Стрелы Сехмет (СИ)

  
Глава 12
 
Перед глазами потемнело, на пару секунд стало очень тихо, а затем в голове прояснилось. Я понял, что могу встать. Правда, с трудом, словно после тяжёлой болезни. Вскарабкавшись на унитаз, дрожащими руками отсоединил провода и вытащил из черепа Хропотова дешифратор. Спустив всё в унитаз, обшарил Хропотова. Нашёл пистолет в одном из карманов штанов-карго. Маленький, автоматический, с обоймой на шестнадцать патронов. Вложил ему в руку, затем достал свой и трижды выстрелил Хропотову в голову. Всё! Теперь оставалось только сделать вид, что я старался унести ноги. Забрав у Хропотова паспорт и ключи от машины, я подхватил свою сумку, вышел из кабинки и обвёл взглядом «горизонт». Всё было чисто, никто не бежал ко мне с оружием в руках. В небе не зависали вертолёты. Я направился к автомобилю, озираясь по сторонам — спектакль для тех, кто следил за мной. Пусть думают, что я опасаюсь полиции. Мне пришло в голову, что меня могут сейчас отпустить — разумеется, недалеко. Если сначала коллеги Хропотова захотят выяснить, что с ним случилось, или посмотреть, куда я отправлюсь, то у меня останется время для маневра. Возможностей у меня, правда, прямо скажем, было немного. Находясь под колпаком и не имея в Австралии связей, я не смогу скрыться. Единственное, что мне оставалось — встретиться с Григорием Дивовым. К счастью, он позаботился о том, чтобы я мог это сделать, не подвергая его риску.
Я сел в автомобиль и завёл мотор. Пока всё было тихо. Вырулил с парковки и выехал на трассу. Постепенно мои мысли вернулись к проблемам, которые ждали меня в ближайшем будущем. После того, как я всё выясню, мне не останется ничего другого, кроме как сесть в самолёт и тем самым отдать себя на милость врагам. С другой стороны, если окажется, что моё тело представляет опасность, следует рассмотреть вопрос о его разрушении. Эта мысль была мне неприятна: я вовсе не хотел умирать. Готов ли я был пожертвовать собой? Однозначно нет! Пожертвую ли, если будет нужно? Не знаю. В любом случае сначала надо встретиться с Дивовым.
Включив навигатор, я задал параметры для поиска: торгово-развлекательный центр имени Герберта Дминта. Прибор проложил маршрут.
Я попытался представить, что подумают те, кто следит за мной. Наверное, решат, что я хочу приобрести билеты на самолёт. В торговом центре есть все кассы — от театральных, до авиационных. И я действительно куплю билеты, только не на самолёт, а на поезд. Возможно, это поставит моих врагов в тупик, и они захотят выяснить, куда я направляюсь. Пока они не поймут, что я уже встретился с Дивовым, у меня будет фора.
Через некоторое время я подъехал к торгово-развлекательному центру — огромному зданию, построенному в виде стеклянной, вращающейся вокруг своей оси пирамиды с кучей входов и выходов. Трудно было даже представить, что может находиться внутри. Чтобы перечислить все товары и услуги, которые можно там приобрести, понадобится целый день, если не больше.
Припарковавшись на стоянке, я направился к одному из входов. Вдоль дорожки трепетали на высоких железных флагштоках знамёна с логотипами всевозможных фирм.
Пока всё было спокойно. Ясно, что мне пока решили предоставить немного свободы. Напрасно. Я встречусь Дивовым, узнаю всё, что мне нужно, а мои враги об этом не узнают.
А не узнают ли⁈
Что, если во мне есть имплантат, который следит за мной лучше всяких камер? От этой мысли я едва не впал в панику, но взял себя в руки. Будь это так, военные уже знали бы, где я должен встретиться с Дивовым, и Хропотов не попался бы на мою уловку.
В ТРК я сразу направился к интерактивной карте — большой панели, внизу которой располагался сенсорный интерфейс. Я ввёл название нужного отдела и загрузил рассчитанный компьютером маршрут в ручной терминал. Следуя его указаниям, отправился по ТРК.
Впереди виднелся стеклянный эскалатор, поднимающий посетителей на второй этаж. Справа от него было четыре лифта, тоже прозрачные. Я направился к ним. Пришлось подождать около минуты, пока двери откроются, и все выйдут. Вместе с толпой оживлённо болтающих посетителей я загрузился в кабину и нажал на кнопку двенадцатого этажа.
 
Вместе со мной ехали японцы, одетые в светлые рубашки навыпуск и просторные льняные брюки. На каждом были маленькие пластиковые вирт-очки для беспроводной связи с сервисной базой торгово-развлекательного комплекса. Кроме туристов из Восточного Союза, в кабину набились австралийцы, германцы и несколько чернокожих жителей Африканских Штатов. Прямо передо мной стояли две пожилые женщины из Ватиканской Автономии — их было легко узнать, потому что они были монашками с соответствующими нашивками на рукавах: в красном кружочке золотые ключи апостола Петра.
Я закрыл глаза, чтобы не видеть, как лифт взмывает вверх.
На подъём ушло минут десять, потому что кабина останавливалась на каждом этаже, выпуская и выпуская посетителей. Наконец, я тоже вышел и оказался на огромной террасе. Здесь было полно небольших развлекательных отделов, вывески которых мигали и переливались всеми цветами радуги. Но мне был нужен только один.
Отойдя от лифтов, я занял позицию между двумя колоннами, где меня почти не было видно. Если кто-то следил за мной — в смысле, шёл по пятам — ему придётся побегать вокруг, чтобы меня обнаружить. Таким образом я его замечу.
Выжидал минут пять, но ничего не произошло. Возможно, средства слежения у военных были лучше, чем я думал. Они наверняка способны увидеть меня даже через крышу или стену здания. Что ж, зато они не узнают, что я буду делать в отделе под названием «Изысканные виртоудовольствия», под яркой вывеской которого подмигивали три «Х», а из скрытых динамиков доносилась ритмичная музыка с очень низкими басами.
Чтобы сюда попасть, нужно было предъявить паспорт, и я провёл пластикартой Хропотова по специальному разъёму. Двери раздвинулись, и я попал в полутёмную комнату, напичканную электроникой. Пахло феромонами. Мерцали вмонтированные в стены экраны, освещавшие простенькую клавиатуру. Она была продублирована на мониторах.
Я сел в вертящееся кресло и взял обруч с электродами. Надел на голову, подтянул регуляторы. Затем выбрал на экране опцию «Полное погружение». Выпало меню из дюжины иконок. Здесь перечислялись сексуальные предпочтения. Я должен был выбрать определённый набор, который составит часть кода. Надеясь, что ничего не забыл и не перепутал, я нажал пять кнопок. На мониторе появилось новое меню. Я выбрал «Японские мотивы», и в открывшемся окошке ввёл код, но не своей банковской карты, а тот, который должен был связать меня с Григорием Дивовым.
— СОЕДИНЕНИЕ ПРОШЛО УСПЕШНО, — сообщила программа, и перед глазами вспыхнул багровый свет.
Меня затянуло в пульсирующий тоннель, из стен которого торчали вибрирующие отростки. Я пронёсся мимо них, чувствуя лёгкие прикосновения. В лицо подул прохладный ветер, принёсший запах лимона и мяты.
Тоннель оборвался, и меня выбросило в каменную комнату, похожую на полусферу. Наверху виднелись круглые окошки вроде иллюминаторов. С потолка свисала медная люстра в виде светящихся шаров, оплетённых металлической сеткой.
Я поднялся и осмотрелся. Боль от падения не ощущалась — и на том спасибо. Здесь пахло… Такой странный аромат! Будоражащий, прекрасный, но едва знакомый. Это были цветы, которые я видел лишь однажды — во время войны на Балканах. Лаванда! Она росла на склонах гор, на полях — буквально повсюду. Помню, как она превращалась в черный пепел, когда наши вертолёты сбрасывали на неё напалм.
Стоп! Я не должен этого помнить! Мне удалили все воспоминания о войне, кроме профессиональных навыков — я реализовал своё гражданское право на очистку разума. Почему же я сейчас вспомнил о Балканах⁈
В полу открылся круглый люк, и из него появилась металлическая платформа. Она поднялась и зависла в воздухе в полуметре над плитами. На ней стоял человек в длинном красном балахоне, скрадывавшем очертания тела. Ткань была плотная и тяжёлая — это было видно по складкам.