Истина в деталях (ЛП)

✦✦✦✦
Предварительное совещание ФБР
Операция «Ликвидация кампуса»
— С ее опытом она — лучший кандидат для этой операции. — Специальный агент Крамер в очередной раз заявляет об этом моему коллеге, специальному агенту Стивену Харперу.
Другой коллега — тот, кто не считает меня бесполезной, — окидывает Харпера ледяным взглядом. Тим Ривес, бывший снайпер-рейнджер Армии США, несомненно, одиночка и, как правило, молчалив. Но когда он решает заявить о себе, его ответы всегда хорошо сформулированы и содержательны.
Харпер, как бешеная собака, отказывается отступать.
— Но она же не чертов полевой агент! Ближе всего она подобралась к оперативной работе, когда работала с отчетами, которые мы составляем по факту. — Он решительно хлопает себя ладонью по груди. — Почему мне дают остатки? Как опытный агент, я не должен заниматься только наблюдением.
Подергивание внешнего уголка левого глаза Крамера — единственный признак того, что его раздражают жалобы агента Харпера.
— Работа Райт сыграла решающую роль во многих наших делах. К тому же, как криминальный психолог, она идеально подходит для того, чтобы читать людей, а именно это нам и нужно в университете.
— Нам также нужен человек, который не будет бросаться в глаза, а будет сливаться с окружающими и даже не попадет на их радары. Кто умеет читать и ситуацию, и людей.
— Она идеально подходит для этого. — Приглушенный, но твердый тон Тима вызывает утвердительный кивок Крамера.
Щеки Харпера вспыхивают от гнева, глаза сужаются до щелей.
— У меня на порядок больше опыта работы в полевых условиях, но, конечно, отправьте ее. Уверен, что с ее юбками и симпатичным личиком она быстро со всем разберется. — Он насмешливо фыркает, бормоча себе под нос. — Идеально подходит для этого дела, черт возьми.
Крамер бросает на него острый взгляд, и я с трудом сохраняю самообладание. В последние несколько месяцев Харпер находится… не в себе, и я объясняю это его разводом, но такое отношение — чистый бред.
Как бы невзначай, Харпер наклоняется к столу, и его глаза сталкиваются с моими.
— А что будет, если дерьмо попадет в вентилятор? Ты об этом подумала? — его губы кривятся в усмешке. — Ты стреляла из огнестрельного оружия вне тренировок? Сомневаюсь, что ты владеешь чем-то большим, чем базовые навыки.
Прежде чем я успеваю ответить, Тим произносит.
— Она более чем компетентна. — Голос у него глубокий, и, хотя это его обычный тихий тон, он каким-то образом всегда обладает властными качествами. — Я сам ее учил.
Я напрягаюсь при этих словах, но не от стыда. Как только я переехала сюда и узнала о его прошлом, то попросила Тима порекомендовать мне тир в этом районе. Проницательный человек, возможно, он узнал в своем собеседнике одиночку.
Снайпер, имеющий горы наград за время службы рейнджером, он умеет изучать людей и окружающую обстановку.
Такие люди, как Тим, склонны смотреть на вещи по-другому, как и люди моей профессии, и, возможно, именно это родство заставило его взять меня под свое крыло и работать со мной в тире.
Он сделал все возможное, чтобы научить меня разумно и точно реагировать на ситуацию, независимо от степени ее напряженности.
— На факультете психологии уже не хватает профессора, который находится в декретном отпуске и не планирует возвращаться. Знания и опыт Райт в этой области позволят ей получить доступ к зданию факультета и познакомиться с деканом Харродом. — Тон Крамера не предполагает больше никаких споров, и Харпер откидывается в кресле, скрещивая руки и крепко сжимая челюсть.
Крамер обращается ко мне.
— Мы вводим тебя в игру с легендой, которая является правдой, потому что не сможем создать более безупречную предысторию и биографию, чем уже есть. Поскольку у тебя есть многолетний опыт преподавания в университете, это будет для тебя естественным делом. Соответственно, мы предоставим тебе мобильный телефон и ноутбук — все, что нужно для того, чтобы вжиться в роль.
— Ты будешь наблюдать и отчитываться, так что никакого риска нет. Поскольку ты просто еще один профессор, никто не будет воспринимать тебя как угрозу. Ничто в твоей биографии не вызовет ни малейшего подозрения.
 
— Разумеется, мы уничтожим все следы твоей работы у нас. Таким образом, если кто-то решит покопаться, он не обнаружит связи с агентством. Насколько можно судить, кратковременный перерыв в работе был связан с тем, что ты взяла академический отпуск для проведения исследований.
Крамер колеблется и возится с ручкой, очевидно, размышляя, как сформулировать свое следующее высказывание.
— Хотя мы не видим необходимости в том, чтобы у тебя был псевдоним, поскольку это не очень рискованная операция, всегда есть вероятность того, что в наши планы что-то вмешается. Это означает, что тебе, возможно, придется сменить имя и фамилию, а при необходимости — переехать в другое место. Мы уже обсуждали это, но в качестве окончательного подтверждения — ты понимаешь вероятность раскрытия и последствия, верно?
Я киваю, не обращая внимания на Харпера, который смотрит на меня, практически прожигая во мне дыру.
— Да, сэр.
Крамер вздыхает.
— У тебя есть преимущество, потому что, если это случится, — он поднимает руку, как бы останавливая Харпера от дальнейшего прерывания, — положительным моментом будет то, что ты никого не подвергнешь риску, поскольку у тебя нет ни детей, ни семьи, ни близкого человека — есть только ты.
От ощущения, что меня ударили в живот, я сжимаю губы в ровную линию в попытке подавить его. Хотя Крамер совершенно прав, он все равно вбивает в голову тот неоспоримый факт, что в моей жизни никого нет.
У меня нет лучшей подруги. Нет ни мужа, ни даже жениха. У меня нет семьи, о которой можно было бы говорить. Если бы мне пришлось «исчезнуть» из-за этого расследования, меня бы никто не оплакивал.
Я переключаю свое внимание на папку и заставляю себя прийти в себя.
— Все, что я прочитала, говорит о подозрениях в причастности декана и ректора к контрабанде наркотиков через университет.
— Ходят слухи, что эти двое связаны с одним из картелей, но они ничем не подтверждены. Я планирую изучить распорядок дня этих людей и посмотреть, с кем они взаимодействуют…
Харпер резко прерывает разговор.
— Я думаю, что мне тоже следует принять участие в этом деле, причем в более непосредственном качестве, поскольку предыдущий опыт Райт в проведении операций был гораздо менее масштабным. — Его арктический взгляд впивается в меня. — И когда я говорю «меньший», то имею в виду «несуществующий».
Борясь с желанием заскрежетать зубами, я игнорирую попытку Харпера вклиниться в эту операцию и обращаюсь к Крамеру.
— Я также думаю, что будет разумно соответствовать роли непритязательного университетского профессора и не носить оружия, а также не хранить его в доме-прикрытии.
Крамер морщится, но прежде чем он успевает возразить, я спешу продолжить.
— Если подумать, то роль, которую я играю, должна быть усилена. Я просто человек с академическими взглядами, склонный к одиночеству, чья жизнь вращается вокруг ее работы.
Когда Харпер бормочет:
— Не совсем так, — я окидываю его холодным взглядом. Надеюсь, это выражает то, как сильно мне хотелось бы отыметь его смазливую мордашку в темном переулке.
Судя по тому, как он незаметно чешет бровь средним пальцем, я этого добиваюсь.
Мой начальник заметно дрогнул, и, конечно, Харпер переходит к добиванию.
— Я могу быть сотрудником соседнего отдела. Если буду рядом, как еще одна пара глаз, то вам не придется так сильно беспокоиться о Райт.
На этот раз я действительно скрежещу зубами. Возможно, в данный момент Харперу следует больше заботиться о своей защите.
Крамер, похоже, на мгновение задумывается над этой идеей.
— Я хочу, чтобы Райт пошла туда одна.
Мои плечи расслабляются. Но это ненадолго, потому что затем Крамер добавляет.