И.О. Злой Королевы (СИ)
Та не рискнула атаковать грозного орка с его красноречиво торчащими из меховых нарукавников кулаками и остановилась в пяти шагах.
— Мошенники! — взревела Жавена. — Да как вы смеете обманывать людей, выдавая обычную воду за драконий эликсир?!
— Но это и есть драконий эликсир, матушка, — робко встряла жена кожевника, однако под яростным взглядом поддавшийся к ней Жавены отступила в толпу.
— Матушка даже не пытается предположить, что мы торгуем водой из другого драконьего источника? — вкрадчиво спросил Тарун.
— Ближайший такой источник – возле самой столицы, принадлежит он королеве! — продолжила натиск матушка Жавена. — Вы не успели бы обернуться туда и обратно! Да и кто бы вас пустил к королевскому источнику, голодранцы?
Я заметила, что по узкому проходу между зеваками пробираются двое мужчин с лицами, не обезображенными интеллектом, в кожаных латах и с короткими топориками на поясах (оружие на рынке было безоговорочно запрещено, его оставляли у входа, но, видимо, когда все равны, кое-кто всегда равнее).
Пока телохранители Жавены перли к нам мощным тараном, я громко проговорила, подняв взгляд к небу:
— А наверх вы смотреть не пробовали?
«Долго еще? Я устала, — капризно бросила сверху Галата. — Давай я ее просто сожгу. Драконье пламя уничтожает все. Останется лишь кучка пепла, а на нет и суда нет».
«Да что ж вы все кровожадные такие?! — беззвучно возмутилась я. — То прикопать, то сжечь! Нам всего лишь нужен маленький фокус для убеждения толпы».
«Будет вам фокус», — Галата вздохнула, почти по-человечески.
Разглядев дракона в небесах, народ вокруг нас заволновался. Торговка сделала едва заметный знак, похлопав себя по предплечью, и ее мордовороты остановились.
— Эй, Жавена! — выкрикнул мужик, прямо с телеги продававшей жирных квохтущих кур. — Ты же говорила, что у них вместо настоящего дракона – чучело из камней и тряпок!
— Чучело у них! — Жавена не собиралась сдаваться. — А кто там наверху летает, мне неведомо. Может, и впрямь какой дракон залетный. А может, змей бумажный.
Я мстительно пересказала Галате содержание разговора.
«Это я чучело?! — взревела та, умудрившись оглушить меня в моей собственной голове. — Я змей воздушный?! Я ей сейчас покажу... чучело!»
Дракониха стремительно пикировала на толпу. Люди, естественно, разбежались, но недалеко и без особой паники. Все же драконов здесь кровожадными тварями не считали. Поэтому, наверное, и Ордену Света никак не удавалось установить полную свою власть в Верхнем Вайсе.
Я заметила двух представителей культа солнца, стоявших поодаль и старательно изображавших случайных свидетелей драмы. Один напомнил мне того неприязненно настроенного мужчину с балкона храма.
У второго лицо было в тени, только видна была аккуратная белая бородка. Странно, отметила я про себя, фигурой высокий и плечистый адепт культа вовсе не походил на старца.
Галата опустилась на лапы посреди освободившегося пространства. Клацнула зубами на торговца квочками, восхищенно застывшего у телеги, и тот испуганно прижал к себе клетку с наиболее упитанной клушей.
Пристально глядя на насупившуюся Жавену, дракониха поковыляла к бочонку с остатками эликсира. Она перевернула бочонок лапой, и вода пролилась на землю, заискрившись серебром. Народ дружно ахнул.
— Галата просила передать, — перевела я с ментального, опустив, правда, все использованные Галатой неприемлемые в приличном обществе речевые обороты, — что вода из драконьего источника светится в присутствии дракона, его пробудившего, и вы, матушка, должны об этом знать.
—... слышащая... слышащая... она говорит с драконом... а говорили, все слышащие сгинули… — пронеслось в толпе.
— Что ж, — помолчав, с кривой улыбкой призналась матушка Жавена, — вероятно, насчет чучела я и преувеличила чуток...
Галата обратила к ней немигающий взгляд, и торговка затараторила:
— … ума не приложу, как такое могло случиться! Видно, старею, и глаза уже не те. Как только я могла принять за камень настолько прекрасную... сияющую... ослепительную...
Зевнув, Галата профилактически плюнула на землю огнем и, сочтя беседу завершенной, взмыла в небо.
— Ну, разговор наш не закончен, — Жавена хищно подобралась, вернув себе самообладание. — Эй, Олиза, подойди-ка сюда, девочка моя, не бойся.
Из-за спин охранников выступила потупившая глазки дочь Жавены.
— Покажи, кто из них тебя обидел, бедняжка моя, — потирая руки, проворковала торговка.
— Вот он! — Олиза ткнула пальцем в ничего не подозревающего Кайла. — Он меня обесчестил. Он меня заставил… делать ужасные вещи! Мама, пусть он теперь на мне женится!
— Слышали? Подчиняйтесь. Выдайте нам Кайла, — Жавена окинула нашу во всех отношениях выдающуюся компанию требовательным взглядом, а затем кивнула своим людям. — Хватайте его и тащите сюда.
Амбалы выдвинулись вперед, но Тарун поспешил немного охладить пыл «матери невесты».
— Эй, эй! Не так скоро! Откуда нам знать, наш ли это парень... хм... вспахал нетронутое поле? Кто докажет, что там уже не побывал кто-то другой?
— Ах ты...! — Жавена выругалась. — Свои грязные намеки засунь себе в... Моя девочка была невинной до посещения вашего, — торговка опасливо поглядела наверх, и, не увидев в небе дракониху, продолжила: — притона!
— Справка имеется? — деловито поинтересовалась я. — Ну... освидетельствование какое-нибудь. Заключение врача... лекаря, на худой конец.
— Есть кое-что понадежнее! — гордо вскинула голову Жавена. Если бы взглядом можно было убивать, я бы давно лежала трупом у нее под ногами. — Олиза, девочка моя, что ты запомнила в тот момент, когда этот... грязный насильник делал свое грязное дело?
Мертвенно бледный Кайл икнул, но стоявшая рядом Аста отчетливо хихикнула. Мне срочно потребовались объяснения! Похоже, у баронессы имелся запасной план.
— Кажется, сейчас тут будет весело, — шепнула мне Астелла, подтвердив мои предположения.
Я на всякий случай положила ей руку на лоб. Температура у баронессы не наблюдалась, а Кайл так вообще глядел на обвинившую его девчонку с возрастающей надеждой.
— Я, конечно, так плакала… так плакала… и молила богов о защите... и умоляла... умоляла не прикасаться ко мне, дабы оставаться невинной для мужа... — пропела Олиза, изображая крайнее смущение на хорошеньком личике.
— ... которого нам, к сожалению, теперь придется взять из… сброда, — напыщенно ввернула Жавена. — Ну ничего, отмоем, ремеслу нашему обучим... Что ж поделать. Я сама виновата, недосмотрела. Но я же не могла предположить, что у слуг дракона в доме царит порок! А девочка моя признаться боялась, страшилась моего гнева, — торговка театрально всхлипнула.
Нет, тут что-то не сходилось. Во-первых, я не верила в виновность Кайла. Я же видела, как он шарахается от девчонки, которая липла к нему, как муха. Во-вторых... неужели Олиза в свои четырнадцать-пятнадцать нагулялась так, что на ней печать «опробовано» ставить негде?
— У него родинка! — явно устав от разглагольствований матери, выпалила Олиза. — Там... ну сзади... На ягодице справа! Большое, черное!
— Пусть снимет штаны! — нетерпеливо потребовала Жавена, окончательно убедив меня в мысли, что спектакль отрепетирован заранее.
Я мучительно пыталась вспомнить, имелось ли на заду у Кайла родимое пятно. Он однажды пронесся мимо нас нагишом – Унцик утащил из ванной его личный кусок ткани для вытирания (пахнущей притягательной для нашего кота лавандой) и «свил» из нее гнездышко у камина.
Парень еще больше повеселел, ухмыльнулся, повернулся к публике спиной и спустил штаны. Никакой родинки, тем более крупной и черной, на его пятой точке не наблюдалось.
— Но как же... Я же видела, — всхлипнула Олиза, бледнея. — Он разделся... оно было там...
— Когда он был в помывочной комнате? — ласково проговорила Клара, и я почувствовала отголоски ее магии убеждения.
— Ага, — простодушно подтвердила Олиза, попав под воздействие. — Он мыться собирался... они там моются... часто… каждый день... странные... А я решила, что подкрадусь и погляжу. А вдруг...