Равновесие Сил (СИ)

Блэк Харт смотрел на трон, восстанавливая дыхание. Злость уходила, плечи опустились сами собой, а вместе с ними и голова. Он стоял, уставившись в пол, с одной мыслью: что бы подумал о нем его отец, если был бы жив? Но его здесь не было, а дело было сделано. Значит, можно было уходить.
Резкий удар в створы дверей отозвался колокольным звоном. «Чертова сотня» повернулась на звук. После второго удара через образовавшийся проход ввалилось по меньшей мере две сотни воинов в золотых доспехах. Впереди всех шел воин в бархатном плаще. Вся «Сотня» отступила к трону и перегруппировалась. Харт расправил плечи и поднял подбородок, он не собирался пресмыкаться перед стражей.
— Убийцы! — раздался грубый мужской голос.
Блэк Харт узнал в стоящем перед ним воине капитана королевской стражи, который служил Крейдону очень давно.
— Капитан, — обратился к воину лейтенант. — Все не так, как тебе кажется…
— Что здесь может казаться не так, сын Сцириуса⁈ — гневно спросил капитан.
— Это не люди, как ты не видишь? — попытался оправдаться Харт.
— Здесь не люди только вы! Убив сотню девушек, первого советника короля и самого Крейдона, вы имеете наглость оскорблять их таким образом⁈
— Капитан Джостан, опомнись, где здесь ты видишь людей⁈ — взревел Харт, его рука потянулась к мечу, висевшему на бедре у Мадеуса.
— Блэк Харт, его разум искажен, он уже не увидит того, что видим мы с тобой, — тихо произнес охотник на демонов.
Капитан уже стоял с обнаженным мечом, все его воины последовали примеру своего командира. Они не знали, кто стоит перед ними, их разум был порабощен Имиритом, и вернуть обратно этих людей не представлялось возможным.
— Сын Сцириуса, ты предатель! Ты недостоин носить эту фамилию! — кричал капитан стражи.
— Я выполнял долг перед всей Гардией, — еле слышно ответил Харт. Его глаза наполнялись гневом, в руке уже блестел не обагренный кровью клинок.
— Нет долга выше, чем защита короля и родины! — медленно ступая вперед, не унимался Джостан. — Но тебе этого никогда не понять, предатель…
Слова утонули в треске костей и хлюпанье крови на пол. Лицо капитана пересекла холодная сталь брошенного Хартом меча. Джостан выронил свое оружие и, слабо хрипя, повалился на пол. Лейтенант глубоко дышал, он уже не мог сдерживать бушующий внутри гнев. С яростью он отдал приказ:
— Убить всех!
Воины «золотой» армии были не способны биться против таких солдат, какими являлись мужи «Чертовой сотни», их шансы быстро уменьшались, как только начался бой. Поскольку в новообразованную армию Крейдона брали всякий сброд, то сопротивления особо никакого не было. Через двадцать минут воины «Сотни» ходили по залу и добивали слуг зла, которым не посчастливилось умереть сразу от разящих ударов слуг света. Тех, кто не изъявлял желания участвовать в этом мероприятии, лейтенант отправил обследовать замок. В этом проклятом месте он не хотел оставлять никого в живых. Но, как оказалось, он был не прав.
— Харт, тебе надо спуститься в подвал, — окликнул лейтенанта Казор.
Тот обернулся в сторону стрелка и прищурил глаза.
— Ты хочешь меня чем-то удивить?
— А разве это возможно, после того как мы прошли весь этот кошмар? — кривая ухмылка тронула запачканное лицо Казора.
— Не знаю, — честно ответил лейтенант.
В подземных казематах стояла еще большая вонь, чем в самом тронном зале, где лежала целая куча трупов демонов и людей. Отряд уже не удивляло, что здесь валялись растерзанные тела, прикованные к разным инструментам пыток. Никто даже не хотел представлять, каким образом умерли эти люди. Смотря по сторонам, лейтенант шел следом за стрелком, который вел его коридорами до того места, где стояли остальные боевые братья. Дверь в камеру была раскрыта. Внутри сидел мужчина, по возрасту чуть младше самого Блэка Харта.
Лейтенант удивленно вскинул брови.
— Кто он такой?
— Мое имя Феликс, — ответил сам за себя пленник.
Харт посмотрел на него.
— И что ты расскажешь нам, Феликс? — вопрос прозвучал несколько высокомерно.
 
— То, что если передо мной стоят люди, — Феликс сделал маленькую паузу, — с их настоящим цветом глаз, то наверху все демоны либо мертвы, либо сбежали туда, откуда они явились, — горделиво ответил пленник.
— А он остроумен, — усмехнулся Казор. — Меч держать умеешь, умник?
— Я был лучшим в разведывательном отряде, пока меня не перевели.
— Куда? — поинтересовался Фельхам.
— В полк барона Норана, знаменосцем.
— Барон Норан, — сощурился Харт. — Бездарный полководец.
— Поэтому я здесь. Они все присягнули сумасшедшему королю и этим сумасшедшим шлюхам, которые обласкали всех вошедших.
Все молча слушали то, что говорил Феликс, не так давно они сами испытали все это на себе.
— А что же ты, смог воспротивиться соблазну? — поинтересовался Казор.
— Я призван служить в армии Империи, а не шлюхам с развращенным королем. Мудрый государь не допустит такого в своем тронном зале. Это неприемлемо для королевской особы, — в порыве отчаяния воскликнул Феликс. — Я видел, как эти девки превращались в мерзких демонов и как мои однополчане принимали их ласки, я чуть не сошел с ума, глядя на все это. Они насмехались надо мной, после чего бросили в темницу и сказали, что мне уготована другая участь.
— Но тебя не сожрали, — заметил Фельхам.
— Просто не успели.
— Я не вижу в его словах лжи, — сказал Казор Харту так, как будто Феликса не было рядом.
— Значит, ты был знаменосцем? Хочешь отомстить за своих друзей и посвятить жизнь вечной службе против сил тьмы? — прямо спросил лейтенант.
— Для меня это было бы честью, — вставая с каменного пола, с гордостью ответил Феликс.
— Будешь нести знамя «Чертовой сотни» в боях и охранять его пуще своей жизни. Запомни главную истину: знамя отряда — это его история. Забираем его отсюда, и надо выбираться, скоро рассвет, и нас должны вывести из столицы.
* * *
Фаладан стоял, склонившись над пиктограммой, перед ним был развернут огромный фолиант, в котором было множество непонятных для Рутара символов. Чернокнижник не поворачивался к молодому герцогу, стоящему сзади, он был занят своими тайными делами, которые были недоступны для понимания всем остальным.
О прибытии Рутара известило колыхнувшееся пламя на свечах, расставленных в большом количестве по всему помещению. Молчание нарушил хрипловатый голос Фаладана.
— Ты вернулся один, — утвердительно произнес он.
— Да, — подтвердил Рутар. — Но я получил нечто большее, чем красивую девчонку.
Фаладан не отрывался от своего занятия, весь его вид говорил о том, что ему все равно. Молодой герцог не стал дожидаться, пока чернокнижник изволит задать вопрос, и произнес сам ответ на незаданный вопрос.
— Правду, — с нескрываемой злобой кинул Рутар.
— Правда у каждого своя, — без эмоций ответил старейший демон, все так же стоя спиной к собеседнику.
— Фаладан! — взревел Рутар.
Пламя на свечах содрогнулось, а в помещении еще несколько минут стоял гул.
Чернокнижник оторвал взгляд от фолианта и посмотрел прямо перед собой. После чего заговорил.
— Я уже не помню то время, когда со мной разговаривали таким образом.
Его голос звучал монотонно, но сила, с которой он говорил, была велика.
— И что же открыли тебе наши враги? — поворачиваясь, спросил демон.
Тогда-то Рутар и обратил внимание, что Фаладан стоит в боевом облачении. Его легкий доспех кроваво-красного цвета буквально обтягивал иссохшее тело чернокнижника, нельзя было также не заметить четыре рукояти мечей, висевших у него на поясе. На них не было лезвий, но Рутар слышал об этом оружии, что оно проклято.
— Вы скрыли от меня, какой была настоящая смерть моего отца!
Молодого герцога не пугал угрожающий вид чернокнижника.
— Вы солгали мне, сказав, что отец погиб в бою за повелителя! Но это было не так, и ты был там!