Надежда варвара (ЛП)

Руби Диксон
Надежда варвара
Серия: Варвары Ледяной планеты (книга 10)
Автор: Руби Диксон
Название: Надежда варвара
Серия: Варвары Ледяной планеты_10
Перевод: Женя
Редактор: Eva_Ber
Обложка:  Poison Princess
Оформление:
Eva_Ber
Глава 1
Айша
Когда я согласилась позволить Фарли жить со мной, я не продумала все до конца.
Я заворачиваюсь в свои меха, потирая лицо. Еще рано. Мое дыхание клубиться в темноте, а огонь — всего лишь тлеющие угли. В доме темно, и я не уверена, что меня разбудило.
Потом что-то утыкается носом в мою гриву.
Я вскрикиваю и сажусь в постели, взъерошивая свою гриву. Моя голова ударяется о голову двисти, и он блеет, убегая прочь, цокая копытами по камням.
— Что? Что такое? — сонно спрашивает Фарли.
— Твой питомец снова пытался съесть мою косу, — выпаливаю я, проводя руками по волосам. По какой-то причине Чом-пи находит мои волосы вкусными, и это уже третий раз за последние несколько дней, когда он пытается их откусить.
Она хихикает, что не улучшает моего настроения.
— Он думает, что это одна из соломенных кос, которые я сплела для него. — Она встает, и я вижу ее лицо в тени, когда она направляется к контейнерам для хранения. Она вытаскивает толстую косу из соломы и предлагает ее двисти. — Он просто голоден, не так ли, малыш?
— От него воняет, — говорю я, хмурясь. — И он справляет свои дела на полу.
— Это готовое топливо, — говорит мне Фарли, невозмутимая моим гневом. — Даже искать не надо. — Она обнимает своего питомца, затем возвращается к своей кровати. — Он безобиден. Просто спрячь свою косу.
Я фыркаю и натягиваю одеяло обратно на голову, но снова заснуть не могу. Двисти шумно жует, его крупные зубы скрипят. В маленьком доме это звучит слишком громко и заставляет меня ворочаться с боку на бок. С таким же успехом я могла бы встать. Где-то в отдалении плачет комплект.
Мою кожу покалывает от осознания этого, и я думаю о своей собственной маленькой Шамало. Ее крики были такими слабыми, совсем не похожими на сильные, здоровые вопли комплектов, которые сейчас в дерев-не. Я помню, как держала ее в своих объятиях, не больше моей ладони, и желала, чтобы моя собственная сила вошла в ее маленькое тельце. Все, что угодно, лишь бы спасти ее.
Это не сработало. Ничего не сработало. Она умерла еще до того, как кхай успел зажечь ее глаза.
Я лезу под подушку и достаю ее маленькую тунику. Она утратила ее аромат, но мне все еще нравится закрывать глаза и прижимать ее к себе, представляя, что это она. Представляя, что она снова живет, и моя пара улыбается мне, и мой комплект сосет из моих сосков, и мы — семья. Мы — единое целое.
Вдалеке снова раздается плач комплекта, и я сажусь, надевая тунику. Я не могу уснуть, и звук плача подсказывает мне, что где-то в дерев-не есть еще одна мать, которая тоже не может уснуть. Возможно, ей понадобится помощь. В последнее время единственное, что поднимает меня с постели, — это мысль о том, что я держу в руках одного из многих комплектов, которые наполняют наше племя такой надеждой и радостью.
Видеть так много комплектов в племени — это одновременно и самое замечательное… и самое трудное.
Я надеваю сапоги, а Фарли заворачивается в свои меха, снова засыпая. Двисти просто безмятежно жует и наблюдает за мной, когда я прохожу мимо. Иногда я думаю, что было бы лучше, если бы у меня был свой дом, но это было бы очень одиноко. Не думаю, что хочу этого.
Я выхожу из своего маленького домика и направляюсь к центру лагеря. Сегодня ветрено, идет небольшой снег. Небо потемнело от бурь, но в нашей защищенной долине почти ничего не выпадает. Наверху громко завывает ветер, а это значит, что охотники задержатся в этот день. Это также означает, что, поскольку их пары дома, многие женщины не будут собираться у главного костра, чтобы обменяться историями и позволить другим подержать их комплекты. Они будут уютно устроены в своих мехах вместе со своими парами.
  
Я завидую тому образу, который это формирует в моем сознании. Нет ничего, чего бы я хотела больше, чем маленькой семьи, которая суетилась бы у моего собственного костра. Комплект, который нужно держать близко к себе и обнимать. Пара, чьи улыбки обещают чудесные вещи.
Но это не для меня. У меня нет комплекта, и я не думаю, что у меня когда-нибудь он снова будет. Моя пара бросила меня. Все, чего я когда-либо хотела, находится вне моей досягаемости.
Но жизнь должна продолжаться, и, похоже, этим утром я не смогу провести время в своих мехах, засыпая. Только не с этим ужасным двисти, пытающимся вцепиться в мою гриву. Я приглаживаю рукой одну из своих кос, как будто хочу перепроверить их, и направляюсь к центру площади, к большому зданию, которое остальные называют — длинный дом. В нем находится центральный костер и бассейн для купания. Если другие захотят встретиться, они будут там.
Когда я иду по главной дорожке, я вижу, как люди взбираются на стены одного из маленьких домиков, расправляя одно из покрывал из шкур. Люди называют это верхом вигвама (прим. небольшой шалаш). Поскольку у домов тут нет крыш, поверх каждого из них были сооружены большие укрытия из шкур, чтобы дым от костров выходил наружу, а легкий снег, падающий в ущелье, безвредно стекал по наклонным склонам. Для покрытия каждого дома требуется очень большая шкура, а это значит, что несколько шкур сшиваются вместе и надеваются на раму. Это задача, которая требует совместной работы многих людей.
Я бы не удивилась, увидев там свою бывшую пару, но это так.
Химало стоит спиной ко мне, его хвост подрагивает, когда он разглаживает шкуру на одной из длинных костей, поддерживающих каркас. Я мгновенно узнаю его фигуру, грациозное движение плеч, когда он протягивает руку и указывает на дальний конец сооружения.
— Держи это, Кэшрем. Нам нужно подтянуть тут.
Я останавливаюсь, чтобы понаблюдать за их работой. Кэшрем и Химало — самые опытные кожевники племени, поэтому вполне естественно, что они должны взять на себя ответственность за кровлю каждого из домов. Он в своей стихии, уверенность и знание сквозят в его позе, а энтузиазм — в его ровном, раскатистом голосе, от которого у меня до сих пор мурашки бегут по коже, когда он говорит.
Я должна была бы ненавидеть его. Я должна ненавидеть его за то, что он бросил меня. За то, что отказался от меня, когда я справлялась со своим горем. Но я не испытываю к нему ненависти. Вместо этого все, что я чувствую, — это пронизывающая до костей боль, которая, кажется, пожирает меня изнутри.
Он счастлив, моя бывшая пара. Химало всегда нравилось чувствовать себя нужным, и это то, чего я не смогла ему дать. Этот переезд в новое место жительства, возможность проявить свои навыки и быть важным для племени — все это замечательно для него. В кои-то веки именно Химало нужен и востребован, а Айша неважна.
Я скрещиваю руки на груди, удивляясь тому, насколько неловко я себя чувствую из-за этого. На мой взгляд, я сильно отличаюсь от той Айши, которой была раньше. Та, которая флиртовала со всеми самцами племени и которая переходила от пары удовольствий к паре удовольствий только потому, что могла. Просто потому, что я была одной из двух молодых самок в племени, и все сильные охотники хотели моего внимания. Тогда все, чего я хотела, — это быть в центре внимания.
Теперь эта мысль утомляет меня.
— Хватайтесь за веревки, — инструктирует Химало, и я наблюдаю, как Таушен и Эревен обходят дом с другой стороны, и крыша становится еще выше. — Отлично, — говорит им Химало. — Хорошая работа.