Равновесие Сил (СИ)

̶ Я согласен, мы не раз проливали кровь как на их земле, так и на нашей, но, самое главное, из тех войн со Свободным Народом, в которых я участвовал, они ни разу не нападали первыми.
̶ С этим согласны и мы с вами, и многие другие, но у короля свое мнение на этот счет, а мы повинуемся королю. Он видит угрозу только там, вы ее не видите нигде, но я, я ее вижу в тех местах, где вы двое даже и не бывали! — Это звучало куда более грозно, чем когда Грэгор говорил о будущем сына Дариуса. — И поверьте мне, что Свободный Народ нам не враги! Всего я вам рассказывать не буду, мне лишь надо, чтобы ты, Дариус, отправился в те далекие земли и желательно уже завтра был в пути.
̶ Что мне нужно будет сделать там?
̶ Тебе необходимо добраться до города Гутлангера, ты наверняка о нем слышал.
̶ Да, мы дважды бились под его стенами, раз даже заходили внутрь, но все понапрасну, ни разу город нам так и не отошел.
̶ Тем лучше для тебя, легче будет ориентироваться на местности. Тебе там необходимо отыскать одного человека и передать ему свиток, который тебе передадут сегодня вечером. Скажешь ему, что ты от меня. Путь не легкий, поэтому я не могу поручить это простому рыцарю, здесь нужен человек влиятельный и с немалой славой за плечами. Свободный Народ уважает воинов, поэтому тебе это по плечу. Твой путь не близкий, ты это сам понимаешь, идти я тебе советую одному, так проще, и на их территории ты не будешь сильно привлекать к себе внимание. Как одеться, я думаю, тебе говорить не стоит, ты все понимаешь сам. Но помни, от этой встречи зависит очень многое, тот человек, чье имя Халерсвулф…
̶ Я это имя отлично помню, он первый воевода Ёрнира, великого князя Свободного Народа, его сын Вульфрейн, поговаривают, вырос и отлично правит своими людьми, в отличие от некоторых. Халерсвулфа не было тогда рядом, когда погиб Ёрнир, иначе бы он пал вместе с ним, так он был предан своему князю.
̶ В том-то и дело, он был предан отцу, теперь так же предан сыну, но годы берут свое, и Вульфрейн посадил его в Гутлангере, с ним немалая дружина, которой одной хватит, чтобы отразить натиск всей нашей армии до того момента, пока их воины не придут на выручку, но наша с вами задача вообще не допустить этого, нам они нужны как союзники, а не как враги. Я лично виделся с Халерсвулфом, он очень специфичный старый вояка, но понимает суть дела, он тоже не хочет войны, хотя их народ тоже ненавидит наш, и для этого есть основания. — Грэгор Кларкус замолчал, его голова склонилась, а взгляд уперся в пол. Дариус и Рульф, два боевых друга, поняли, какую тяжелую ношу несет этот человек и что он пытается выровнять ту кривую, которая неминуемо приведет к гибели тысяч людей. — Вы даже не понимаете, что этот мир тлеет и скоро будет взрыв, но, когда это произойдет, мы с вами должны быть готовы. Это произойдет не завтра и не через год, возможно, даже не через десять лет, но мы должны готовиться сейчас, поэтому я отправляю вас с этими поручениями и буду ждать известий. Тебя же, Дариус, я буду ждать в столице. В эти тяжелые времена пора тебе покинуть ложе твоей красавицы жены и снова накинуть на себя доспехи.
После этих слов, которые прозвучали так торжественно, оба воина встали, пожали руки канцлеру и двинулись на улицу. Каждый со своими мыслями, с которыми даже и не хотелось делиться, да и не было нужды в этом. Лишь на выходе из ворот Рульф остановил своего старого друга.
̶ Я смотрю, тебе снова придется вернуться к тем временам, когда ты почти не снимал доспехов? Что же, это меня, возможно, даже и радует, но скажу тебе: мой добрый друг, береги себя! Что-то в этом чертовом мире происходит, и чувствую я, что нам придется с этим бороться, но все же я надеюсь, что мы с тобой еще выпьем по бокалу хорошего вина и повспоминаем наши былые времена!
̶ Непременно, мой друг, все так и будет!
После этого два воина обняли друг друга, кивнули на прощание и разошлись. Это был не первый раз, когда они так прощались, но все же это было нелегко. У каждого была своя цель, и они уверенной походкой двинулись к ее исполнению, как будто снова стали молодыми, а жизнь только набирала обороты.
 
В этот раз Дариус возвращался уже не таким рассеянным, как тогда, при первой встрече с канцлером, который сообщил ему не очень приятные новости. Мысли прояснялись, мелькавшие толпы людей казались лишь серой массой, опытный ветеран не растерял всех своих навыков и стремительно шел домой, чтобы собрать необходимые вещи и завтра на рассвете двинуться в путь.
На пороге дома он сразу небрежно приказал слуге: «Вина мне!», ̶ и двинулся к себе наверх. Жены дома не было, поэтому с расспросами никто не приставал, когда магистр Сцириус начал собираться.
Вещи собирались очень тщательно: снаряжение, снедь и все самое необходимое. Всплывали в памяти старые походы, вспоминалось, что требовалось взять с собой, оказалось, что это не забыто, просто дремало где-то там, в глубине сознания. Слуги собрали в походную суму все, что указал им хозяин: вяленое мясо, кожаный бурдюк, наполненный разбавленным вином, еще один просто с водой, пшеничные лепешки, взял он также сухих овощей. Возможно, придется питаться на ходу, а это самый лучший способ. Распорядился заранее накормить коня овсом, подковы приказал снять, так как идти предстояло не по мощеной дороге, а по пересеченной местности, а это может только навредить. Дошло и до амуниции. Естественно, как и сказал Грэгор, магистр, который не раз сходился в жаркой сече со Свободным Народом, знал, как необходимо одеться, чтобы голова осталась на плечах хоть какое-то время. Поэтому Дариус выбрал свой изысканный, хоть и потрепанный временем и чужим лезвием панцирь, шлем, наголенники, налокотники, кольчугу, хорошо прилаженную к нижней рубахе. Поверх всего он собирался надеть невзрачную серую мантию без шлема, но наручи он взял кожаные, под них хорошо прятался нож, который мог выручить всегда. Из оружия ̶ его меч, который подарили ему в царстве гномов, отлично выкованный, легкий, но и, что самое главное, острый и без единого рубца. Меч и Дариус Сцириус были единым целым и не раз доказывали это всем. Кроме того, он предпочел боевой лук с двумя видами стрел ̶ полтора десятка с легкими наконечниками и два с бронебойными, чтобы разить наповал; топор, но больше для бытовых нужд; два ножа ̶ один боевой, за поясницу, второй, легкий кортик, за нарукавник; сапоги выше колен; плащ с капюшоном, закрывающим лицо.
Сборы заняли около трех часов. Время уже перевалило за полдень. Дариус сидел у себя за столом с бокалом вина и, опустив голову, рассматривал карту. Тонким кинжалом он прочерчивал путь на пергаменте. За этим делом он даже не заметил, как вернулась жена, лишь ее голос вывел его из задумчивости.
̶ Ты снова возвращаешься к старой жизни? — голос ее звучал спокойно, хоть в нем и была слышна нотка горечи.
̶ Сегодня утром я был на совете, я снова нужен королю и народу, ̶ Дариус бросил эти слова небрежно, через плечо, хоть и понимал, что это неправильно по отношению к жене.
̶ Но ты ведь обещал, что больше не вернешься к военному ремеслу, ты же говорил мне… ̶ голос Контомеи стал надрывистым, она схватила руку мужа, тот повернулся, и они встретились взглядами. Всю строгость и суровость воина как ветром сдуло. На магистра смотрели безумно любящие глаза, в которых, как в весеннюю оттепель, застыли слезы.
̶ Контомея, любимая! ̶ Дариус встал, прикоснулся своей тяжелой рукой к ее нежному лицу, она в свою очередь схватила эту руку и прижала ее еще сильнее, слезы покатились из ее изумительно красивых глаз. Она не знала, куда и зачем отправляется ее муж, но этого и не требовалось, она знала его профессию, знала, кто он такой, и этого было достаточно, чтобы ее сердце наполнилось беспокойством и горечью. — Я не могу бросить народ и страну, ты это знаешь, и раз от меня требуют, нет, не требуют, меня просят… то я не могу отказать. Ты меня полюбила таким, ты знаешь это…
̶ Да, ты прав, мой муж, мой любимый муж, я знала тебя именно таким, и ты не изменился, хоть и говорил мне об этом, но от этого моя любовь к тебе только станет крепче. ̶ Она обняла его сильную грудь, они сели на кровать, молча держа друг друга за руки, им не требовались слова, чтобы выразить свои чувства, они все понимали без слов.