Мои турецкие ночи (СИ)

-- Я так боюсь, что он убежит, Снега. Ведь только из-за ребёнка согласился пожениться. А у нас и кортеж заказан, и загс выездной, и ресторан уже оплачен. – Её глаза наполняются слезами. – Что же я маме с папой тогда скажу?!
-- Да куда он денется, милая! Тебе нельзя волноваться, о ребёночке думай, хорошо?
Женя покорно кивает, а я продолжаю наносить ей макияж. У сегодняшней невесты здоровая, чистая кожа, поэтому я ограничилась только тоном и лишь слегка замаскировала консилером тени под глазами. Мне жаль девочек, когда им приходится целый день проводить с тонной грима на лице, который под конец вечера напоминает застывшую маску, и поэтому стараюсь обходиться минимум продуктов.
Наношу на нос, виски, лоб вдоль линии волос немного корректора и принимаюсь тщательно его растушёвывать. Настя слегка расслабляется, прикрывает глаза и даже слегка дремлет, пока я наношу ей тени, тушую брови и приклеиваю искусственные ресницы. Уверена, она не спала прошлой ночью из-за нервного напряжения. Вдруг наше спокойствие прерывает телефонный звонок. Не разлепляя глаз, Женя подносит трубку к уху.
-- Да? Как пьяный?! – Она подскакивает на кресле, чуть не выбив у меня из руки кисть. – А ты куда смотрел? Времени – двенадцать часов, и он уже успел набраться? В день свадьбы! Да ещё и подрался? – Женя резко прикрывает рот. – Что значит «порвал пиджак и синяк под глазом»?
Невеста в ужасе смотрит на меня. Я качаю головой:
-- Только не плачь, хорошо? Скажи, чтобы сюда везли, что-нибудь придумаем.
Что ж, такая ситуация для меня не в новинку. Ужасно жаль всех этих девочек, которые так мечтали об идеальном дне, но их мальчикам явно наплевать на желания своих избранниц.
Вскоре друзья привозят к нам в салон жениха. Вид у него удручающе растрёпанный: пиджак надорван в районе плеча, на скуле сияет ярко-розовое пятно. У Жени в глазах стоят слёзы и она сдерживается изо всех сил.
Прикинув, у кого из дружков похожая комплекция, требую поменяться с драчуном пиджаками. Показываю свободное кресло, чтобы усадить туда героя. Ещё одного парня отправляю в соседнюю кофейню за крепчайшим эспрессо, а сама принимаюсь колдовать над притихшим женихом. Аккуратно очистив кожу дезинфицирующими салфетками, увлажнив сывороткой, и нанеся праймер, я принимаюсь замазывать синяк зелёным корректором. Потом подбираю подходящий оттенок консилера и покрываю все сверху тональником. Уверена, у этого парня никогда не было такого чистого и ухоженного лица.
-- Вить, а букет мой где? – Жалобно спрашивает невеста.
-- Жень, я тебе другой закажу, ладно? – заискивающе говорит Виктор. – Того, упал я на него, нечаянно.
-- Без паники! – снова встреваю я, видя, что девушка вот-вот разревётся и тогда макияж придётся наносить заново. – У меня всё схвачено!
-- Лена, ты за какое время букет невесты соберёшь? Надо прямо сейчас, -- звоню я приятельнице флористу.
-- Цветы подвезут, пока мы тебе будем делать локоны, хорошо? – снова усаживаю Женю на кресло, достаю щипцы, плойку и принимаюсь создавать ей свадебную укладку.
-- Не знаю, что бы мы без тебя делали, Снега! – восклицает Женя. – Как хорошо, что мне именно тебя посоветовали! Я теперь тоже всем буду говорить, чтобы к тебе обращались!
-- Спасибо, Жень! – Я желаю ей счастья в семейной жизни, и мы расстаёмся, довольные друг другом.
Потом я принимаю еще троих клиенток на макияж и иду домой, не чуя собственных ног.
Улёгшись на диване перед телевизором, я ищу какую-нибудь романтическую комедию, но вижу, что во «ВКонтакте» у меня есть непрочитанные сообщения. Это Хакан.
«Милая Снега, пожалуйста, не подумайте, что я сталкер. Но со вчерашнего дня не могу найти покоя и решился найти Вашу страницу здесь. Если Вы согласитесь со мной поужинать, я буду счастливее всех людей на свете».
Перехожу на страничку мужчины. Он действительно учился в нашем городе -- в подтверждение есть фото из аудитории в университете. Еще я вижу снимки Хакана с какими-то пожилыми мужчиной и женщиной в тёмном платке. Делаю вывод, что это родители, судя по тому, как нежно он их обнимает. В галерее много фото Хакана, позирующего на фоне заграничных достопримечательностей. Видно, что ему приходится много путешествовать и я даже слегка завидую этому образу жизни.
 
А вдруг за этим знакомством стоит что-то действительно хорошее?
Открываю окошко с сообщениями и пишу, что могу выпить с ним чашку кофе завтра утром.
Хакан отвечает мгновенно: «Тогда приглашаю Вас на турецкий завтрак».
  
Глава четвертая
 
Когда мы с Хаканом заходим в помещение ресторана у меня, мягко говоря, есть некоторые сомнения. Судя по тому, как выглядит мой спутник, мы могли пойти в заведение классом покруче.
Здание ресторана и снаружи-то смотрится неказисто, а уж внутри – да это же столовая! Хотя и очень чистая, и светлая.
Усаживаемся за столик, накрытый плотной клеёнкой поверх белой скатерти. Салфетки стоят в пластиковом диспенсере. В центре -- какие-то специи, в прозрачном стаканчике с крышечкой – маленькие зелёные перчики, которые, видимо, нужно доставать висящими сбоку крошечными щипцами.
-- Снега, я понимаю ваше удивление, -- склоняет голову Хакан. – Ресторан действительно не из списка мишленовских. Но я прошу вас дождаться, пока нам сервируют завтрак. -- Он подаёт знак рукой.
Официант приносит нам приборы, тарелки, наполняет стаканы водой и начинает доставлять еду. После примерно десяти его рейсов на столе у нас: две маленьких медных сковородки с двойными яичницами-глазуньями. Тарелочки с нарезанными крупным кубиком огурцами и половинками – помидорками черри. Такая же красивая сковородка с поджаренными кружками колбасы, от которой поднимается резкий и очень аппетитный запах. Тонко, с бумажный лист, нарезанная ветчина из индейки, куриная колбаса и несколько ломтей колбасы говяжьей. Пара блюдечек с тушёными овощами. Три тарелочки с блестящими от масла зелёными, чёрными и розовыми оливками. Несколько видов сыров: тут и брынза кубиками; и твёрдый, нарезанный ломтиками; и творожный; и ещё какой-то волокнистый, похожий на чечил, но с плесенью. Небольшое блюдечко со сливочным маслом. Блюдца с абрикосовым, малиновым вареньем и ещё каким-то, которое я не могу идентифицировать. Айвовое, подсказывают мне. Прозрачный жидкий мёд. В довершение всего нам приносят чай в небольших стаканчиках, похожих на песочные часы и отдельно – большую кружку с латте для меня. Даже сахар в вазочке – не обычный, песком, а рафинад в виде сердечек, вперемежку с кусочками карамели кристаллической формы.
Всё так красиво и аппетитно, а я совершенно растерялась и не знаю, с чего начать.
-- В этом ресторане подают лучший турецкий завтрак в Екатеринбурге, Снега. Хотя, конечно, не такой, как у меня дома, приготовленный руками моей мамы. Давайте приступим, -- улыбается Хакан. Достав из корзинки с хлебом бублик, усыпанный кунжутом, он разламывает его пополам, а потом ещё раз пополам и, разрезав вдоль и намазав маслом, передаёт мне.
-- Почти всё, что вы видите, Снега, вы можете есть кусочком хлеба. Он придвигает мне сковородку с яичницей, ставит такую же перед собой и показывает пример, обмакивая краешек бублика в желток. Ловко управившись с хлебом, и вытерев салфеткой пальцы, он подцепляет вилкой оливку.
-- Вот эти розовые фаршированы острым перцем, я их особенно люблю. Попробуйте, пожалуйста, -- он передаёт вилку мне.
Я раскусываю кисло-острую мясистую оливку и язык покалывает от жгучего ощущения. Съев кусочек хлеба с маслом и отпив кофе, я смелею и начинаю потихоньку пробовать всё. Хакан, видя мой интерес, подаёт каждую тарелочку и, подождав, пока я возьму оттуда кусочек, возвращает на место. Когда очередь на дегустацию доходит до того, что я раньше приняла за творог, мои вкусовые ощущения взрываются от восторга. Вкус гораздо мягче, чем у творога, не такой кислый, а структура нежнее. Хакан предлагает полить сверху мёдом. Видя, как мне нравится, он пододвигает ко мне всё блюдце.