Книга пятая. Завистливое смирение (СИ)

— И там ты нашел улики, что привели тебя к Флойду Лучистому, укравшему Приз! — прервавшая меня Матильда хлопнула в ладоши от избытка чувств.
— Нет, он не крал Приз, — невозмутимо поведал я, выуживая из глубин инвентаря невесть как там завалявшуюся цибарку.
— А кхх…, - жрица подавилась воздухом, вылупливаясь на меня, — Его же за это утопили?! Кто, если не он?!
— Я, — коротко и скромно ответил я прямо в квадратеющие глаза «жрицы всех богов», — Точнее мы. Мы с Мимикой украли Приз. И подкинули его Флойду, чтобы того утопили в мусорном мешке, а мы могли освободить вот этих наших прелестных кошкодевочек.
Короткую тишину потрясенной по самое небалуйся Шлиппенхофф прервали аплодисменты тридцати двух спасенных девушек.
— То есть, Приз никто не крал?!! — издала блондинка вопль горести и непонимания.
— Почти, — покивал я, — До него просто не могли добраться. Настоящий преступник, который и хотел выкрасть Приз, не ожидал, что всё хранилище с статуэткой будет битком забито целым морем вот этих вот черных бутылочек, каждая из которых содержит зелье вечного жопоголосия.
Народу была продемонстрирована знакомая черная бутылочка с ясно видимым в нормальном мире Статусом.
«Концентрированное шуточное зелье Акклаблаха»
Ингредиенты — вссаль, курибах, трава нисмеха, лапорта, гнивниш, глаза выхухоли, никчедомник…
Свойства: зачарование выпившего
Описание: это шуточное зелье на продолжительный срок изменяет употребившего, заставляя его голос звучать из ануса. Оно было сконцентрировано до такой степени, что эффект может сохраниться до конца жизни!
— Куакарабилли хотели напоить этим большую часть прибывших конкурсантов, — поболтал я сосудом в воздухе, а затем обернулся, глядя на Кинтаро и Самару, — Но тут кое-кто смешал им все планы, не так ли?
— Мач-сан…, - потупился Кинтаро.
— Кинтаро? — сделала квадратные глаза уже Тами, — Самара?!
— Они и есть преступники, собиравшиеся украсть Приз, — наслаждался я, — Правда, избыток наполненной стеклотары всё испортил. Правда, девушка, умеющая бегать по потолкам и имеющая четыре копыта?
Самара застеснялась. Выглядела кентаврица, ковыряющая копытом палубу, довольно убойно, поэтому все отвлеклись на это зрелище. Я молча дымил, наслаждаясь солнцем, морем, покоем и своей вернувшейся атакующей мощщой. А затем, приняв вид поважнее, продолжил в полной тишине:
— Я не знаю всех подробностей, но предполагаю следующее. Ваша парочка взяла заказ на Приз у кого-то… не важно у кого. После чего вы, прибыв на Поллюзу, приступили к сбору сведений, стараясь светиться как можно меньше. Увы, Кинтаро, но тебя запомнил каждый второй из опрошенных мной трактирщиков. Опрашивать же их я начал, обнаружив следы Самары на потолке сокровищницы. Милая, насколько ж сильно ты запаниковала, когда испарения от разбившихся бутылок заставили тебя говорить попой? Даже Приз не забрала…
Девушка очень-очень густо покраснела.
— Меня не отравило, потому что на дело я двинулся во время перезагрузки Системы. Магические свойства отравы просто не работали, — тем временем продолжал я, — Но по следу я пошёл. А что было в конце этого следа? Правильно, наша говорящая нужным местом подруга. Здесь я сделал правильное предположение, подкинув Самаре записку с угрозами и шантажом… вымогая противоядие. Им, насколько я понял, был древний рецепт детоксического снадобья, за ингредиентами на которое вы и поехали в Агабахабару, так денег было мало, а там дешевле всего. Верно?
Кинтаро, обладающий сейчас совершенно круглыми глазами, лишь кивнул.
— Ну вот, — удовлетворенно крякнул я, — А дальше всё просто. Вы узнаете, что мы в городе и устраиваете небольшую сценку, тем самым попав на корабль, и даже, чем черт не шутит, делая себе алиби. На острове менестрелей, как свежеприбывшие с Героем. Мало ли какой человек с кентавром ранее тусовался на Поллюзе, верно? Верно. Вот и разгадана тайна Приза. Он не был украден, а был недоукраден так, что доступа к нему гномы-братья лишились. И к отраве тоже. К большей её части, если уж на то пошло.
 
— Мач-сан… вы нас простите? — внезапно спросил обычный японский внук обычного легендарного странствующего императора.
— За что? — тут же удивился я, — За то, что вы молчали? Так это было ваше личное дело, Кинтаро. Палки в колеса вы мне не ставили, даже вон, противоядие сварганили, помогали нам с Турниром и всё такое.
Несмотря на мои слова, Кинтаро чувствовал себя неловко, от того тут же рассказал, как было дело. Всё было прозаично — поиздержавшуюся парочку нанял один из местных воротил особого богатого масштаба, так как ему, этому воротиле, не хотелось отпускать свою 14-летнюю дочь на Турнир в Поллюзу. Вот он и решил устроить любимой кровиночке свой персональный турнир беспроигрышного характера. А в итоге получился срыв террористической операции куакарабилли и утопление одного наглого и жадного кошколюда.
— А бутылочек целых я несколько отыскал, — улыбнулся я, поигрывая черным пузырьком, — Видите, как пригодились? 
— Так, а что дальше? — потребовала Матильда, утешительно обнимающая продолжающую краснеть и стесняться шиноби.
А дальше я опять мог только предполагать, но, судя по всему, куакарабилли планировали отравить большую часть гостей Поллюзы. Причем, самое интересное…
— Как не преступление?! — спросили меня хором все, включая и пассажирок.
— А вот так, — развел я руками, улыбаясь, — Это снадобье — яд? Отрава? Оно заражает? Проклинает? Вредит? Нет. Это шуточное зелье. С точки зрения культуры и законов куакарабилли нет никакой разницы в том, каким отверстием поёт исполнитель, если в остальном его функции, гм, неизменны. Понимаете? Они нашли выход!
— А ты им все испортил, — вредным голосом протянула Саяка, — Ну, сначала Самара потопталась на мечтах целого народа, а потом ты добавил.
— Что испортил, то и исправил, — отмахнулся я, — У них дела плохо шли, потому что меня не было рядом.
— То есть…, - Тами вскочила с места, — Ты помог им избавиться от менестрелей?!
— Конечно, — пожал я плечами, — Мне изначально нужно было сохранить репутацию Магамами, да и нашу с вами, то есть выполнить условия договора между мной и архимагом. Все это было сделано.
— В жопу итоги, я хочу подробностей! КАК?! — у гномки аж её рыжая грива дыбом встала от любопытства.
Я помолчал пару минут, докуривая цибарку и наблюдая, как маленькое красивое существо наливается красным цветом чистейшего коктейля злости с нетерпением.
— Кинтаро, помнишь, как мы с тобой в плащах анонимности за библиотекой дела вели? — коварно улыбаясь, задал я вопрос подростку. Тот вздрогнул, поежившись, но ответил, что помнит, хотя хотелось бы забыть. И потому что они с Самарой кучу нервов потеряли и потому…
— …что комарики, — еще хуже улыбнулся я, — Зверские там насекомые были. Едва бедного нашего друга не сожрали живьем. Даже мне хреновато было. Так вот, представьте себе, что будет, если часть Поллюзы заболотить, а затем попросить мадам Троубар дать аграджам расплодиться. Хорошим, толстеньким, тонкошкурым аграджам. Комарики расплодятся и…
— Так вот куда бежали куакарабилли с лопатами! — грохнула еще не прекратившая злиться Тами, — А нас из-за этого чуть не зарезали прямо в городе, Мач!!
— Накладочки, — пожал плечами я, за что бы стукнут, обнят и поцелован.
Накладки, что и говорить, были. К примеру, с Гримбльдуком Тендертэтчем и его товарищем Джаго Посредником. Эти два господина восприняли в штыки идею, что им придётся сворачивать деятельность на острове, но мне хватило аргументов, чтобы донести до их сознания простую мысль — аборигены не остановятся, пока не выгонят менестрелей на мороз. Точка. А если это так, то бизнесу этих господ всё равно придёт конец рано или поздно, так не лучше бы собирать манатки, имея в наличии как сверхприбыль после Сладкозвучного Турнира, инсайд от меня, что позволит им выгодно толкнуть свой бизнес, и волшебный корабль на ходу? Лучше.