Никаких обещаний

Эшли кивнула, но тут же резко повернула голову в его сторону: Дэн накрыл ее руку своей.
Не зная, что следует сделать или сказать, она взглянула в растерянности на мат, где пальцы Дэна покоились на ее пальцах, затем вновь подняла взгляд на Эрика.
Сенсей прекратил выполняемое в этот момент движение и уставился на Эшли. Нет, на пальцы Дэна поверх ее руки. И все же, она была уверена, Эрик чувствует приближение ученика, подходившего к нему сзади. Она не сомневалась, что Эрик в очередной раз поразит всех молниеносностью и точностью своего ответного удара.
Однако этого не произошло.
С криком ученик захватил сенсея, и ноги Эрика оторвались от пола. Мимикой губ он выразил удивление и… упал на мат.
В зале на мгновение воцарилась тишина, затем Эрик поднялся, а Дэн тихо усмехнулся:
— Никогда не видел, чтобы кто-то застал сенсея врасплох, — пробормотал он. — Должно быть, что-то отвлекло его внимание.
— Должно быть, — согласилась Эшли, высвобождая руку, у нее не было никаких сомнений, что именно отвлекло Эрика.
Как только урок закончился, она подошла к нему, но Дэн остановил ее, схватив за руку:
— У вас не найдется свободной минутки выпить со мной чашку кофе?
— Кофе?
— На этой улице есть неплохой ресторан.
Эшли поняла, что ей следует охладить интерес Дэна. Высвободив руку и отрицательно покачав головой, она попыталась быть как можно тактичнее:
— Извините, я тороплюсь домой. У меня на сегодня намечена большая стирка.
— Может быть, в таком случае завтра? Мы могли бы пообедать вместе.
Видя, что чувство такта оказалось излишне, Эшли решила сказать напрямую:
— Дэн, у меня уже есть парень.
— О? — мгновение он выглядел крайне огорченным, затем пожал плечами. — Ну что же, если вы когда-нибудь поссоритесь…
…она, конечно же, не придет к Дэну. Но Эшли, ничего не ответив, только улыбнулась и кивнула. Когда Дэн ушел, она оглянулась в поисках Эрика.
Но Эрика нигде не было.
Эшли увидела его, когда уже переоделась. Он вел следующий урок — для группы учеников более высокой ступени подготовки.
Она поняла, что ей придется ждать, пока Эрик вернется домой, чтобы обсудить с ним произошедшее сегодня в его додзо.
Эшли на самом деле намечала сразу же по возвращении начать стирку, но явно переоценила свои возможности. Как только она вошла в квартиру, так сразу же направилась к дивану и не смогла больше сделать ни одного шага. Закрыв глаза, она сказала себе, что отдохнет всего лишь минутку. Но следующий звук, который она услышала много времени спустя, был громкий стук в дверь.
Эшли даже подпрыгнула от испуга, и сердце, казалось, тоже подскочило вместе с ней, пытаясь вырваться из грудной клетки. В полном замешательстве, едва справляясь со словами, она крикнула:
— Кто там?
Ответ был ясным и кратким:
— Эрик.
Мгновение у нее ушло на то, чтобы хоть немного разогнать туман, окутывавший сознание, потом она поднялась и подошла к двери. Но даже открывая дверь, Эшли чувствовала, что не совсем твердо держится на ногах.
— Привет, — сказала она сонно, — давно не виделись.
Эрик фыркнул и заглянул поверх ее плеча в квартиру.
— Я не был уверен, что застану тебя.
Его взгляд был холоден, тон резок, и это окончательно пробудило Эшли.
— Почему ты со мной так разговариваешь?
— Я думал, ты куда-нибудь пошла с Дэном. Или он здесь?
— Его здесь нет, — даже одно только предположение Эрика, что Дэн может быть у нее, расстроило Эшли. — Последний раз я видела его в додзо.
— Он ушел сразу же вслед за тобой, — нахмурился Эрик. — Сразу же после того, как между вами произошел тот маленький разговор тэт-а-тэт.
Она подняла голову и взглянула ему прямо в глаза.
— Тэт-а-тэт?
— Ты собираешься отрицать, что заигрывала с ним?
— Да, я это отрицаю. Я ни с кем не заигрывала.
— Вот как? А что же это, если не заигрывание, когда женщина и мужчина держатся за руки, вместо того чтобы наблюдать за показательным поединком? И когда держатся за руки после окончания занятий?
— Я бы назвала это твоей близорукостью. Я не держала Дэна за руку во время показательного поединка. Он сам положил свою руку на мою. А после урока просто-напросто он схватил меня за руку.
  
Эрик слегка кивнул, словно ее признание только подтверждало его правоту.
— Прекрати двусмысленно кивать мне! — крикнула Эшли, не сдержавшись. — И прекрати обвинять меня в своих необоснованных измышлениях!
Его лицо приняло мрачное выражение:
— Послушай, если тебе хочется обниматься с мужчинами, это твое личное дело, но, пожалуйста, делай это за пределами моего додзо. Я не позволю тебе отвлекать моих учеников! По крайней мере, во время урока.
— Я не собиралась обниматься с мужчинами, и это был как раз один из твоих учеников, кто пытался приставать ко мне. И очень жаль, если я, и в самом деле, отвлекла тебя во время поединка, но, поверь, не по своей вине.
Он усмехнулся:
— Если уж на то пошло, то тебя слишком длинные ногти для занятий.
Она подняла руки и взглянула на ногти. Никогда они еще не были так коротки.
— Они вовсе не длинные.
— Длинные, — оборвал Эрик, его глаза сузились, — и если ты собираешься и дальше посещать додзо, тебе придется их подрезать.
Он отвернулся и направился в сторону своей квартиры, но Эшли не намерена была оставлять разговор без финальной точки.
— Эрик Ньюмен, вернитесь!
Эрик остановился и повернулся, не собираясь, однако, возвращаться.
Он не произнес ни слова, что позволило ей продолжить:
— Послушай меня! Я не заигрывала с твоим учеником, меня не интересуют твои ученики, и если они или ты сам отвлекаются, это их и твоя проблема, а не моя. — Она попыталась было захлопнуть дверь, но передумала, снова распахнув: — А что касается моих ногтей, так они вполне нормальной длины, — после этого Эшли, наконец, дверь захлопнула.
Мгновение спустя она услышала, как он хлопнул своей.
Ну и пускай, решила Эшли, если ему вздумалось выглядеть идиотом, пусть себе делает, что хочет. Но как он посмел обвинять ее в заигрывании с другими мужчинами? И она еще принимала его за волнующе-таинственное совершенство! А он оказался тупым, безмозглым невежей! Полным идиотом!
Эшли вошла в ванную, вытащила грязное белье из корзины и бросила его в бельевую сумку, затем сгребла со столика мелочь на прачечную, взяла стиральный порошок, ключи и отправилась в подвал.
Все еще кипя раздражением, Эшли разложила белье и стала наносить пятновыводитель на те загрязнения, которые ей удавалось отыскать. При этом она, не переставая, повторяла слово «идиот», не совсем понимая, кого имеет в виду, Эрика или Дэна.
Эшли сейчас раздражало даже то, что обвинения Эрика так долго занимают ее мысли. С самого начала она была права: ее связь с этим человеком, как она и предполагала, оказалась грубой ошибкой. Почему же она не сумела воздержаться от близости с ним? Она же клялась себе сделать все, чтобы выполнить обещание, данное отцу, и добиться успеха, которого он от нее ждал. Но путь, на который она в последнее время вступила, не приведет ее к желанной цели. А к чему этот путь уже сейчас ее привел? К эмоциональному и духовному истощению, на край истерики.
Нет, ни к чему хорошему этот путь не приведет.
Пока две стиральные машины наполнялись водой, Эшли прислонилась к одной из них и закрыла глаза, попытавшись расслабиться. В уединении подвального этажа она вслушивалась в звуки текущей воды, щелчки и шипение топки и стук собственного сердца.
Вдруг Эшли услышала едва различимое поскрипывание, и ее глаза широко открылись.
В самой середине лестницы, ведущей в подвал, стоял Эрик.
В течение какого-то мгновения она могла только, не отрываясь, смотреть на него, понимая, что, как бы сильно ни огорчал он ее, все равно он всегда будет для нее самым привлекательным и таинственным человеком на свете, и мысль, что Эрик — полный идиот, не смогла заставить сердце Эшли биться ну хоть чуть-чуть медленнее, а рот — не пересохнуть столь внезапно и совершенно безнадежно.