Хранители (СИ)
Родственников Ади еще не было, так как они выехали только после работы, поэтому до того времени, как остальные члены соберутся решили дать гостям отдохнуть с дороги.
Для родителей выдели комнату в противоположном крыле дома, от комнаты Кемаля, где Ади останавливалась в первый визит. Самира сказала, что сама проводит гостей, а Ади пусть идет отдыхать, и не дав ей возразить, ушла уводя за собой гостей. Следом за ними, держась на небольшом расстоянии последовал и Саид. Кемаль же взяв свою невесту за руку повел в свою комнату. Но перед входом в комнату та остановилась и смущенно сказала, смотря в пол:
— Думаю, будет неправильно, если я останусь в твоей комнате. Да и остальные не поймут.
— Почему же? — спросил Кемаль, развернувшись к ней лицом, пытаясь сдержать улыбку.
— Ну, — замялась девушка, все также отводя взгляд и не смотря на него. — До свадьбы жить в одной комнате… Да и остальные…
Видя смущение своей будущей жены и её попытки объяснить все, а также не обидеть его самого Кемаль не сдержался и громко захохотал. В эту минуту его сердце было полно счастья. Он чувствовал себя самым счастливым из людей. Услышав смех Ади резко вскинула голову и посмотрела в лицо Кемаля. Не успела она ничего сказать, как тот схватил её за руку и открыв дверь комнаты втащил внутрь, а после закрыв прижал к ней спиной.
— Почему ты смеешься надо мной? — спросила Ади, надувшись, и пытаясь оттолкнуть его от себя, но тщетно. Кемаль положил свою голову на её плечи пытаясь подавить смех, но по трясущимся плечам и временами доносившемуся смеху, было видно — получается из рук вон плохо. Спустя пару минут тот, вроде как, успокоился и подняв глаза посмотрел на девушку.
— Это наша с тобой комната. Но до свадьбы, пока ты здесь она принадлежит только тебе. Я перееду в другую комнату.
— Не нужно этого делать, — запротестовала Ади, начав волноваться, что выгоняет его из собственной комнаты. — Это ведь твоя комната. И тем более я пробуду тут только одну ночь, а завтра уеду. Или же даже сегодня….
— Стоп. — прервал её пламенную речь Кемаль, прижимая палец к её губам. Ади же резко замолчала и уставилась во все глаза на мужчину, стоявшего перед ней. — Ты, кажется, меня плохо расслышала: это наша комната. Ты будешь жить здесь и нигде больше, и это не обсуждается. Так что можешь потихоньку начинать делать тут перестановку. Ну, или что ты там захочешь изменить.
Сказав все, что хотел Кемаль наклонившись, поцеловал Ади в щеку и, отодвинув от двери, вышел из комнаты. Девушка осталась стоять на том же месте где, и оставили, держась за щеку и с улыбкой на губах, которую сама и не заметила, как появилась.
Кемаль улыбаясь вышел из комнаты и направился в сторону кабинета Мансура. Он был уверен — все хранители собрались там и дожидаются его. И, естественно, он знал для чего. Мужчина понимал, что другим следует объяснить все, что произошло вчера. Прошел только один день, но произошло столько, что в голове не укладывалось. Кемаль сам не мог поверить в чудо, произошедшее с Ади, но он верил в Аллаха, Его силу и могущество. Милость Аллаха по отношению к людям безгранична.
Дойдя до дверей кабинета короля и заходя, он, как и ожидал, застал там всех. Мужчины расположились по всему кабинету, кто на диване, кто в креслах стоящих перед рабочим столом Мансура, а кто стоял, прислонившись к стене и окну. Зрелище это для него было привычным, ведь каждый раз, заходя в кабинет, видел это. Менялась только одежда на присутствующих, а также их размещение в комнате, но участники всегда были одними и теми же лица.
Как только Кемаль переступил порог кабинета, глаза всех присутствующих устремились к нему. Со стороны могло показаться, что присутствующие безразличны к появлению новенького в кабинете, но Кемаль слишком хорошо знал их, чтоб не суметь прочитать их эмоции по «безразличным» лицам. Улыбнувшись своим мыслям, он не стал тянуть и мучить, выложив все. Он поведал им все, начиная со звонка Ади, вчерашним утром вплоть до сегодняшнего дня.
Все сидели с серьезными лицами, обдумывая услышанное. И только Мансур собрался задать вопрос, как в дверь постучали, и в кабинет вошел Али-Рашид. Мужчина являлся дворецким в доме хранителей. Вся его семья, в свое время, служила королевской семье, но после переворотов лишь один остался верен королю. Он вместе с женой, были одними из тех немногих, кто поддержал нынешнего короля, и принимал активное участие в воспитании принцев.
Хранители относились к Али-Рашиду скорее, как к отцу, чем дворецкому, и много раз предлагали ему и его жене Зумруд, не заниматься делами, а просто жить с ними. Так как у пожилой пары не было детей, всю свою любовь и родительскую заботу они отдавали хранителям, считая своим долгом помогать, заботиться о них.
— Гости приехали. — сказал Али-Рашид, заходя в кабинет, и кивая им всем в знак приветствия. — За будущей невесткой и её родителями уже отправили.
— Спасибо дядя Али, — сказал Мансур вставая со своего места, и кивая старику. Все в этом доме называли пожилого мужчину так, дядя Али. И он так привык к этому, что не отзывался, когда звали полным именем.
Кивнув в ответ, показывая, что услышал короля, мужчина покинул кабинет, закрывая за собой дверь. Мансур обвел взглядом присутствующих мужчин и кивнул им на дверь. Все как по команде направились прочь из кабинета и отправились в гостиную к гостям. Они ожидали всего: слез, рыданий, смех или же гробовую тишину, но не те слова, что долетели до них.
— Они не мои родители.
Попасть в гостиную в доме хранителей можно было с двух сторон: первое с главного входа, чтоб гости, пройдя через холл, могли оказаться сразу же там, а второе со стороны коридора, ведущего к кабинету и библиотеке.
Так как все свое время король проводил в своем кабинете, а важные события, сборы или встречи гостей проводились в гостиной, при постройке дома было специально решено расположить эти два помещения так, чтоб с легкостью можно было попасть из одного места в другое.
Зайдя в гостиную, со стороны кабинета, они застали картину: братья и сестры Ади стояли недалеко от главного входа и с недоверием на лице смотрели на двух сестер, стоящих в центре зала. За спиной же Ади расположились родители и Самира, в шоке смотрящие на них. Мать Ади стояла, прижимая руки к губам и со стекающими по щекам слезами. А отец же не выражал никаких чувств, стоя рядом с женой. Лишь по сжатым кулакам можно было понять, что он не так безразличен, каким хочет показаться.
Увидев жену рядом с ними Саид двинулся в ту сторону и дойдя до девушки, не говоря ни слова встал между Самирой и родителями Ади, скрестив руки на груди.
— Что ты сказала? — недоуменно спросила Ади, не сводя взгляда с лица сестры.
— Я не знаю этих людей. — ответила та, смотря прямо перед собой. — Я сирота. У меня не может быть родителей, так что они ошибаются, принимая меня за свою дочь.
— Замолчи, — воскликнула Ади, дернувшись к сестре. А вместе с ней и все остальные. Все присутствующие сделали шаг в сторону двух сестер, даже сами не понимая того, что собирались сделать, но увидев, что Ади остановилась, последовали её примеру. Сделав глубокий вдох, и вроде как успокоившись, тихим голосом начала: — Послушай, я знаю ты не помнишь наших родителей, забыла о них много лет назад, но я-то помню. Я помнила о них всегда и никогда не забывала. Так что, прошу, поверь — они наши родители. Наши мама и папа.
— У меня никогда не было родителей. — четко произнесла Алекс, переводя взгляд на сестру. — И никогда не будет.
В следующую секунду раздался звук пощечины. Никто из присутствующих не понял, когда только Ади успела подлететь к сестре и влепить её.
***
— Что ты сказала? — спросила Ади тихим взбешенным голосом, не отводя взгляда от лица Алекс. На секундочку ей показалось, словно земля ушла из-под ног. Никогда в жизни Ади не ожидала услышать эти слова, тем более от родной сестры. Да она уже смирилась с её безразличием, с нежеланием говорить о родителях, с равнодушием, да в принципе ко всему, но только не с этими словами.