Вождь чернокожих. Black Alert (СИ)

Возникла долгая пауза, которую, наконец, прервал один из подчинённых раса, по его знаку передав кожаный тубус, со спрятанными в нём бумагами. Эти бумаги были написаны на амхарском, эфиопским письмом. Развернув его, рас стал читать. Предварительно, из комнаты были удалены все лишние. Остался только отец Кирилл, Аксис Мехрис, сам рас и один из его сопровождающих.
«Я, Менелик II» — дальше шло перечисление его титулов, упоминание о том, что он лев веры и потомок царя Соломона и прочие регалии. Сама суть письма оказалась почти в конце.
«Я Менелик II, волею Божьей, нгусэ нэгест, император Абиссинии, повелеваю, расу Вальде Гергису, генерал-губернатору Каффы и остальных, подчинённых ему, южных областей, заключить от моего имени договор, с королём Буганды и султаном Дарфура, Иоанном Тёмным, о взаимном ненападении и военном сотрудничестве. Да будет на то воля Божья и нашей православной церкви».
Выслушав, я, в свою очередь, озвучил свои намерения.
«Я, Иоанн Тёмный, король объединённых под моею рукою областей и территорий, ранее называвшихся Бугандой, Дарфуром и Экваторией, поддерживаю устремления моего единоверца, владетеля и императора Абиссинии, Менелика II и обязуюсь ни силой, ни волей не нападать, ни на его территории, ни на его подданных. Жить в мире, развивать торговлю и сотрудничество. А пуще того, прошу его прислать мне больше священников православной коптской церкви и помочь мне создать свою автокефалию».
Дальше пошли обсуждения сотрудничества, главным образом, в торговле и закупке, так необходимого мне, оружия. Был оформлен договор и закреплён обеими печатями, как моей (подаренной русской императрицей), так и печатью Менелика II. На том и расстались.
  
Глава 6 Чёрные эмиссары
 
Начальник почтовых станций-хараки и, по совместительству, глава тайной полиции, Кат Моктар Маради, по прозвищу Палач, зашёл в свой дом, расположенный недалеко от дома, где проживал Мамба. Это жилище ему было предоставлено одним из армянских купцов, естественно, не по своей воле.
Просто, он оказался замешен в связях с британцами и был повешен, как и десятки других. Его дом перешёл в собственность Кату, в будущем, этот дом был передан для его людей, в качестве явочной квартиры, так как сам Палач был совершенно равнодушен к благам цивилизации и не склонен к стяжательству.
Распахнув дверь в низкое глиняное жилище, он был буквально сметён вихрем, в котором сторонний наблюдатель, наверняка, узнал бы Азель. А кто такая Азель? Это та самая наложница, которую, невольно, избавил от обязанности ублажать Аль-Максума, Палач.
— Ты обещал, обещал…Когда ты выпустишь меня из этой темницы? Я не хочу больше быть вещью, я хочу жить свободно!
Кат Моктар Маради смог устоять под бешеным напором своей сожительницы. А ведь он не заставлял её спать с собою. И дело было не в банальной физиологии. Дело в том, что даже железные люди способны испытывать хоть какие-то эмоции и нуждаются в них. Нуждался в них и Кат.
Возвращаясь в свою хижину, которая, как правило, находилась либо недалеко от дворца Мамбы, либо, наоборот, на окраине городов, он разговаривал с Азель. Звук её голоса будил в его душе, одновременно, и горькие и сладкие воспоминания.
Голос Азель напоминал ему голос младшей сестрёнки. Это единственное, что у него оставалось ещё в этой жизни. Её голос, да служение Иоанну Тёмному, которого он считал единственным человеком в этом мире. Все остальные для него были не больше, чем тени.
Палач ни словом, ни делом не принуждал Азель к сожительству. И, в то же время, он заботился о ней, как не всякий муж заботился о своей жене. Это, сначала, изрядно удивляло Азель, потом, стало надоедать, а потом, откровенно бесить, ведь он игнорировал её, как женщину. А нет ничего хуже для женщины, чем игнорирование её прелестей и самой сущности. И это при том, что она была приятной наружности, стройная, с аппетитными округлостями в нужных местах.
Азель была из племени фульбе, славившегося хорошими воителями, а также, являющегося одним из самых красивых племён в Африке и признанным законодателем мод. Она была горда, а тут, изо дня в день, одно и то же. Кивок головой — чем тебе помочь? Как твои дела? Ничего не значащая беседа, а потом сон, по раздельности.
 
Азель, поначалу, подумала, что горе помутило его разум. Вскоре, она убедилась, что это не так, как раз после того, как Палач спланировал и организовал операцию по уничтожению отряда наёмных убийц. Тогда в её голове возникла мысль, что он импотент. Убедиться в этом ей не удалось, хотя, всё и так было понятно.
Ночью она пробралась в его постель, но, мгновенно проснувшийся, Кат чуть не убил её кинжалом. Она запричитала растерянным голосом. Удостоверившись, что у неё было другое на уме, он позволил ей себя ласкать, и она убедилась, что мужское естество у него не только есть, но и в полной боевой готовности.
Но всё разрушил её голос, ласковый и медоточивый, как патока. Услышав его, Кат, внезапно, оттолкнул её и отвернулся к стене. Всю ночь она проплакала, ожидая от него утешения и взаимности чувств. Она не привыкла быть отвергнутой.
Утром ей пришла в голову другая версия его холодности. Возможно, он предпочитает мужчин, и стала следить за ним. Но это оказалось не так. На правильную мысль её натолкнул пытливый ум, наблюдательность, бешеный темперамент и упорность.
Когда она говорила с Катом нежным голосом, он замирал и прикрывал глаза, словно паря где-то далеко-далеко. В этот момент, ни о какой близости он даже не думал и отвергал её, это-то и ставило её в тупик. Но, когда она говорила с ним другим голосом, изменяя его тональность, он, словно, обретал волю и возвращался в этот мир. Наконец, она догадалась, что, слушая её нежный голос, он вспоминал свою сестру, и не мог с ней спать как с женщиной.
И она стала работать с голосом, намеренно искажая, чтобы он перестал быть похожим на голос его давно умершей сестрёнки. И добилась-таки своего. Но, жизнь скучна, а ей хотелось приключений. И она стала просить своего любовника научить её обращаться с оружием.
Палачу было всё равно, он не боялся её, он, вообще, ничего не боялся. Первый раз он задумался, когда увидел, во что превратился Момо, и теперь, не было никого преданней Мамбе, чем он. Кат научил Азель обращению с холодным и огнестрельным оружием и многим другим вещам. Единственное, чего он не знал, так это ядов.
Азель хотелось большего, и она выдвинула совсем дикую идею, об организации женского отряда, предложив охранять Мамбу разными способами. Ведь, отдельные отряды негров, иногда, состояли из женщин, которые тоже могли брать в руки оружие, когда их мужчины были уничтожены, или всё племя было чрезвычайно агрессивным.
Вот такой отряд она и хотела организовать. Но Кат только отмахивался. И, неожиданно, ему представился случай это организовать. После захвата полковника Ричарда Вествуда и проводов послов Менелика II, в его сети попались неизвестные белые, путешествующие по Африке в поисках Мамбы.
Наученный горьким опытом, Кат приказал схватить их и допросить, а потом, доложить обо всем Мамбе. Это оказались ольстерские волонтёры, но не из Ирландии, а из Америки. Их было двое, оставшиеся из тех, кто смог пережить переход по Африке. Но они же были и самыми яростными в своей ненависти.
Прослышав в САСШ о великом унгане и вожде, который стал поперёк горла англичанам, они прибыли сюда, чтобы с оружием в руках отомстить за гибель и несчастья своего народа, изгнанного с мест обитания.
Самое удивительное, что один из них, Раян О’Рейли, был учителем, а другой, Патрик Уолш, был морским инженером и изобретателем. Оба были вполне обеспеченными людьми, выделившимися из среды ирландских переселенцев. Их родители, в полной мере, познали голод и ужас безысходности на новом месте, но смогли спасти своих детей и дать им образование.
 
И сейчас, оба были одержимы горячим желанием отомстить, подкреплённым морем эмоций и отчаянными сердцами. Оба были в шоке от того, что их поймали, и от того, в каком состоянии они увидели Ричарда Вествуда, находящегося в соседней камере.