Больше нуля (СИ)

========== Глава 8 ==========
Комментарий к Глава 8
Может это только я такая впечатлительная, но глава буквально выстрадана мною сегодня от и до. Я счастлива, что наконец-то переступила через нее.
Настоятельно рекомендую впечатлительным лицам не читать подробные описания сцен насилия, либо же постараться не принимать это близко к сердцу, как я.
У Роберта съёмки были запланированы на три часа раньше, чем у Тома, поэтому он не стал будить его, когда проснулся в его постели. Дауни оставил нежный поцелуй на щеке парня и тихонько покинул дом, успев выпить кофе и съесть пару бутербродов.
  
В этот раз Холланд совсем не удивился, что Дауни ушёл вновь по-тихому; он ценил, что мужчина так берёг его сон, это было приятно. Поэтому он проснулся в хорошем настроении и помрачнел лишь тогда, когда вспомнил о Максе, в образ которого ему предстояло этим днём полностью погрузиться. Решив как-то себя отвлечь, он заскочил к своей семье на завтрак; его домочадцы о чём-то громко переговаривались да все враз, что Том и слова не успел разобрать, а когда они заметили его, то резко замолчали.
— Э-эм, доброе утро? — поинтересовался он, впервые наблюдая такое странное поведение у родителей. Падди был в школе, а Сэм и Гарри как-то с беспокойством смотрели на него.
— Конечно доброе, сынок. Садись, будем завтракать, — сказала Никки, доставая ещё столовые приборы на одного.
— А что вы тут так оживлённо обсуждали, если это не секрет? — спросил Том, присев за стол и выдавив из себя неуверенную улыбку: шестое чувство подсказывало, что творилось что-то неладное.
— Сын, ты только не переживай, ты ведь ко всякому роду слухов готовился, да? — спросил Доминик, а потом открыл какую-то вкладку в браузере своего планшета и протянул его старшему из сыновей.
Том взял планшет и прочитал заголовок статьи «Роберт Дауни-младший переехал к своему протеже. Что это? Дружба? Пиар? Или роман?». Заголовок был по-настоящему смешон, видно, что статьёй занимался какой-то дилетант из жёлтой газеты, потому что так уже давно никто не пишет. Том даже не стал читать содержимое самой статьи и просто пролистал прилагающиеся фотографии, на которых были он и Роберт, уезжающие вместе со студии, а после выходящие с сумками из многоквартирного дома, где Дауни снимал апартаменты. Последним было фото их машины в районе, где проживал Холланд, но дом его запечатлён не был, что было предусмотрительно со стороны этого писаки. Иначе Том бы засудил его за вторжение в частную жизнь и за раскрытие точной локации жилья.
— Это из-за этого вы тут жужжали, как пчёлы в улье? — улыбнулся Том, и мама поставила перед ним тарелку с овощным рагу.
— Мы боялись, что подобные оскорбительные намёки касательно тебя и Роберта могут тебя сильно задеть, — мягко сказала Никки.
— Да, потому что меня это просто возмутило! Чтобы мой сын встречался с мужчиной, который вдвое старше него? Я уже сегодня почитал, что пишут люди под нашими страничками в соцсетях, мол, вот как была получена роль Человека-Паука — через постель! — Доминик не верил ни на секунду в то, что его сын может оказаться любовником семейного человека, поэтому сидел и распылялся на этот счёт безо всякой задней мысли, не замечая, как поникли плечи сына.
— Пап, ну хватит, — попросил Сэм. — В конце концов, и про Тома и Харрисона тоже слухи гуляли, и про Зендаю до сих пор люди говорят.
— Это совсем другое. Про Харри сказали и забыли, потому что он не знаменит, с Зендаей тут даже на руку им обоим: все пиарились за счёт ролей Питера и ЭмДжей, вспомните МакГуайера и Данст. А это Роберт Дауни-младший — всемирно известный актёр; если Том прослывёт его любовником, — на последнем слове Доминик скривился, — то это приклеится к нему навсегда.
— Дорогой, хватит! — немного резко вмешалась Никки, заметив, что Том закрыл лицо руками. — Сынок, ты…
— Мне пора на съёмки, простите, — вдруг резко встал из-за стола он, думая о том, что лучше бы не приходил на завтрак. Хотел отвлечься, а в итоге получил головную боль из-за какой-то местной жёлтой газеты.
— Но ты ведь даже не поел, — не понимала мама.
— Если бы Дауни к тебе не переехал, то ничего бы этого не было. Ничего! Я понимаю, что вы дружите, но что-то раньше за ним не замечали, чтобы он оставался в доме своих коллег или друзей. Ведь должен был предполагать, что могут такие слухи пустить, сколько он уже в этом бизнесе? — никак не унимался Доминик, который просто переживал за своего ребёнка, не подозревая, какую тайну тот от них хранил. Знал бы — вёл бы себя иначе.
— Папа… — тихо позвал Гарри.
— Ему-то всё как с гуся вода наверняка, а вот Тому…
— Расскажи им! — вдруг резко встал со своего места Гарри и умоляюще посмотрел на старшего брата, который просто был растерян.
— Я не…
— Расскажи ты им об этом фильме, Том. Или это сделаю я. Они ведь не знают и поэтому лишь усугубляют твоё состояние, — Гарри ясно дал понять, что будет правильно поделиться с родителями хотя бы половиной правды. На кухне воцарилась гробовая тишина, Никки и Доминик смотрели на сына, а близнецы переглянулись.
— Я и Роберт… Фильм, в котором мы сейчас снимаемся. Он очень откровенный, и по сценарию персонаж Роберта насилует моего персонажа. Он переехал ко мне на время, потому что я попросил. Я не хотел грузить этим вас, а как справиться с ролью, сам не знал, потому что образ Макса настолько проникает вглубь меня, что я начинаю порой терять связь с реальностью. А Роберт через такое уже проходил, он научил, как с этим справляться, о чём думать, чтобы не бояться вымышленного персонажа. Я просто не хотел беспокоить вас, поэтому попросил его. Сегодня у нас съёмки изнасилования, — голос Тома едва дрожал, а когда он рассказывал эту полуправду родителям, он не мог смотреть им в глаза.
Первое, что почувствовал Доминик, — это непонимание, а ещё разочарование от того, что сын впервые им не доверился, но, видя, как Том подавлен, мужчина в первую очередь подчинился отцовскому инстинкту — пожалеть и уберечь своего ребёнка.
— Сынок, просто знай: как бы категорично к чему-либо я ни относился, я всегда буду на твоей стороне. Ты уж прости меня, старика, что раздул из мухи слона. Закипел тут, как чайник, даже не поинтересовавшись твоими переживаниями, — сказал глава семейства то, что должен был сказать, а Никки просто приобняла своего мальчика. Для неё парни навсегда останутся маленькими детьми, которых она будет любить, несмотря ни на что.
— Спасибо, мам, пап. Мне просто было стыдно и неловко, и я вас не хотел волновать. Это было глупо, — вздохнул Том, прижавшись к матери.
— Зато братьям сказал, это уже хорошо, — просиял улыбкой Доминик. — Я всегда говорил, что ребёнок в семье не должен быть единственным, потому что если уж не сможет в чём-то довериться родителям, то рядом будет братское или сестринское плечо, ну, в вашем случае только братское, как бы мы с вашей мамой ни старались — вычисляя даты, придерживаясь определённых диет и гаданий — девчонку состряпать не смо…
— Доминик, — закатила глаза Никки, и на кухне раздался дружный смех. В этом и была отличительная черта семьи Холланд: все вместе они образовывали несокрушимую стену, которой всё было нипочём.
***
На съёмочную площадку Том приехал немного раньше положенного и не успел прошмыгнуть в свою гримёрку, как его перехватил Роберт. Тот выглядел взволнованно, и Том сразу догадался, что Роберт наверняка был в курсе статьи. Мужчина ухватил его под локоть и увёл к себе, чтобы поговорить с глазу на глаз хотя бы пару минут.
— Привет, — чуть улыбнулся Дауни, вглядываясь в любимое лицо так, словно мысли пытался прочитать.
  
— Привет, — улыбнулся Том, — да, я в курсе статьи, и да, я в порядке. А ты? — спросил он, прижавшись спиной к закрытой двери, а руки положив на плечи Роберта.
— Я вообще от Сьюзан узнал, она мне позвонила, мол, так и так, в курсе ли мы, что про нас пишут. Прости, малыш, я всегда контролировал подобное, но с тобой… С тобой я, кажется, забылся и всё прошляпил, — вздохнул тот.