Законник Российской Империи. Том 2 (СИ)

— Господин архивариус, — окликнул я его, подойдя к конторке. — Мне необходимо ознакомиться с материалами по делу номер… — Я бросил взгляд на свой блокнот, где записал номер дела после разговора с сотрудниками. — … пять-семь-двенадцать-три.
Архивариус медленно поднял взгляд поверх монокля, окинув меня изучающим взглядом.
— Имеете соответствующий допуск? — спросил он сухим тоном.
В ответ я продемонстрировал ему бирку с гербом Судебного Бюро.
Мужчина кивнул и принялся перебирать толстые регистрационные книги, постукивая по страницам костяшками пальцев. Наконец он нашел нужную запись, вновь окинул меня цепким взглядом и достал ключ.
— Следуйте за мной, — скомандовал он, спускаясь по лестнице в подвальное помещение.
Я шел за худощавой фигурой архивариуса, наблюдая, как он ловко лавирует между стеллажей. Наконец мы остановились перед одной из секций, невзрачной, как и все остальные.
Архивариус огладил бороду и принялся водить пальцем по ярлыкам, шевеля губами, словно читая про себя. Наконец он довольно хмыкнул, вытащил нужную папку и протянул мне.
— Вот, все материалы по делу пять-семь-двенадцать-три. Жалоб на объем не принимаю, вы попали в категорию «срочные случаи», где подшиваются абсолютно все улики и протоколы. Располагайтесь здесь, места достаточно, а сюда никто не заглядывает. Выносить документы запрещено, но думаю, вы это и так знаете.
С этими словами мой сухой проводник развернулся и зашагал прочь, оставив меня наедине с папкой и возможностью изучить это давнее дело, лично коснувшееся каким-то образом моей персоны.
Я расположился на одной из деревянных скамеек, пробежался взглядом по содержимому папки. Действительно, тут были собраны абсолютно все документы и улики по случаю контрабанды — описи конфискованного груза, накладные и прочее.
Самым интересным в деле оказалась накладная о пункте назначения груза. По документам, часть товара должна была идти на адрес, принадлежавший военному ведомству. Возможно, здесь и крылась разгадка внезапного прекращения расследования — ведь военные в этой империи имели большую власть и влияние, особенно в сфере своих прямых обязанностей. И стоит ли упоминать, что как раз в военном ведомстве сконцентрированы специалисты по практическому применению магии?
Я задумчиво потер подбородок, погруженный в размышления. Эта история становилась все запутаннее. Нужно было собрать все кусочки воедино, и я знал, как это сделать. Главное — не оставлять дело незавершенным.
Поднявшись со скамьи, я направился обратно в коридоры департаментов Судебного Бюро. Теперь мне нужно было отыскать отдел младших следователей и самого Стрижина. От его рассказа я смогу составить более полное представление о ситуации.
Отдел младших следователей располагался на самом нижнем этаже бюро, в тесных помещениях с низкими сводчатыми потолками. Несмотря на тусклый свет и царившую полутьму, помещение кипело жизнью. Молодые люди в форменных мундирах Бюро сновали туда-сюда, кто-то переговаривался, в воздухе витал запах пыльных документов и дешевого табака.
Мой взгляд выхватил из общей массы знакомую фигуру. Стрижин сидел за крохотным письменным столом, согнувшись над ворохом бумаг. Заметив меня, он поднял голову и расплылся в широкой улыбке.
— Ба, кого я вижу! — воскликнул он, заставив пару сослуживцев за соседними столами недовольно покоситься в нашу сторону. — Максим, друг мой, рад снова тебя видеть! Извини, что так и не разыскал тебя после того дела в поезде, тут экзамены на младшего следователя пролетели, а потом еще эта катавасия с контрабандой…
— Поздравляю с получением звания, — перебил я его, протягивая руку для рукопожатия.
Парень с энтузиазмом пожал ее, задорно сверкнув глазами.
— А, спасибо! Сущие пустяки, для моих-то способностей. К слову, рассказывай, какими судьбами тебя занесло в наше скромное логово?
— Просто наткнулся на упоминание о деле с контрабандой из Китая, и заинтересовался. Ведь это как раз то самое место, где мы встретились, верно?
— Истинную правду глаголишь, — закивал Стрижин, нахмурив лоб. — А ты в курсе, что расследование вскоре прикрыли? Слушай, я же старался, проследил, куда должны были товар по накладным отгрузить, но нет! Мне даже доступ к делу закрыли.
  
— Вот и я об этом узнал, — кивнул я. — Взглянул на все материалы только что в архиве. И знаешь, кое-что меня удивило.
— Так, рассказывай, — потребовал Сергей, придвигаясь поближе.
— По накладным выходит, что часть груза должна была отправиться на военный склад здесь, в столице, — тихо произнес я, наблюдая за реакцией собеседника.
— Так, а я о чем! Я перепроверял, дважды даже ездил по адресам, но ничего подобного не обнаружил. Обычный склад перекупщиков, ни следа военных! Но когда зарылся в документы, нашел, что это собственность военного ведомства. В дело даже подшил. Но все равно закрыли, черти!
Я посмотрел на Стрижина, чувствуя, как в голове уже складывается план действий. Все-таки привычка докапываться до сути никуда не делась даже в новой жизни.
— Знаешь, Сергей, — произнес я, присаживаясь на край его стола, — раз уж мы взялись за это дело, стоит довести его до конца. Завтрашний аукцион — прекрасная возможность. Если там действительно есть что-то ценное, те, кто упустил этот товар, обязательно появятся.
— Да как же мы туда попадем? — Стрижин недоверчиво покачал головой. — Это же Императорский аукцион! Туда без приглашения даже близко не подойти. Охрана всех проверяет, а приглашения, говорят, только избранным раздают.
— Предоставь это мне, — улыбнулся я. — Завтра к вечеру жди у восточного входа в Бюро. И да, будь при параде — нам предстоит посетить весьма изысканное общество.
— При параде? — переспросил Стрижин с сомнением. — У меня только форма младшего следователя…
— Вот и отлично, — кивнул я. — Форма — это уже статус. Главное, чтобы она была чистой и отглаженной.
Оставив озадаченного Стрижина, я направился в кабинет Соколова. По пути размышлял, как лучше преподнести свою просьбу. Все же два приглашения на Императорский аукцион — это не пустяк.
Кабинет наставника встретил меня привычным набором ловушек, через которые я проскользнул с легкостью человека, давно изучившего все их особенности. Соколов сидел за столом, склонившись над какими-то документами.
— А, Максим, — произнес он, не поднимая головы. — Что на этот раз?
— Учитель, мне нужна ваша помощь, — начал я без предисловий. — Если точнее, два приглашения на завтрашний Императорский аукцион.
Соколов наконец оторвался от бумаг и посмотрел на меня с легким интересом:
— И зачем же тебе понадобились эти приглашения?
— Помните дело о контрабанде в поезде? То самое, где я помог некоему Стрижину? — дождавшись кивка, я продолжил: — Завтра будут продавать конфискованные товары. И я уверен, что там появятся люди, причастные к этому делу.
— Максим, — выдохнул учитель, откидываясь на спинку, — таких дел у нас десятки. И почти все они заканчиваются ничем. Улик не хватает, свидетели молчат, документы исчезают. Зачем тратить время? Особенно, когда это дело так и не затронуло ничьих интересов.
— Потому что я чую здесь что-то интересное, — ответил я, подходя ближе к столу. — Военное ведомство, спешное закрытие дела… Согласитесь, это не похоже на обычную контрабанду. В худшем случае я просто проведу вечер на аукционе и познакомлюсь с парой людей, с которыми мне потом все равно предстоит пересекаться. В лучшем — раскрою дело для Бюро.
— А ты уверен, что справишься? Все-таки там будет высшее общество, а ты провинциал.
После этого Соколов рассмеялся так, будто это была его лучшая шутка в жизни.
— Учитель, — усмехнулся я, но все же решил ответить, — я уже успел провести поэтическую дуэль с сыном министра внутренних дел и сыграть в шахматы с третьим принцем. Думаю, с аукционом я как-нибудь справлюсь.
— Хорошо-хорошо, будут тебе приглашения. Завтра утром зайдешь за ними. Только постарайся… не создавать лишних проблем.