Игра на выживание (СИ)

Я посмотрела на браслет и позвала Сафа, мне очень нужно было с кем-то поговорить и всё же посетить храм или часовню – всё равно что, главное – найти ответы на вопросы, которые меня разрывают.
Саф появился так, словно стоял за соседним кустом, и, склонившись, спросил: 
— Какие будут приказания?
— Скажи, у тебя есть связь с братьями? – спросила у него, даже не надеясь на положительный ответ.
— Есть, — качнул головой неуверенно, — но этого никто не должен знать.
— Теперь я верю, что вас и правда мне послал сам Бог, — тихо и задумчиво прокомментировав его слова. — В замке есть храм или часовня?
— Небольшая часовня, но без охраны вас туда не отпустят, — был мне ответ с грустным покачиванием головы.
— Знаю, — качнула головой, — пока не пройду единение. Но всё же попробуй всё организовать в ближайшее время и свяжись с братьями, мне надо знать, что происходит во дворце в отсутствие наследников.
— Как прикажете, моя госпожа, — склонился слуга, демонстрируя свою покорность излишне подчёркнуто, вызвав моё удивление, но, как оказалось, Саф давал понять, что мы уже не одни.
— Какие-то проблемы? – услышала я голос Теодора и едва не вздрогнула от неожиданности. Натянула улыбку и повернулась к мужу.
— Нет, просто хочу посетить часовню, в замке я в полной безопасности, вот просила своего слугу всё организовать, — максимально спокойно ответила на вопрос, стараясь не показывать своих истинных чувств, что сейчас меня обуревали.
— Могу составить компанию. — Муж протянул руку, которую я приняла с радостью – во всяком случае, мне хотелось, чтобы это выглядело именно так.
— Если у тебя нет других дел, — передёрнула плечами, выдавая свою нервозность.
— Для тебя у меня всегда найдётся время. — Он чуть сжал мою руку, посмотрел отстранённо. — Не знал, что ты настолько религиозна.
— Не настолько, но сейчас мне больше не у кого просить поддержки, — холодно ответила ему, даже не пытаясь скрыть свой настрой.
— Зачем ты так? Мы твои истинные, и для нас... – Я накрыла его губы ладошкой, прерывая его речь, покачав головой.
— Не стоит, мне лучше пойти одной, хоть какое-то личное пространство у меня должно быть, — ответила ему и, забрав свою руку, сделала шаг от него, грустно улыбнувшись.
Часовня встретила тишиной. Помещение было небольшим, рассчитанным лишь на семейные посещения замковых обитателей. Прямоугольный алтарь с древними письменами был небольшим и ужасно холодным. Я положила на него монету и подняла глаза к потолку. Там в самом верху виднелись небольшие окна, сквозь которые пробивался дневной свет.
В голове была звенящая пустота. Все, что я хотела спросить у местного Бога, вылетело, не оставив и следа, но мне стало легче, словно кто-то снял с моих плеч тяжёлый груз, а с души камень. Я грустно улыбнулась и смахнула одинокую слезу, вспомнив свою прошлую жизнь. Словно и не со мной всё было, а я всегда жила в этом мрачном мире. Опёрлась руками о край алтаря и спросила: 
— Зачем ты привёл меня в этот мир? Что я должна сделать? 
— Думал, ты никогда не спросишь, — услышала раскатистый голос, что отражался от стен. Оглянулась, но так никого и не увидела. — Мне нужно, чтобы ты помогла принцам изменить местные порядки и перестать потребительски относиться к женщинам. Я уже испробовал целую кучу всего, но так и не добился успеха.
— А что я могу в таком случае? – спросила, не понимая, что могу сделать, если целый Бог не смог справиться.
— У тебя есть опыт жизни в другом мире, другое воспитание и образование. Ты была прекрасным руководителем несмотря на то, что очень молода, а если подойти с умом, то сможешь развернуть ситуацию в нашу пользу, — последовал ответ, на что я лишь усмехнулась. Лесть – не лучший способ уговорить женщину.
— Допустим, но как это сделать в мире тотального патриархата, где место женщины – быть украшением и рожать детей, а как теперь выяснилось, даже украшений им не надо, достаточно, чтобы родила, и можно списывать, — спросила устало и обречённо.
 
— Для начала добиться того, чтобы тебя не прятали, а объявили истинное положение вещей на коронации, — последовал спокойный ответ.
— В таком случае проще нарисовать на лбу мишень и предложить попрактиковаться в меткости местных воинов, — фыркнула в ответ, представляя последствия такого поступка.
— Да, но это даст и возможности править наравне, а значит, с твоим голосом должны будут считаться, а выжить будет вашей общей задачей.
— Есть идеи, как это сделать? – иронично поинтересовалась, но ответа не получила. Устало осела на пол, упав на колени.
  
Глава 11
 
Собрав себя в кучу, я поднялась и пошла на выход, там меня остались ждать охрана и мой слуга. Приоткрыв тяжёлую створку, выскользнула наружу.
— Вы что-то забыли, госпожа? – спросил меня Саф, посмотрев растерянно.
— Нет, всё, что я хотела сделать, уже сделала, — ответила осторожно.
— Но вы только вошли и тут же вернулись...
— Всё потом, — ответила ему и покосилась на охрану. Саф кивнул и пошел, чуть отставая от меня, но в то же время достаточно близко, чтобы прийти на помощь. Говорить не хотелось: во мне зрело возмущение от всей ситуации, но больше всего меня пугало не это, а факт того, что мои мужья не пойдут на открытый конфликт со своими отцами – во всяком случае, пока у них нет в руках реальной власти.
Аристократия тоже разделилась на два лагеря: одни были против таких наследников, без истинного облика, другие же пожимали плечами и говорили, что им все равно, на всё воля Бога, но реальной поддержки у моих мужчин не было. Если сейчас заявить об истинном положении дел, это только осложнит их восхождение на трон. Отцы моих истинных ещё не настолько стары, и народ скорее пойдёт за ними, чем за тёмными лошадками принцами.
Прятать себя я тоже не позволю, это я прекрасно понимала. Вывод – пройти единение нам нужно хотя бы ради укрепления позиций и для того, чтобы у моих мужчин наконец-то вылетел дракон. Коронация происходит при закрытых дверях, в узком кругу, а значит, скрыть факт реального положения вещей нам вполне по силам. Допустим, меня коронуют на равных, но афишировать этот факт никто не станет. Что я должна такого сделать, чтобы получить реальную возможность помочь женщинам этого мира?
Если у моих мужей, наследников трона, нет реальной власти, то у меня её нет от слова совсем, несмотря на благородное происхождение. Значит, надо сделать всё для того, чтобы эта власть у меня появилась, после этого можно будет заявлять о себе и менять реальность.
Я не заметила, как оказалась в своих покоях. Охрана осталась за дверями, а мой слуга наблюдал за моими метаниями по гостиной. Нужно сделать так, чтобы я не могла забеременеть, во всяком случае, в ближайшие несколько лет. Целитель я или кто? Затем нужно попробовать стать куратором всех научных новшеств этого мира, чтобы прекратить поток заклятий, направленных на истребление женщин. Пусть не сразу, но можно будет составить список запрещённых заклятий, а ещё лучше пресечь все изыскания злого гения этого мира. Хотелось бы мне понять, кто ему так насолил. Социальная сфера – это ещё один рычаг влияния на народ. Пусть женщин в этом мире мало, но они могут стать реальной силой при правильной подаче информации. Править можно и не показывая истинного лица, а значит, с этой минуты мы разворачиваем шпионскую сеть. Кто владеет информацией, тот владеет миром. В нашем случае дворец – это государство в государстве, которое живёт по своим законам, и в моих силах на это влиять с молчаливой поддержки моих мужчин. Если правильно всё организовать, из мужей можно будет вить верёвки, и наша истинность мне в помощь. Хоть мне, выросшей в других реалиях, очень трудно понять, что это такое. 
Порывшись в воспоминаниях Фани, пришла к выводу, что это совокупность факторов. Физическая привлекательность партнёра, духовное родство и банальное на уровне подсознательного, привлекательный запах. Вот только я пока ничего к своим мужчинам не чувствовала. Да, они мне понравились внешне, но и только. В мире, где я жила, это не повод для заключения брака, за красивой оболочкой очень часто скрываются такие монстры, что страшно представить.