Больше никогда (СИ)

Фигурка со стуком приземлилась обратно, и Андрей вздрогнул.
— Мне насрать, как ты договоришься со своей бывшей, братишка, — Миша сунул руки в карманы брюк. — Но либо ты представляешь их в конце месяца на мамином юбилее, либо я сам возьмусь за этот вопрос. И лучше тебе не доводить до подобного исхода.
Прищурившись, Андрей напрягся и начал подниматься. Его взор был прикован к невозмутимому лицу Миши. Он внимательно следил за изменениями в чертах, ловил каждое движение. Будто готовился к новой атаке, которую на сей раз не собирался спускать на тормоза. Но брат не шелохнулся, только вздернул бровь в немом ожидании.
— У нас с Оксаной разногласия, — холодно проговорил Андрей и уточнил: — Серьезные. И я не уверен, что к концу месяца оставлю ей право жить с сыном.
— Ты же наш король всех мудаков, — умилился Миша. — Создавать себе проблемы с женщинами научился, а вот с их решением возникли проблемы?
— Ты не понимаешь, Мих…
— Это ты не понимаешь!
Когда Миша вновь повысил голос, за стенкой подпрыгнул на стуле Юся и с опаской покосился на перегородку. Андрей же стиснул молча зубы, ибо ругаться с братом не желал. Тем более из-за какой-то дешевки, которая умудрилась от него залететь. Спустя три месяца отношений.
Случайно или специально — теперь уже не разобраться.
«С этой дешевкой ты провел три месяца», — ехидно напомнил внутренний голос.
— Ты не ругаться с ней должен, а просить разрешение на встречи с сыном. Хорошо просить, Андрей. Без угроз, шантажа и попыток затащить ее в суд, — уже спокойнее продолжил Миша. — именно так решают проблемы взрослые люди с детьми. Договариваются!
— Договариваться с кем? С актрисулькой, скачущей из постели в постель, ради удачной роли?!
От удара по лицу из глаз посыпались искры, металлический привкус крови осел на языке. Прикоснувшись к разбитой губе, Андрей стер алые капли и яростно посмотрел на спокойного Мишу. А тот даже не дернулся. Знал, что ответа не последует.
Потому что за языком надо все-таки следить. Именно этому их всегда учил отец, никогда не опускавшийся до огульных оскорблений. Но в отношении Оксаны у Андрея все закипало внутри от ярости, когда он вспоминал те фотографии с Боярышниковым. Хотя в них не было ничего ужасного или компрометирующего.
А если бы и было… Какое ему до этого дело? Разве он сам не прибегал к грязным методам в работе, чтобы забраться на вершину? Прибегал. Еще как. У каждого свой путь к солнцу, и не всегда он выложен дорогой из желтого кирпича.
Только знание этого факта все равно не помогало справиться с собственническими чувствами.
— Прости.
— Извиняться ты должен перед своей Оксаной, а не мной, — отрезал Миша, но смягчился. Голос потеплел. — Хрен с ним с прошлым. Его не вернешь и не исправишь. Сейчас реши проблему без сопутствующего дерьма. Иначе вместо сына получишь маленького человечка, который вырастит с ненавистью к тебе.
Шумно вздохнув, Андрей развернулся и прислонился к столу. Поднял голову, растерянно посмотрел в потолок и в сотый раз за последние сутки прокрутил в голове вопрос Оксаны.
«Ты счастлив?»
— Он ужасно невоспитанный, — буркнул, наконец, Андрей. — В отношении к другим. С ней нормальный.
— В чем проблема? Женись и воспитывай, как сказал бы отец, — хмыкнул Миша.
— Ха. У нее там хахаль. Лысый. Этот, господи… Уродец, который недавно прогремел с новой киношкой про супергероев.
— Без понятия. Я не смотрю фильмы.
— Короче, — Андрей с негодованием воззрился на брата. — О женитьбе речи нет.
— Тогда просто наладь отношения. Или, повторюсь, это придется делать мне, — Миша подошел и похлопал его по плечу, после чего двинулся на выход.
— Ты мне должен бутылку коньяка! — крикнул Андрей ему вслед, на что получил прощальное помахивание рукой. — Вот же… Медвежатина, — цыкнул зло, когда дверь закрылась.
Но побыть в одиночестве у него не вышло. Через минуту в кабинет заглянул бдительный Юся и прошелся раскосым взглядом по кабинету. Словно убедился, что ничего не перевернуто. Потом воззрился на Андрея, выцепил повреждение и поинтересовался:
 
— Позвонить Рустаму Бахмаловичу?
— Зачем мне мой стоматолог? — удивился Андрей.
— Вдруг вам зубы выбили. Вставить надо временные или нарастить новые. В шесть-то важная встреча… Ой!
Юся исчез за дверью, когда разъярённый Андрей схватил статуэтку и замахнулся на него. Шикнув, он любовно погладил ее, затем аккуратно поставил Фемиду на место. Весы тоже поправил, чтобы уравновесить их.
— Так я звоню или нет? — послышался крик из-за двери.
— В скорую звони! — гаркнул Андрей.
— Зачем?
Черноволосая макушка показалась в проеме.
— Чтобы оформили тебе больничный с парочкой переломов!
— Хорошо, стоматологу не звоню, лучше заварю чай с пустырником.
— Юся!
— Хонины дэргэд баатар. Баатрын дэргэд хонь.
— Чего?!
Юся опять показался в дверях с хитрой улыбочкой.
— Я говорю: против овец — молодец. Против молодца — сам овца. Поговорка такая. На монгольском.
— Сейчас к переломам добавится сотрясение мозга, — пригрозил Андрей.
  
Глава 9. Нежданный сюрприз
 
— Оксана, больше чувственности! Во-о-от, молодец, — в голосе Леонида послышалось удовлетворение. Следом раздался окрик, от которого все в студии вздрогнули: — Эй! Серега! Ты спишь, что ли?!
— А? Не, — оператор от испуга чуть не выронил ультрапланшет, но вовремя успел его подхватить до падения на пол.
— Тогда работай. Почему дрон над куполом завис?
И действительно. Крохотный жужжащий аппарат застыл ровно между перекладинами под потолком. Судя по всему, Сергей задумался или действительно заснул, оттого вспомогательная камера сейчас снимала что угодно, только не любовные муки Оксаны с профиля.
А изображать их становилось все сложнее, потому что от партнера воняло луком!
— Побыстрее можно? — раздраженно спросила она.
— Погоди. Захват кадра сделаем, потом ИИ все скомпонует, — довольно откликнулся Леонид.
Оксана мрачно уставилась на мнущегося напротив Гошу Зябликова. Несмотря на свои внушительные габариты, он сейчас напоминал ребенка, попавшего на взрослую вечеринку. Такой же неуверенный в себе и зажатый. Но хуже всего мерзкая вонь.
Оксана и так лук ненавидела, а уж на людях…
Кто вообще разрешал актерам перекусывать всякой дрянью между съемками?
Специально для них оборудовали нормальную мобильную столовую, где бдительные роботы готовили и подавали блюда. Простые, но сытные и полезные. Никаких снеков, чипсов, бургеров и прочей дряни. Все для поддержания здоровья тех, кто находится на съемочной площадке.
— Пускайте дождь!
Оксана скрипнула зубами и выпрямилась под шум работающих водных пушек. Через секунду ее легкое летнее платье и чудесные локоны оказались под градом бешено льющихся капель. До этого никаких сцен под дождем не было. Ее придумал и оформил в идею именно Леонид, поскольку она показалась ему жутко романтичной.
Потому что под шквалом дождевой стены не видно, как плохо играл Гоша. Он не тянул даже на роль столба в сериале, но имел кучу подписчиков в социальных сетях и богатого папу. Поэтому взяли его. А не Валерия Ермольцева, чьи опыт и харизма отлично бы подошли для главного персонажа.
Но нет. Сейчас он находился за ограждением, рядом с одной из девочек-актрис третьего плана, и распивал кофе. В этой истории Валера являлся соперником персонажа Гоши, и его часы в сериале уже сочтены.
— Тысяча сто пятьдесят восьмая сцена! Мотор!
Оксана ощутила, как ее начала пробивать мелкая дрожь. К отвратительному запаху добавился дискомфорт и лютый холод, поскольку съемочная группа включила сплит-систему на полную мощность. Через несколько минут «страстные» объятия с Гошей превратились в вынужденные, иначе они бы просто замерзли.
— Такое чувство, что я обоссался, — горячо прошептал он, удерживая Оксану на руках.
Закатив глаза, она изобразила на лице любовные страдания. Для этого пришлось хорошенько покопаться в себе, чтобы отыскать в закромах хоть немного чувств для съемки. В последнее время с ними не ладилось: или она устала, или во всем виноват Гоша и его тупость. А, может, и то и другое.