Леди полуночи

Несмотря на возраст, слух у миссис Хайвуд год от года становился прямо-таки собачьим, в особенности если кто-то заводил речь о матримониальных делах.
Ладно, пусть. Чем скорее все закончится, тем лучше.
– Мисс Тейлор и капрал Торн, – с готовность сообщила Салли. – Это случилось только вчера, когда они возвращались из Гастингса.
– И откуда вам это только известно? – удивилась Кейт.
– Ваша новая ученица приходила ко мне в лавку. Леди Ларк, да? Ей нужен был зубной порошок. Ну вот она мне все и рассказала.
Миссис Хайвуд подошла к прилавку.
– Мисс Тейлор? Помолвлена с капралом Торном? Поверить не могу.
– Это правда, Кейт? – спросила Диана. – Должна признаться, это… сюрприз.
Еще бы не сюрприз! Они с Дианой были подругами, а Кейт не только ни разу не обмолвилась о каких-либо отношениях с капралом Торном, но и не раз подчеркивала свое презрение к нему.
Потому что она действительно его презирала… и боялась. От него веяло ужасом, он казался ей холодным и бесчувственным. А теперь…
– Это правда. – Кейт невольно поежилась. – Мы помолвлены.
«Это временно, – напомнила она себе. – Успокойся».
– Но как это могло случиться? – все еще недоумевала Диана.
– Очень неожиданно. – Кейт сглотнула. – Я поехала в Гастингс за нотами и опоздала на последнюю почтовую карету. Случайно на противоположной стороне улицы увидела капрала Торна, и он предложил довезти меня до дома.
– А потом?
– А потом остановились передохнуть у заставы, и так, слово за слово… К ночи, когда я вернулась в «Рубин королевы», мы уже были помолвлены.
Салли надула губки.
– Самый неинтересный рассказ из всех, которые я когда-либо слышала. Этого мало. Скажите, опустился ли он перед вами на колено, поклялся ли в вечной любви? И про поцелуи… Вы целовались?
Кейт не знала, что сказать. Да, они целовались. И ее первый поцелуй должен был бы стать поводом, чтобы восторженно поохать и поделиться захватывающими подробностями со своими подругами. Вместо этого ей просто захотелось скрыть чувство унижения.
– Вы только взгляните на себя, – сказала Салли. – Лицо красное, как воск для печатей. Должно быть, это был будь здоров какой поцелуй. Мужчина-то не монах. Вы будете счастливой невестой, мисс Тейлор. Я про него такое слышала… – Она что-то черкнула в своем гроссбухе.
Миссис Хайвуд с треском раскрыла веер и энергично им заработала.
– Невыносимо! Из-за слабого здоровья бедняжки Дианы мы прикованы к этой прибрежной деревушке, в то время как вся Англия отмечает победу союзных войск. А мы торчим здесь, обреченные наблюдать, как шансы на ее замужество проплывают мимо, как корабли в море.
Словно извиняясь, Диана улыбнулась подруге.
– Мама, я думаю, ты хотела сказать, что мы переживаем за Кейт и желаем ей счастья.
– Да, мисс Тейлор, наверное, будет счастлива, а что остается нам? Я тебя спрашиваю, Диана, где наше счастье? Где? – произнесла с надрывом миссис Хайвуд. – Все, кто имеет хоть какой-то вес в обществе, этим летом остались в Лондоне, в том числе и твоя сестра, которая – напомню – недавно вышла замуж за виконта.
– Прости, мама. – Диана с несчастным видом кашлянула в носовой платок. – Мне очень жаль, что состояние мое неожиданно ухудшилось.
– Ты действительно что-то бледна сегодня, – заметила Кейт.
Диана окинула подругу понимающим взглядом. Единственной причиной «ухудшения ее состояния» стала недавняя свадьба Минервы Хайвуд с лордом Пейном. Предоставленная самой себе, миссис Хайвуд свалилась бы как снег на головы молодоженам в день их приезда в столицу и потребовала бы всех формальных представлений и устройства балов. Диане хотелось, чтобы медовый месяц у сестры прошел тихо и спокойно, поэтому загадочным образом и случилось «ухудшение здоровья».
– Какие-то вы хилые стали, – проворчала мать Дианы. – Не то что в дни моей молодости. Вот я ни за что не позволила бы ни чахотке, ни малярии или брюшному тифу, а то и всему вместе, помешать мне отпраздновать славную победу.
– Но вам ведь не нравятся торжества! – не смогла удержаться Кейт. – C их кашлем, лихорадкой и высокой температурой.
 
Миссис Хайвуд бросила на нее раздраженный взгляд, но в этот момент Салли резко захлопнула свой гроссбух.
– Все, конец. Теперь, мисс Тейлор, выкладывайте.
Но Кейт могла выложить ей только содержимое своей корзины: сидевший там Баджер занервничал от резкого звука и, выскочив на волю, принялся метаться из угла в угол.
– Крыса! – взвизгнула миссис Хайвуд и с несвойственным ей проворством вскочила на приставную лестницу.
– Это не крыса, – возразила Кейт.
Баджер пронесся мимо и спрятался под нагромождением полок, так что Кейт пришлось лезть за ним.
– Баджер! Ко мне!
– Этого только не хватало! – заверещала матрона. – Там, оказывается, барсук. Какая девушка будет таскать барсука в своей корзинке? Это как предвестие конца света.
– Мне кажется, это щенок, мамочка. – Диана, опустившись на корточки, присоединилась к поискам. – И куда подевалась эта прелесть?
Встав на четвереньки, Кейт заглянула под шкаф. Баджер сидел там, забившись в самый дальний угол. Она сунула руку в просвет и схватила щенка за холку, но он вырвался. Да что б тебя!
Диана опустилась на колени рядом.
– Бедняжечка! Он, должно быть, перепугался до смерти.
– Эй, попробуйте вот это, – присоединилась к ним и Салли, протягивая кусок солонины, который успела принести из кладовой. – Пока он там не навалил.
Коротко вздохнув, Кейт заправила выбившуюся прядь за ухо. Щенок уже оставил две кучки в «Рубине королевы»: одну на полу, другую – в ее постели. К тому времени, когда она вернулась с завтрака с припасенным куском ветчины и булочкой, это милое животное уже изгрызло ручку веера и заканчивало драть ее удобные домашние туфли.
– Иди сюда, Баджер. Хороший мальчик, – сложив губы трубочкой, принялась причмокивать и сюсюкать Кейт.
Щенок засопел и придвинулся, но совсем чуть-чуть.
Вспомнив, что капрал Торн подзывал его свистом, Кейт последовала его примеру. Сработало. Щенок стрелой выскочил из своего укрытия и прыгнул к ней на колени. От неожиданности она плюхнулась на пол и расхохоталась, а Баджер тем временем выхватил лакомство у нее из руки, а потом дочиста облизал ее ладони и пальцы.
– Сколько же от тебя хлопот! – проговорила Кейт. – Но ты такой забавный, что ругаться язык не поворачивается.
Баджер это прекрасно понимал, поэтому навострил уши, покрутил носом, завилял хвостом – словом, использовал весь набор приемов обольщения.
– Из-за этого шалунишки я и пришла к вам, Салли, – сказала Кейт. – Надеюсь, у вас найдется что-нибудь наподобие поводка, а то таскать его в корзинке очень неудобно, да и убегает постоянно. А еще, может, у вас есть что-нибудь ему погрызть. Этой ночью он довольствовался томом «Житейских премудростей для молодых особ» миссис Уортингтон.
Салли скрестила руки на груди.
– Поводок я посмотрю на складе. А вот что-нибудь погрызть… – Она задумалась, а потом щелкнула пальцами. – Я знаю. Как насчет старой кожаной ноги Финна? Он уже подобрал себе новый протез.
Кейт содрогнулась при мысли, что Баджер будет грызть человеческую конечность, пусть даже искусственную. Черный юмор какой-то!
– У вас очень… творческий подход, но, наверное, мы лучше уж дожуем книгу миссис Уортингтон до конца, хотя мысли в ней чрезвычайно полезные.
Миссис Хайвуд спустилась с лестницы и внимательно оглядела щенка.
– И где вы нашли эту дворнягу?
Кейт ласково погладила песика.
– Капрал Торн подобрал его на какой-то ферме.
Салли оживилась.
– Так это собака Торна?
– Ну, теперь моя. – Она прикрыла уши Баджеру, словно не хотела оскорблять его слух пренебрежительными интонациями.
Кейт понимала, что вряд ли сумеет обеспечить собаке подходящие условия, но зато будет ее любить и заботиться о ней.
Салли покачала головой.
– Вы не ошиблись? Руфус говорил, что капрал Торн хотел взять гончую собаку, вроде бы даже сделал заказ какому-то заводчику. И мне кажется, что щенок этот ценный.