжимает ее. — Я не думаю, что смогу пережить это снова.
Моя бедная подруга. Я обнимаю ее и прижимаю к себе. Она напрягается в моих объятиях, но затем расслабляется и кладет голову мне на плечо.
— Знаешь, беспокоиться о таких вещах — это нормально. Это случилось, и это было ужасно. — Я глажу ее по спине. — Это то, через что никому не следует проходить.
— Мой мир рухнул, когда умерла Шамало, — голос Айши суров от горя. — Она умерла, и когда Химало попытался утешить меня, я оттолкнула его. Я не знала, как с этим справиться. Я все еще не знаю. Сначала я пыталась не обращать на это внимания. Если бы я не думала об этом, возможно, это было бы не больно. — Ее горло сжимается так, словно она пытается проглотить комок. — Химало не понимал, почему я не горюю так, как он. Поэтому я была холодна с ним. Я говорила ужасные вещи. — Она тяжело вздыхает. — И я пыталась спариваться с другими самцами. Я подумала, что, может быть, мне следует причинить ему боль так же, как причинили ее мне.
Ик. Все стало неловко. Я подозревала это, учитывая прохладное отношение Кайры к Айше, но услышать это вслух непросто. Я похлопываю ее по спине.
— Ты пыталась найти способ сделать так, чтобы было не так больно. Я понимаю.
— Никто не принял мое предложение. Конечно, я же все еще была в паре. Если бы я не была в паре, у меня могла бы быть дюжина самцов за столько же ночей. Но нельзя дотрагиваться до пары другого человека. — Она фыркает. — Не то чтобы моя пара хотела меня в тот момент. Он не прикасался ко мне с тех пор, как родилась Шамало, а это было много сезонов назад.
— Ты сама сказала, что была жестока с ним. Я думаю, он тоже был ранен. — Я стараюсь, чтобы мой тон был как можно более непредвзятым. Я сомневаюсь, что Айша когда-либо признавалась кому-либо во всей этой обиде, и я не хочу, чтобы она думала, что не может поговорить со мной. Мне больно за нее, потому что я знаю, каково это — чувствовать себя одинокой, лишенной друзей, напуганной и страдающей. Чтобы все, что ты любишь, было отнято у тебя в одно мгновение. Мы, люди, достаточно хорошо освоились, но я все еще скорблю о Земле и ее пляжах, о теплом дне под палящим солнцем. Пицца, только что вынутая из духовки. Шоколад. Походы в кино или день в торговом центре. Мои родители и моя собака, хотя они были мертвы к тому времени, когда меня похитили инопланетяне. Я все еще скучаю по ним. Я все еще скучаю по всему этому.
— Мне все еще больно. Каждый день мне больно за нее. — Она роется в мехах и достает детскую тунику. Она такая крошечная. Айша подносит ее к лицу и прижимает ко рту, затем глубоко вдыхает. — Это больше не пахнет так, как она. Я бы хотела, чтобы запах остался. Шамало была такой… — ее голос срывается, — идеальной.
Мои глаза щиплет от слез. Она носит с собой так много горя.
— Я знаю.
— Мне следовало носить ее под сердцем еще один сезон, — шепчет Айша. — Но она все равно родилась, и она была такой маленькой. Такой крошечной. Даже это было ей, как одеяло. — Она гладит детскую тунику. — Она была слишком хрупкой, чтобы принять кхай. Комплект должен быть здоровым и сильным, иначе это отнимет слишком много сил и… — она давится словами. — Шамало… она… она не смогла.
— Все в порядке, — мягко говорю я ей. — Я знаю, как много она значила для тебя. Потеря ее не означает, что ты не права, оплакивая ее. Ты будешь скучать по ней каждый божий день, и это нормально. В этом нет ничего плохого.
Она садится.
— Мне страшно, Клэр. Что, если мое тело не выдержит еще одного комплекта? Что, если я войду в резонанс с Химало и мой комплект снова придет раньше срока? Что, если я разрушу еще одну жизнь? — Ее руки прижимаются к животу. — Что, если мой кхай не поймет, что у меня не может быть комплекта, и просто продолжит заставлять меня резонировать снова и снова, и…
  
— Прекрати, — мягко говорю я ей. — Ты паникуешь. Ты сильная. Ты здорова, и Химало тоже.
— Но в прошлый раз я тоже была здорова.
— И это произошло. Это никто не может изменить. — Я беру ее за руку и сочувственно сжимаю. — Но это не значит, что это произойдет в этот раз. И это не значит, что с тобой что-то не так. Если бы это было так, тебе не кажется, что Мэйлак увидела бы это и исправила?
— Я хочу тебе верить. Я верю. Но я напугана.
— Конечно, ты напугана. Это нормально. Любой бы был напуган на твоем месте. Но посмотри, сколько комплектов родилось…
— Человеческие комплекты, — вставляет она.
— А у Мэйлак двое здоровых детей, — отвечаю я. — Они полностью ша-кхаи и в порядке. И каждый день на этой планете рождаются комплекты. Посмотри, сколько здесь мэтлаксов.
Она фыркает.
— Это животные. Звери.
— Я не знаю насчет мэтлаксов, — задумчиво говорю я. — Возможно, это просто мохнатые люди. Мохнатые, очень вонючие люди.
— Звери, — властно произносит она.
Я пожимаю плечами.
— Ну и что, если это так? Они рождаются здоровыми. Рождение — это естественный процесс. С твоим комплектом все будет в порядке.
— Но что, если с ним не будет все в порядке? — Ее лицо полно страха.
— Но что, если будет? — Я возражаю. — Ты никогда не узнаешь, пока не попробуешь.
— О, я должна попытаться. — Айша закатывает глаза с очень человеческим выражением. — Резонанс не позволит мне сказать «нет».
— Ты хочешь сказать «нет»? — спрашиваю я. Даже на этой примитивной планете, с целителем, если она не хочет своего ребенка, может быть, есть способ исправить это для нее, хотя мое сердце болит при этой мысли.
Она молчит очень долго, ее взгляд сосредоточен на дыре в потолке, как будто это даст ей ответы. Затем она переводит взгляд на меня.
— Я хочу комплект больше всего на свете. Я так устала от того, что мои руки пусты.
— Тогда ты должна рискнуть, — подбадриваю я ее. — Поговори с Химало. Я уверена, что он тоже напуган, потому что держу пари, что он беспокоится о том же, о чем и ты. Но вы, ребята, можете опереться друг на друга вместо того, чтобы отдаляться друг от друга. Это знак того, что тебе суждено иметь семью, Айша. Ты не можешь позволить смерти Шамало разрушить тебя и все счастье, которое у тебя может быть. Ты заслуживаешь быть счастливой. Ты заслуживаешь того, чтобы у тебя был комплект и пара. Ты заслуживаешь всего этого. Но стремиться к тому, чего ты хочешь, будет означать рискнуть.
Айша медленно кивает.
— Мне страшно.
— Милая, если бы ты не боялась, ты бы не была человеком. — Я обнимаю ее за плечи и притягиваю к себе для еще одного объятия, игнорируя тот факт, что костяные пластины на ее руках царапают мою кожу.
Смех вырывается из ее горла.
— Я не человек. Ни в малейшей степени.
— Хорошо, — поправляюсь я с усмешкой. — Ты не была бы ша-кхай.
Глава 9
Айша
Клэр мудра. Я думаю о ее словах, пока она подбрасывает дрова в огонь и заваривает мне чай. Она должна была бы провести день в длинном доме, распевая песни и наслаждаясь празд-ником с племенем, но она здесь, со мной, в моей хижине. Она хороший друг, и я так благодарна за ее присутствие, что чуть снова не начинаю плакать. Похоже, в этот день во мне бурлят эмоции.
Резонанс отдается в моей груди, напоминая мне, что это не было исполнено. В прошлый раз, когда я резонировала, я сразу же взяла Химало в свои меха. Мне кажется странным откладывать что-то, как будто я делаю это неправильно. Неужели мой комплект даже сейчас внутри меня, ждет, когда мы спаримся, чтобы он мог начать расти? Это странная мысль, и я дотрагиваюсь до своего живота. Химало так и не появился, и я задаюсь вопросом, мучается ли он так же, как и я. Возможно. Он мыслитель, Химало. Он почти ничего не говорит, но я знаю, что его ум всегда работает, обдумывая все. Он будет думать о Шамало и новом комплекте.