Ученичество. Книга 3 (СИ)

Говоря это, я видел, что Фиделия, кажется, заволновалась.
— Так вот, не бойся, ничего плохого я тебе не сделаю, — произнес я чуть тише. — Но позабочусь, чтобы ты получила к себе отношение, достойное твоей сущности.
Хоть мы еще не завершили и первого года, но учителя смогли уже вбить в головы юных лоботрясов некоторые истины. Да и совместное проживание, общее решение проблем заставило студентов объединиться. Именно поэтому обвинение в предательстве уже имело смысл.
— Каждый, кто будет дружить с предательницей, почувствует на своей шкуре мое осуждение, — поддержал меня Кир. — Уж будьте уверены.
— Так, ладно! — Фиделия наконец открыла рот. — Кто вы такие, чтобы решать?
По ее жесту вперед вышли ребята из ее свиты, которых уже появилось более трех.
— Это ты что же, — хохотнул я. — Решила так уйти от разговора? Натравить на нас своих лакеев?
Если Фиделию я и пальцем тронуть не мог, то на ее прихвостней это не распространялось. А те будто нарочно пошли вперед, помогая своей «королеве» уйти от разговора.
Магия практически вскипела, требуя выхода. Я и сам не заметил, как собралось плетение. Полыхнуло, и три парня разлетелись в стороны, словно кегли. Только в этот момент я заметил страх в глазах аристократки.
— Кир прав. Я объявляю Фиделию парией. Если кто-то против, он также будет под ударом, — произнес я. — И такое будет с каждым предателем. Все, кто будет общаться с ней, также станут осуждаемыми.
Угроза силой подействовала куда больше, чем одна болтовня. Я заметил, как мое заявление вызвало шок в глазах соучеников. Никогда еще в нашей группе не было такого острого конфликта.
— И так будет, пока аристократка не поймет, что допустимо, а что нет, — добавил я. — А пока она будет отчуждена. Кто-то может сказать что-то против?
В умывальне стояла полная тишина. Никто не сказал ни слова в ее защиту.
«Вот так вот, — мысленно произнес я, глядя Фиделии в глаза. — Хочешь войны? Ты ее получишь».
На этой ноте я покинул помещение. Хоть ситуация не была однозначной победой, но явно прошла в мою пользу. Но что куда более важно, она принесла мне какое-то мрачное удовлетворение.
Кажется, произошедшее оставило неизгладимое впечатление. На завтраке за нашим столом была полная тишина. Все переглядывались и молчали, еще не зная, как реагировать на обстановку. Однако первые перемены я уже заметил — Фиделия сидела одна.
Именно в столовой меня и нашел Винтерс. От него-то я и узнал, что передышки не будет. Меня ждал суд.
  
Глава 21
 
— То есть как? — я в легком обалдении посмотрел на Винтерса. — Мы вот прямо сейчас поедем куда-то, чтобы меня судили?
Еще мгновение назад я думал о новом дне, предстоящих уроках и прочих довольно невинных вещах. И вот внезапно ударом по голове пришла новость, что вместо этого мне предстоит суд. Переход от одного к другому был просто ошеломительным.
— Не парься, — Винтерс выглядел довольно расслабленным. — Сегодня только предварительные слушания. Это во-первых.
— Что еще за предварительные слушания? — заинтересовался я.
— Ну, фактически будет происходить опрос всех свидетелей и участников, — пожал плечами Винтерс. — Все это будет записываться на инфоносители и рассылаться всем заинтересованным.
Если первая часть ответа была понятной, то вторая только увеличила количество вопросов.
В этот момент Винтерс отвлекся, поздоровавшись с другим преподавателем, прошедшим мимо. После этого мы с наставником вышли во двор.
Поток холодного воздуха на мгновение отвлек и меня. Подняв голову, я посмотрел на утреннее небо. То было привычно серым. Благо, сегодня хотя бы не валил снег.
— Можно поподробнее рассказать, наставник? — произнес я. — Я раньше не интересовался этой темой.
— Ею мало кто интересуется, пока за жопу не схватит, — рассмеялся Винтерс. — И ты, похоже, не исключение.
Несмотря на тяжелый повод, по которому мы покидал Харден, наставник выглядел довольно расслабленным. Это прибавило мне позитивных ожиданий по поводу будущего мероприятия.
 
— Блекторну удалось сделать процесс публичным, — продолжил Винтерс.
Он объяснил, что на публичные процессы могли приходить зрители. Разумеется, если дело резонансное, зала суда не хватит для всех желающих. В этом случае происходящее записывали на специальные носители, чтобы заинтересованные могли ознакомиться с процессом.
— Понимаю, — кивнул я. — И мне кажется, это хорошо для нас.
— Верно, с нашей стороны защита сделает все, чтобы показать ситуацию абсурдным беспределом, — кивнул Винтерс.
Проходя через главный двор, я заметил несколько энергомобилей с символикой школы. Миновав их, мы вышли за ограду к личному транспорту наставника.
— Кстати, — добавил я, открывая дверцу. — А почему вы так уверены, что событие привлечет интерес?
Винтерс лишь отмахнулся, видимо, считая этот момент решенным.
— В городе не протолкнуться от аристократов, — произнес он. — И развлечение с судом над Двойкой будет куда интереснее многих других.
Разговор стих. Запустив движитель энергомобиля, Винтерс не спешил трогаться. Только когда из двора выехала процессия энергомобилей, он пристроился в хвосте.
«Ну, — мысленно вздохнул я. — Продолжаю знакомиться с этим миром. Правда, теперь не с самыми приятными его моментами».
Город действительно выглядел оживленнее обычного, хотя казалось бы, куда уж больше. Движение по дорогам было затруднено из-за обилия транспорта. На улицах также все было запружено народом. В воздухе витала атмосфера если и не праздника, то какой-то расслабленности, что меня слегка удивило.
— А что с теми тварями? — спросил я. — Они больше не терроризируют покой города?
Именно из-за опасности одержимых нас выслали из Хардена раньше обычного. Неужели с этой угрозой так быстро разобрались?
Ответ Винтерса пролил свет на этот вопрос.
— На несколько дней город будто застыл, — произнес он. — Однако никакие облавы и поиски не обнаружили ничего, хотя трущобы протряхнули знатно.
— И что же? — я повернулся к нему. — Так и забыли?
— Вот здесь и кроется самое интересное, — хмыкнул Винтерс. — Едва начали приезжать делегации серьезных гостей, как одновременно с этим все твари исчезли, как по волшебству.
— Может затихли, чтобы устроить что-то? — озвучил я логичную версию.
— Я бы тоже так подумал, — кивнул наставник. — Но буквально с верхов прилетел приказ оставить это дело. Что скажешь?
История звучала довольно любопытно.
— Думаете, эти тварюшки принадлежали кому-то из верхов? — спросил я. — Или тем же русским.
Я хмыкнул. Наши рассуждения по поводу «русского следа» были абсолютно несерьезными. Было бы забавно, если б мы действительно угадали.
— Похоже на то, что кто-то продемонстрировал свое оружие, — вздохнул Винтерс. — А теперь большие дяди будут договариваться, по какой цене его можно купить.
— Демонстрация, в ходе которой убили короля? — невесело усмехнулся я. — Простят ли такое беспредельщикам?
— Учитывая, что мстить за него некому, то вполне, — пожал плечами Винтерс.
Он взмахнул рукой, давая понять, что тема ему неинтересна.
— Плевать на всю эту возню, — произнес он. — Сейчас надо сконцентрироваться на главном.
Мы как раз повернули на крупном перекрестке. Взгляду открылось массивное здание, украшенное лепниной в античном стиле и колоннами. Что-то в его виде задавало атмосферу холодной беспристрастности так, что не нужно было никаких надписей. Я уже и так знал, что нахожусь перед зданием суда.
— Ну вот, — хмыкнул Винтерс. — Нас уже ждут.
Процессия остановилась у широкого крыльца. Как и сказал Винтерс, там нас уже ждали. Место было густо заполнено людьми. Присутствующие здесь в обилии корреспонденты различных газет и фотографы тут же рванули вперед, желая урвать сенсационный материал.
От растерзания акулами пера нас защитили стражники, тут же оградившие толпу.