Равновесие Сил (СИ)

У сотни был свод правил, которые она соблюдала. Таган строго запретил им устраивать гуляния в тот день, когда они победили. Он особо не объяснял свое решение, лишь сказал коротко:
̶ Сегодня гуляешь ты над поверженным, завтра погуляют над тобой.
Этого было достаточно, чтобы понять смысл запрета, поэтому все сидели и занимались каждый своим делом.
Хорс и Вектор возвращались последними, так как именно они догоняли убегавший отряд. Друзья шли и, как обычно, вели простую и незамысловатую беседу.
̶ Слушай, я вот не пойму, почему мне попадаются такие отвратные мечи? В этот раз я заплатил кузнецу за самый лучший его меч, самый дорогой, что у него был. Слышал бы ты, как он его расхваливал.
̶ Может, дело в твоей манере боя? Ты лупишь так, что перерубаешь кости вместе с оружием и доспехами, неудивительно, что твой клинок быстро ломается.
̶ Ты, между прочим, тоже сечешь так же, как и я, но что-то на твоем мече даже зазубрин нет.
̶ Сталь, видимо, хорошая.
Хорс пожал плечами и улыбнулся, свет приближающегося костра озарял его лицо.
̶ Как у этого топора. ̶ Вектор покрутил в руке маленький боевой топорик. — Этот весьма крепок, и в руке приятно лежит, оставлю его себе.
̶ Ты же не любишь топоры. ̶ Идущий рядом друг посмотрел на оружие.
̶ Не люблю, но этот почему-то по душе мне.
Вскоре все собрались вокруг большого костра: о чем-то вели беседы, ели, чистили оружие, кто-то вовсе молчал, были и те, кто, придвинувшись ближе к огню и опершись на бревно, позволили себе подремать, но это был лишь легкий сон, не более того. Спать никто не собирался. Таган научил этих ребят быть всегда начеку. Они, как лесные звери, которые боятся быть съеденными, всегда настороже. Остальные, кто тренировался в лагере, не были такими сплоченными. Но «Чертова сотня» была не просто отрядом, это была семья. Если сказанное предназначалось только одному, то все остальные могли это услышать. Отряд был одним целым. Старый ветеран научил их всему, что знал сам. И даже эти навыки они научились использовать против него самого. Будучи мальчишками, они тайком выбирались в город, дабы посмотреть, как живут люди, ведь жизнь в лагере делала их дикарями. Так они заводили знакомства с местными барышнями, дружили с ними, романтически проводили время, но ни у одного из них ни разу не возникло желание покинуть отряд ради любви или чего-то иного. Возможно, конечно, наставник и знал об этом, но понимал, что так будет лучше для их развития, поэтому, тайком присматривая за каждым из них, он вкладывал в отряд всю свою душу, как в собственное дитя.
И вот сейчас сидели они, и никто, кроме двоих, не задумывался ни о каком будущем, не задавал себе вопросов, зачем они все это делают и какова их роль в этой жизни.
̶ Может, подремать, Блэк Харт должен прийти часа через два, с рассветом.
Вектор смотрел на пламя, которое отражалось в его глазах: огоньки, как молодые девицы, плясали в его зрачках. Молодому воину нравилось смотреть на огонь.
̶ Я ложиться не буду. ̶ Хорс восседал на бревне, расположив свой клинок острием вниз, и частью рубахи, сорванной с убитого, вычищал свой меч, попутно рассматривая, нет ли на нем зазубрин или повреждений.
̶ Снова этот сон? — Вектор посмотрел в сторону товарища, тот ответил, не отвлекаясь от своего дела.
̶ Он с детства меня мучает, с того самого дня, когда я в поле встретил старца. Сейчас я и понять не могу, старец был настоящий, или мне это тоже приснилось?
̶ А ты не пробовал убить своего противника, который во сне?
̶ Это сон, я не могу его контролировать, но, что самое интересное, он каждый раз одинаковый.
̶ Не стоит придавать много значения сну.
̶ Если бы он не был так реален, возможно, но… ̶ Хорс запнулся на полуслове, не закончив того, что хотел сказать.
̶ Договаривай. ̶ Все это время Вектор не отрывал глаз от пламени.
̶ Но мне кажется, что все это неспроста.
̶ О чем именно ты говоришь?
̶ О моем сне, о нашем отряде, о мире.
̶ А что тебе не нравится в нашем отряде?
̶ Мне нравится все, но такое чувство, что его не просто так создали. Посмотри, Вектор, нигде нет подобных нам. Как думаешь, есть еще где-нибудь такая же «Чертова сотня»?
 
В этот момент Хорс отвлекся от своего занятия и посмотрел на друга.
̶ Я об этом не думал, живу одним днем и не задумываюсь, что для чего создано. Мы мелочь в этом огромном мире, другие за нас подумают, а мы будем исполнять то, что нам поручено. Что до мира, я мало видел в своей жизни и не знаю, каков он был и каким он стал, но точно знаю одно: чем больше мы уничтожим вот таких вот шаек, тем легче будет простому народу, который не может себя защитить, а раз ему станет лучше, значит, мы внесем свою крупинку в улучшение всего мира.
̶ А что, если наступит момент, когда мы не сможем изменить мир, даже «внести крупинку»?
̶ Послушай, Хорс, что ты заладил со своим миром, не сможем — значит умрем с оружием в руках и увенчаем себя славой, кончай уже вот эти рассуждения. — Вектор оторвался от своего любимого занятия и с улыбкой посмотрел в глаза другу. — Друг мой, мы воины, а не философы, наше ремесло ̶ война, для этого мы обучались, не забивай себе голову ерундой. А что до твоих снов, то, как вернемся в столицу, Лонель поможет тебе быстро прочистить мозги.
После этих слов Вектор рассмеялся. Его друг тоже улыбался. На это не стоило обижаться. Они уже были мужчинами и шутили тоже по-мужски. Оставалось всего пару часов до прибытия второй половины отряда, котораядолжна быть веселой и шумной, так, как всегда бывает в большой семье.
Когда солнечные лучи начали мелькать среди деревьев, когда капли росы заискрились от света, а весь животный мир дал знать о том, что пришло начало нового дня, именно тогда весь отряд был в сборе, вторая половина отдыхала с дороги, те, кто ее ожидали, готовили еду на углях. Блэк Харт распорядился собрать с убитых все то, что можно продать, и то, что пригодится отряду. Все оружие было собрано в кучу; украшения, драгоценности, награбленные шайкой, были уложены в сундук, который нашелся у убитых; оставшиеся съестные припасы распределили среди отряда, предстояла обратная дорога.
Не было ни одного человека, который не был бы занят. Предстояло все сделать быстро, так как надо было возвращаться в столицу с докладом. Когда Таган по приказу вышестоящих лиц оставил отряд, они перестали обучаться, так как не было того, кто мог их чему-то научить. И тогда в совете решили, что их обучение завершено, и офицеру отряда, коим являлся Блэк Харт, начали давать распоряжения, в соответствии с которыми отряд должен был выслеживать разбойников ибандитов в лесах и близлежащих деревнях и устраивать над ними справедливый суд. Поначалу, конечно, ребята были в восторге ̶ все, кроме лейтенанта, но потом им всем надоело шарить по болотам в поисках непонятно кого. Им всегда говорили, что они элита: великие подвиги, масштабные битвы ̶ вот что их должно было ждать, но в итоге вышло совсем наоборот, что очень огорчило «Сотню». Но те, кого воспитывал Таган, не были просты, умели приспосабливаться и оборачивать ситуацию в свою пользу и извлекать из всего выгоду.
̶ Нирмак, собери оружие, и если есть какие-то доспехи на продажу, в первой деревне мы сбудем это. Драгоценности мы знаем, у кого можно неплохо выменять на то, что нам необходимо. Все остальные сами знают, что им нужно.
Эти команды раздавал именно тот лейтенант, который мог отстоять свою честь перед вышестоящими людьми, это был Блэк Харт.
Он был статен, хорош собой, имел внушительный вид, строгий и разумный взгляд. В любой ситуации лейтенант вел себя очень достойно, каждое его решение было обдуманно и взвешенно, за это его уважали в отряде. Рыцарь, как и все остальные, тоже был воспитан Таганом. Старый ветеран вырвал этого юношу из рыцарской школы, не дав ему доучиться, и стал тренировать по своему разумению, что выходило весьма неплохо. Рыцарских качеств в нем было ровно столько, сколько необходимо, но вот бойцовских и лидерских ̶ с избытком. Тагану не нужен был холеный, изнеженный лейтенантик, который смог бы только отдавать приказы, а перед лицом опасности бежать, бросив своих людей. Он знал, кого выбирать, ̶ у кого стальной характер, здравый ум, сильная воля и крепкая рука. Ветерану было известно, чей он сын, чья кровь в нем течет, просто было необходимо направить все те качества, что имелись в юноше, в нужное русло, что и сделал наставник.