Выбор зверя (СИ)

— И что я, по-твоему, должен сделать? Разве ты не слышал, что он почувствовал в ней свою пару?
— Разве ты, Джонатан не слышал, что Мередит была обещана Дикону. — хмыкает Актавиус — Прими меры, или я буду настаивать на том, чтобы их принял твой совет. Тебе не понравится, и ты будешь рычать, а я стану давить на то, что ты снисходителен к тем, кто тебя окружает. — угрожает он — ликаны узнают, что для своего вожака они не равны, а те, кто ближе к нему могут творить всё, что им захочется. И даже тянуть грязные лапы к невинной благородной девушке, у которой уже есть пара.
— Мередит свободна, — говорит Виктор и Актавиус с прищуром смотрит на него так, словно мечтает напасть — У неё всё ещё нет метки твоего племянника. Церемонию откладывали несколько раз.
— Виктор, — зовёт его Джонатан, — давайте не будем провоцировать друг друга.
— Прекрасное решение, — отзывается ещё один член совета. — Мы требуем, чтобы Константин принял наше решение и оставил попытки добиться Мередит. Он должен быть отсранён и я… — вздыхает он — Я хочу, Джонатан, чтобы ты замер его в подвале своего дома, то того, как в город вернётся Дикон и заберёт Мередит. Совершенно точно ни один из твоих сыновей не станет препятствовать, если этот ликан продолжит домогаться Мередит.
Сжимаю руки в кулаки и собираюсь ответить.
Но Крэйвен опережает меня и у них с Джонатаном и Торном начинается перепалка.
— Мои стражи за дверью, а этот ублюдок не выйдет отсюда, пока не скажет мне, что принял решение своего вожака и совета.
— Константин, я запрещаю тебе, как твой вожак приближаться к Мередит, и отстраняю от дел стаи. — говорит Джонатан и смотрит на меня в упор, буравит тяжёлым взглядом и давит своей доминирующей энергией. Я отчаянно сопротивляюсь, а он пытается подавить мою волю и заставляет подчиниться. — Подчиняйся мне или будешь наказан, — рычит он и я опускаю голову. — А теперь говори.
— Но прежде, — вмешивает Виктор, — подумай, Константин, подумай.
— Что я должен сказать, не понимаю, — глухо отзываюсь я и больше не пытаюсь поднять головы. Смотрю в пол и давлюсь своей яростью, которая разрывает меня вместе с внутренним зверем, который беснуется, рвёт когтями невидимую клетку.
— Прими нашу волю и откажись от Мередит и любых попыток с ней сблизиться, — слышу Актавиуса — в противном случае, я буду рад лично разорвать тебя за неповиновение.
Вокруг повисает оглушающая тишина.
Зверь воет внутри, рвёт меня на куски, боль такая слов вырывает ошмётки плоти.
А собравшиеся ждут.
— Я принимаю ваше решение и отказываюсь от Мередит, — выдыхаю я и падаю на колени, едва сдерживаясь оттого, чтобы заскулить.
Глава 40
— Мы это решим, — говорит Сэмюель, а я молчу.
Внутри словно взорвалась бомба. По рекомендации Виктора я сделал вид, что принимаю решение совета, и не собираюсь больше приближаться к Мередит.
Но я чувствую совершенно другое.
Хуже всего, что Крэйвен думает, будто я в самом деле поддался, да и папаша Мередит уже наверняка сообщил ей и я боюсь представить, что она обо мне думает.
Крэйвену мы не сказали, потому что не было возможности. Он эмоционален и всё это время рычал на отца и членов совета, а потом в ярости покинул дом вместе с Джойсом.
А я по решению совета и вожака должен остаться здесь, под наблюдением пока не вернётся Дикон.
— Если бы ты не согласился, они потребовали запереть тебя в подвале, — говорит Виктор и тяжело вздыхает. — Вот это было бы дерьмово. В остальном Сэмюель прав. Мы найдём выход. Останешься здесь, пока побудете с Мередит вдали. Я утром заеду к Крэйвену и обо всём расскажу им обоим.
— К приезду Дикона успеем, — говорит Сэмюель и кладёт руку мне на плечо. Сжимает несколько раз и заглядывает в лицо. — До его возвращения несколько дней.
— Как и до церемонии соединения, — обхватываю голову руками.
Я нестабилен, а мой зверь жаждет вырваться на свободу и сначала разорвать всех, кто удерживает меня подальше от моей женщины, а затем явиться к ней и сделать своей.
На Мередит сейчас нет моей метки, на ней даже нет моего укуса, который бы открыто заявил всем о моём намерении сделать её своей.
 
Чувствую физическую боль, меня словно разрывает на части.
— Так тяжело? — спрашивает Сэмюель, и я киваю.
— Я дам отмашку своим стражам, ослабим наблюдение, а ты отправляйся на берег. Посиди у воды, дай волю эмоциям, но держись подальше от Мередит. Верь, мы не оставим это так, и Дикон не сделает её своей.
Дом Локвудов у самого моря. Я даже сейчас могу услышать шум воды и было бы неплохо спуститься и немного проветриться.
Но нет.
Я киваю, однако ничего не могу с собой поделать, когда желание прижать к себе Мередит и сказать ей о том, что я не отказывался от неё сильнее здравого смысла и желания поверить своим близким.
— Действительно прогуляйся у воды. У меня есть ещё пара нерешённых вопросов с Джонатаном, а после я тебя найду. — говорит Виктор
Выхожу из дома Локвудов и делаю глубокий вдох в надежде успокоить свою ярость. Но, у меня ничего не получается. Меня всего колотит ещё и оттого, что я безумно хочу Мередит.
Хочу взять её, отметить как свою, а до ночи церемонии долгих два дня.
Последние дни были настоящей пыткой и проверкой на прочность для моей выдержки. Я не тронул Мередит, лишь доставлял ей удовольствие языком и пальцами. То, как она сходила с ума от моих прикосновений и как просила взять её …
— Я тебя понимаю, — слышу за спиной голос Саймона и оборачиваюсь. Вопросительно поднимаю бровь, потому что и в самом деле не понимаю, почему он вдруг заговорил со мной.
Нет, он в прошлом никогда не проявлял ко мне неуважения, но мы и никак не контактировали с ним.
— Идём, я подвезу тебя, куда скажешь. Прогуляться вдоль воды это хорошо, но вода есть не только рядом с домом Локвудов. Есть и в центре города, а там, к примеру очень много красивых человеческих девушек, которые помогут сбросить напряжение. — болтает он и косится на одного из стражей, что стоит у ворот. — Я чувствую твой дисбаланс и желание отметить Мередит как свою пару, — добавляет он и проходит вперёд. Усаживается в свою машину и смотрит на меня выжидающе сквозь лобовое стекло.
Выдыхаю и прохожу, чтобы забраться в его машину.
— От меня в этой ситуации мало что зависит, — говорит он, когда мы покидаем территорию Ловкудов. — я бы хотел помочь, однако решения по вашей истории давным-давно уже приняты. И не изменит ничего моё мнение на этот счёт, — выдыхает он своё сожаление. — Вот только на твоём месте, я бы не стал мириться. Если ты чувствуешь в ней свою пару и ваши чувства взаимны, может, стоит действовать. — вдруг говорит он и я чувствую охренеть какое удивление.
— К чему такие советы?
— Я соединился по любви. — отвечает он — Я вижу, что и Сэмюель и Виктор отчаянно пытаются тебе помочь. Вот только Сэмюель уже сегодня вечером вернётся домой и ляжет в постель к своей любимой женщине. Он бился за неё, и ему не понять твоих эмоций.
— Вы хотите, чтобы я пошёл против всех?
— Я? — усмехается он — Нет, конечно, ничего подобного я не хочу. У меня, Константин другие желания. Я лишь говорю о том, что и Сэмюель и Каспиан сыновья вожака, а ты лишь один из их окружения. Как бы они ни старались ради тебя, то уверен действовать будут в полсилы. Нет, не в обиду ребятам, конечно. Другое дело, если у них не будет выбора. Я более чем уверен, что встанут не за твоей спиной, а перед вами с Мередит, чтобы отстоять вашу пару.
— Вы так пытаетесь меня поддержать?
— Я вижу, какие сильные эмоции ты испытываешь и мне горько, что мы можем потерять какого-то вроде тебя. Ты многое сделал для стаи и для детей Джонатана в том числе. Я прекрасно понимаю, Константин, что как только Дикон сделает Мередит своей, ты не выживешь. Подозреваю я, что и касался ты её и… — замолкает он.
А я тяжело вздыхаю и смотрю на него с прищуром, когда он останавливает машину в нескольких кварталах от дома Крэйвена. Молча смотрит на меня, ожидая реакции. Хочет понять, выйду я или попрошу отвезти к морю.