Вождь чернокожих. Black Alert (СИ)

  
Глава 1 Зараза
 
Жало не случайно был выбран для осуществления тайной миссии. Он всегда был философски настроен по отношению к своей жизни и, не вдаваясь в подробности, рисковал собой.
Вот и сейчас, поняв, что хочет от него вождь и, несмотря на его же предупреждение, рьяно взялся за выполнение приказа. Отыскать людей, по приказу Мамбы, было не сказать, чтобы трудно, можно сказать, даже легко, но вот, заставить их выполнить возложенную миссию, было очень непросто, практически, невозможно. Этим людям было бессмысленно угрожать, они не боялись смерти, сжившись с нею, но они были плохо транспортабельны, в связи с общей слабостью и неспособностью самостоятельно передвигаться.
Все они были разбросаны по огромным территориям и жили в разных селениях и городах, если им вообще давали жить. И это тоже было проблемой. Их надо было переместить в указанное Мамбой место, и найти тех, кто готов был пойти на верную смерть, вместе с ними.
Тридцать шесть воинов-смертников у Жало уже были. Все они состояли из мятежников Момо, и сейчас готовы были искупить предательство своей жизнью, лишь бы великий унган Мамба, а по совместительству, король, не проклял их души, заставив вечно скитаться по Африке. Страшный ритуал, проведённый им прилюдно, заставил поселиться в их душах страх. И то, что им предстояло, пугало меньше, чем вечные муки оторванной от тела души.
Во все уголки государства Иоанна Тёмного были посланы гонцы, с одним приказом — собрать больных и убогих и отправить на побережье Индийского океана. Место встречи — Момбаса. На пути к ней их должны были встретить и проводить люди Жало.
И потекли, со всех концов территории короля Иоанна Тёмного, неспешно передвигаясь при этом, больные телом, больные головой, сирые и убогие, увечные, больные слоновьей болезнью, ужасными паразитами, от одного вида которых становилось дурно, люди. Тех, кто не мог идти сам, несли смертники, в свою очередь, заражаясь от них различными болезнями.
Холера, оспа, лихорадка Ласса, дракункулёз, малярия, проказа, болезни, вызванные простейшими паразитами, лихорадка Марбурга, туберкулёз — вот не полный перечень всей гадости, которая жила в этих людях. И сейчас, носители этих болезней двигались в сторону Момбасы, Найроби и Кампалы, собираясь поделиться этим «богатством» со своими завоевателями.
Большинство путников так и не дошли до обозначенной цели, сгинув в пути, но они выполнили свой долг, как его понимал великий унган, и как приняли они. А пигмей, по кличке Жало, продолжал поиск людей, с которыми ни один нормальный человек связываться бы не стал, а он и не был нормальным. Да и не сам он искал, и подчас не общался с теми, кого нашёл через других людей.
Приказ Мамбы был недвусмысленным, а исполнителей хватало. Кто-то спасал свои семьи, кто-то надеялся уйти на тот свет «счастливым и богатым», кто-то был фанатично предан, а кто-то, просто не мог по-другому, но большинство, безоговорочно верили, что так надо, находя в этом высший смысл жизни и с радостью осознавая, что они нужны и умрут не напрасно. *(Во многих африканских племенах люди добровольно умирали вместе со своим вождём, отправляясь в могилу, надеясь, что на том свете он будет продолжать заботиться о них. Из воспоминаний путешественника В.В. Юнкера, который был очевидцем подобного).
К этому времени, рас Алула Куби прошёлся со своим войском по всей территории Восточной Британской Африки частым гребнем, согнав с привычных мест обитания разрозненные племена масаев. Эти высокие и худые негры, нилотских племён, с безволосыми головами, обтянутыми тонкой кожей, страшные видом и жестокие нравом, пытались оказать его войскам организованное сопротивление. Но они воевали разрозненными племенами, и англичане не снабдили их огнестрельным оружием.
Потерпев несколько жестоких поражений, они откочевали в немецкую Танганьику, покинув Кенийские засушливые степи, вместе со своими стадами.
Английские поселенцы и фермеры, разбившие плантации недалеко от побережья и вдоль русел немногочисленных рек, уже не надеясь на помощь метрополии, тоже были вынуждены бежать к побережью, откуда и наблюдали ужасную картину поражения.
 
Выдвинувшиеся навстречу войску раса, английские колониальные войска обнаружили только больных и мёртвых, тонкими струйками стекающихся к побережью. Рас Алула стремительно уходил из Кенийских степей, двигаясь вдоль побережья, в сторону Южного Судана, разоряя, при этом, все поселения белых, их станции и фактории.
Посевы вытаптывались, урожай расхищался, плантации разграблялись, а то сопротивление, которое могли оказать колонизаторы, было смешным, ведь у них не было ни пулемётов, ни достаточно подготовленных бойцов. Они все надеялись на помощь колониальных войск. Но те не успевали за длинноногими неграми, легко передвигающимися по степям, саваннам и полупустыням.
Само войско раса Алулы Куби, проводившего волю своего вождя Мамбы, двигалось налегке, не имея ни обоза, ни тяжёлого вооружения. Все пулемёты были оставлены в Уганде и Экватории.
При себе каждый воин имел только винтовку, с запасом патронов к ней, саблю, нож, копьё или лёгкие дротики, запас сушёного мяса, сушёных фруктов, лекарственных трав, воды и необходимого минимума имущества. Вес всего этого не превышал двадцати килограммов, что позволяло совершать большие переходы по степям и саваннам.
Преследовавшие войско раса, английские войска наталкивались на бредущих в сторону побережья больных людей, поражённых вышеперечисленными болезнями. Кто-то уже лежал, разлагаясь на солнце, не пережив болезни и тяжелого пути. Кто-то, увидев идущих стройными колоннами англичан, бросался навстречу, умоляя о помощи, и неизменно встречал пулю. Трудно осуждать завоевателей за эти поступки, больные вызывали только страх, и не были нужны никому.
Момбаса была наполнена ужасными рассказами, и когда рано поутру какой — нибудь плантатор обнаруживал у себя во дворе негра со слоновостью, или поражённого дракункулёзом, то приходил в трепет от омерзения. Зрелище, действительно, было не для слабонервных. Когда длинные, извивающиеся самки червей-паразитов высовывались из пяток, собираясь отложить яйца, это мало кто мог перенести без экстренных позывов рвоты.
Все заражённые отгонялись, либо сразу уничтожались, но проблему это не решало. Великий унган Мамба приказал каждому больному выплатить последний долг перед своим племенем и перед Африкой, и тысячи людей брели, шатаясь и спотыкаясь, только с одной целью — умереть, принеся, тем самым, пользу своему королю и до конца выполнить свой долг.
Не выдержав непрерывного потока всевозможных больных, и не успевая их уничтожать, владельцам плантаций, а также их наёмным работникам, приходилось, в конце концов, бежать с нажитого места. Всю саванну и все обжитые плантации Восточной Британской Африки охватила паника. Солдаты колониальных войск безжалостно уничтожали уже любого негра, подозревая в них разносчиков эпидемии.
Это не помогло, а только породило ещё большую панику, и волна беженцев хлынула во все стороны. В разных местах стали вспыхивать стихийные восстания, из-за чего размах эпидемии только усиливался.
Между тем, особо доверенные, люди Жало самым изощрённым способом распространяли болезнь, наученные Мамбой. Тридцать шесть предателей добровольно заразились холерой и нанялись охранниками в караван купца-араба, направляющегося в Момбасу.
С собой они взяли много ярких тканей, пропитанных испражнениями больных, а затем высушенных и перемешанных с обычными незаражёнными тканями. Некоторые взяли с собой и мелкие украшения, из золота и драгоценных камней, для продажи, обработав их выделениями людей, заражённых лихорадкой Ласса.
 
Узнав о партизанской деятельности отрядов Иоанна Тёмного в Кении, Парламент Великобритании направил дополнительные силы колониальных войск, для наведения там порядка и отражения неожиданного нападения. О лихорадке никто ещё ничего не знал.
Разгрузившись в порту Момбасы, прибывшие войска оказались в эпицентре внимания, а также, в незамедлительно возникшем очаге эпидемии. Заражение уже пошло, и пока отдельные британские экспедиционные отряды искали пропавшее в саваннах войско раса и отстреливали больных, инфекции массово прорвались в прибрежную зону.