Больше никогда (СИ)

Первым порывом было сбросить вызов, затем Оксана шумно втянула носом воздух и немного привела в порядок разрозненные эмоции. Стараясь не показывать своего волнения, она покусала губу и поинтересовалась:
— А других проектов нет?
Он все понял. Было видно и по уставшему взгляду, и по тому, как он поморщился. Проведя ладонью по лысой макушке, Леонид уклончиво отозвался:
— Есть.
— Но?
Всегда существовало чертово «но». Куда же без него.
— На главную роль в новом фильме Бешковича утвердили Аврору Майскую, — с неохотой признался он. — По протекции.
— Чьей? — в горле застрял ком, пальцы крепче стиснули оплетку.
Сзади уже засигналили нетерпеливые водители, поскольку красный сменился на желтый, а потом на зеленый. Но Оксана плевала на них, мол, пусть объезжают. Сейчас ее волновал проект, который она желала получить после съемок в сериале. Именно звонка от Мустафы Альбертовича с приглашением на кастинг она ждала целую неделю.
— Тебе не понравится.
— Говорю, Лень.
— Твой бывший заплатил Бешковичу, чтобы Аврору взяли на главную роль без кастинга.
  
Глава 33. По делам твоим
 
Лицо у Марата Григорьевича Донского показалось Андрею странным. Вроде и не стар тот был и выглядел, как с иголочки, но двигался, прямо скажем, неуверенно. Словно на каждое действие у него уходило по десять или двадцать секунд на размышления.
Злые языки, именуемые журналистами, писали, что у нынешнего кандидата в мэры недавно случился микроинсульт. Оттого речь стала текучей, словно ручеек, и правый уголок губы чуть-чуть съехал вниз. Из-за него каждая улыбка Донского при определенном ракурсе превращалась в хищный оскал бешеного зверя.
Все достижения медицины не спасли его внешность от последствий болезни, лишь немного улучшили ситуацию. Потому для фотографий и при участии в шоу Донской демонстрировал дронам и камерам только одну сторону лица. Удачную. Все остальное нещадно вырезалось и правилось в специальных графических программах.
— Я удивлен, — Андрей склонил в приветственном жесте, когда неожиданный утренний гость сел напротив него. — Чем моя скромная персона может быть полезна бывшему руководителю департамента по делам молодежи?
Он намеренно упомянул прошлое место работы Донского, как бы желая уколоть нынешнего соперника отцовского друга в политической гонке. Потому что увольнение из департамента — это притча на языках у всего бомонда. Миллионы вопросов то и дело всплывали в ходе борьбы за власть, но ответы на них так никто и не дал.
Откуда вообще всплыл Донской? За что уволен с прошлого поста? Почему опять сунулся в большую политику? И кто из вышестоящих тащил его вперед?
Уже то, что рядом с Донским крутился Геннадий Збруев, бывший помощник ныне сидящего в тюрьме мэра Москвы, навевало на определенные мысли. Плюсом шло дело «Гаранта», за которое Андрей и его команда взялись совсем недавно.
Еще толком материал не собрали, а вездесущий дядюшка владельца уже появился на его пороге.
«Какая неожиданность», — саркастично подумал Андрей, глядя в бегающие темные глазки Донского.
Сейчас он очень походил на хорька, несмотря на весь лоск и дорогой костюм. С виду безобидный, а сунешь руку — откусит по локоть мелкими зубешками. Или вопьется в кожу, раздерет плоть до крови и костей. Потом коли всякую дрянь, чтобы ничего не подцепить от злобного зверька.
— Думаю, мы с вами достаточно расшаркались на входе, чтобы опустить ненужное перебрасывание колкостями в отношении друг друга, — кривая ухмылка заставила Андрея насторожиться. — Вы прекрасно знаете, что речь пойдет о вашем решении взяться за дело дольщиков «Гаранта».
Так сразу. С разбега. Прямо в бой.
Андрей подивился его прямолинейности. Даже Павел Александрович Канарейкин, известный своим острым языком, начал бы с условностей, вроде обсуждения последних новостей в мире или в экономике страны. А этот хмырь нет. Улыбался, стрелял взглядом, но выражение лица оставил безучастным; чтобы лишних эмоций на публику не показывать.
 
— Тогда тем более не понимаю, чем обязан вашему визиту, — ровным тоном ответил Андрей. — Мы только взялись за дело. Изучаем материалы, готовим документы для суда, решаем организационные вопросы, ждем ответ от банка.
— Вот и прекрасно. Самое время остановиться на начале, чтобы потом не пожалеть о конце.
Возникшая пауза нарушилась стуком скатившегося со стола стилуса. Но Андрей пальцем не пошевелил, чтобы достать его. Наоборот, он выпрямился и уставился на невозмутимого Донского, после чего приподнял брови в ожидании продолжения. А когда не дождался, спокойно поинтересовался:
— Это угроза, Марат Григорьевич?
Теперь улыбка не походила на оскал. Она им стала.
— До вас было много принципиальных юристов. Одни отступали сразу, другие спорили до последнего. Но у всех и каждого в итоге нашлись причины не лезть туда, куда не следовало, — мягко проговорил Донской и сцепил подушечки пальцев обеих рук.
— В моем кабинете ведется видеонаблюдение.
— Которое вам ничем не поможет, ведь наш разговор не несет никаких подоплек. Я просто сообщаю, что не всякая добыча по зубам даже такому опытному юристу, как вы, Андрей Сергеевич, — он развел руки в стороны. — Ничего больше. Считайте это дружеским наставлением старшего товарища.
— А выглядит как конфронтация, — сухо отрезал Андрей.
— Не выдумывайте. Просто у всех нас есть близкие, Андрей Сергеевич. Их благополучие гарантирует нам спокойный сон. Вы радеете за своих любимых, а я — за своих, — Донской впился в него взглядом, точно разбирал по косточкам. — Понимаете, о чем идет речь?
Шумно вздохнув, Андрей демонстративно потянулся к ультрапланшету, затем коснулся тонкого экрана. Цифры показывали начало десятого, впереди маячил сложный и наполненный делами рабочий день.
После него он собирался съездить к Стасу, навестить его, может, уложить спать, как в прошлый раз. Кажется, они неплохо поладили тогда. А потом бы Андрей поговорил с Оксаной насчет знакомства с его родителями и братьями.
Вот здесь сердце пропустило первый удар. За ним последовал второй, третий, а на четвертом ударе его дыхание сбилось, и странная тяжесть навалилась на плечи. Шею заклинило, позвоночник прострелило резкой болью от нежданно воспалившегося нерва. В голове одна за другой вспыхнули страшные картинки с участием семьи, где мелькали и Оксана со Стасом.
Андрею пришлось хорошенько встряхнуться, чтобы отогнать их подальше.
— У вас есть дети, Андрей Сергеевич?
Неожиданный вопрос поставил в тупик. Пока он соображал, что ответить — Донской поднялся, поправил пиджак и отсалютовал ему на прощание.
— Риторический вопрос, господин Радов, не заморачивайтесь. Удачи в делах.
Когда стукнула дверь, Андрей несколько минут просидел в полной тишине. А потом сорвался, схватил со стола ультрапланшет и запустил им в стену. Глухой удар об стеклянную перегородку активировал прозрачность, и за ней показался перепуганный Юся с какой-то гостьей.
— Сука-а-а, — выдохнул Андрей и уперся кулаками в стол, чувствуя, как бьется в страхе сердце.
Он закрыл глаза и мысленно успокоил себя тем, что про Стаса с Оксаной никто не знает, кроме близких. А родители с братьями имеют такие общие связи, что к ним не сунуться без особой надобности. Вряд ли Донской настолько идиот, и полезет к одной из самых богатых семей России в желании защитить племянника.
Или дело не только в нем? Банк тоже не встал на сторону дольщиков, хотя не имел права перечислять денежные средства «Гаранту» до полной проверки и сдачи объекта.
— Андрей Сергеевич?
Юся просунул голову в дверь и похлопал ресницами.
— Да, в чем дело? — пришлось взять себя в руки, иначе помощник забеспокоился бы. А лишние треволнения на фирме ему ни к чему.
— К вам здесь… Гостья пожаловала, — Юся неуверенно оглянулся.
— Какая? — удивился Андрей, а внутри что-то сжалось.
«Оксана приехала?» — промелькнула мысль, но ее безжалостно оборвал писклявый голосок бывшей любовницы.