Объединитель (СИ)

* * *
Когда-то она поклялась себе, что станет худшей из чудовищ, чтобы выжить и однажды вывести человечество обратно к свету.
Эра прекраснодушных фантазий прошла, так толком и не начавшись. Налёт цивилизованности слетел с прямоходящих обезьян с мозгами рептилий быстрее, чем штукатурка со стен приюта, где она провела «лучшие» годы. И ей представилась уникальная возможность вживую оценить, насколько были правы или заблуждались теоретики, прогнозируя человеческое поведение при глобальном кризисе.
Изучение Сопряжения и его новых реалий дало ей много, но всё это оказалось бесполезно перед лицом грубой силы. Вместо триумфа и обретения ещё большей мощи, поражение и унизительное бегство. Вместо роли той, кто встанет во главе, позиция аутсайдера, вынужденного выполнять чужие приказы. Столкновение с запредельным могуществом Новы, который едва не оборвал её жизнь. Снова провал. Снова позор.
Можно сколько угодно хвалиться собственной гениальностью, но что это, если не безумие, делать одно и то же раз за разом, надеясь на иной исход?
Клятва не выполнена. Нужно что-то менять…
Принять унизительное предложение. Растоптать… продать остатки своей гордости и постараться вырваться на вершину, чтобы изменить всё.
И, конечно, отомстить.
Отомстить сполна.
Отомстить беспощадно.
Кромсать и рвать пока ехидная улыбка не сменится гримасой ужаса и бессилия. Пускай он бежит, попытается… а она будет преследовать.
И, наконец, избавившись от него, как и полагается сильному в Сопряжении, возьмёт своё.
Решено.
Пускай придётся переступить через себя, пускай цена будет высока, она заплатит её.
Кто-то ведь должен спасти человечество.
 Глава 20 
Шесть часов спустя после разговора с этим слизняком Аргатри мне становится чуть легче. Всё-таки прокачка параметров — отличная штука, позволяет отвлечься и собраться с мыслями. А их сейчас в голове целый рой, и все жужжат, требуя немедленных действий. Три звезды в Ловкости заполнено, осталось две, которые смогу добить следующей ночью.
За полчаса успеваю сгонять в душ, поесть и активировать Второе дыхание, чтобы сбросить усталость. Дальше знакомлюсь с отчётом Ребекки, присланным ночью. Из числа беженцев, оставшихся за стенами, она выделила семь подозрительных человек и просит меня проверить их с помощью моих способностей. Остальных можно допускать внутрь Фритауна.
С учётом того, что мы уже поимели проблемы с агентами Самума, вряд ли среди этой толпы ещё могут быть засланные казачки. Как говорится, каковы шансы, что два маньяка окажутся в одной машине?
Так-так, и чем же они ей не угодили? Ага, вот причины, по которым эти ребята попали в «красный список».
Первый — мужик лет сорока, явно военная выправка, на все вопросы отвечал чересчур лаконично и точно. Будто рапорт составлял, а не беседовал. Плюс на запястье — старый шрам, предположительно похожий на след от ножа. Любопытно.
Второй и третий — молодая парочка, держатся особняком, ни с кем не общаются. На все вопросы огрызаются или отмалчиваются. А ещё один из наших охранников приметил, как парень передавал девушке некий предмет, здорово смахивающий на инъектор.
Четвёртый — на первый взгляд, обычный работяга, но руки выдают — явно привык держать оружие. Опять же, избегает прямых ответов, много недоговаривает. А ещё постоянно пялится на ворота Фритауна. Определённо стоит проверить.
Пятый и шестой — близнецы, спортивного вида ребята. Сами по себе не представляют угрозы, но уж больно рьяно защищают седьмого подозреваемого — щуплого очкарика, который при виде Деворы аж позеленел от страха. Нервничает, трясётся, того гляди в обморок грохнется. И что-то подсказывает мне — не от природной застенчивости.
Так, ну что же, будем работать с тем, что есть. Вызываю охрану и велю привести эту великолепную семёрку на допрос. Спустя четверть часа они уже сидят в отдельном помещении, настороженно озираясь по сторонам. Ну что, красавцы, сейчас мы проверим, насколько чиста ваша совесть.
 
Приказываю позвать первого в комнату для «бесед по душам». Для начала прошу представиться и вкратце рассказать свою историю. И пока тот говорит, внимательно слежу за реакциями, благодаря Струнам сердца и Эмпатической проницательности. Всплывают некоторые интересные детали.
Вот бывший вояка по имени Деннис. Рассказывает, как потерял семью и теперь ищет новый дом, его слова тут же отзываются фальшивой нотой — врёт. Серия жёстких наводящих вопросов выпытывает у него истину. На самом деле просто дезертир, удрал из своего отряда, побоявшись сражаться с монстрами. Трясётся за свою шкуру. Агрессии или злого умысла не чувствуется, просто решил прибиться к более сильным. Ладно, этот не опасен, пусть живёт. Просто в ряды ополчения его не допустим.
Откинувшись на спинку стула, внимательно изучаю сидящую передо мной парочку. Девушка, назвавшаяся Клэр, нервно озирается по сторонам, кусая губы. Её спутник, высокий и какой-то нескладный, сверлит меня мрачным взглядом исподлобья. Эмпатическая проницательность буквально вопит об их нестабильном состоянии — страх вперемешку с раздражением и едва сдерживаемой агрессией. Да, не самый приятный коктейль.
Подключаю Струны сердца, чтобы разобраться, что за история скрывается за этими измождёнными лицами. И тут же меня будто окатывает ледяной волной — боль, отчаяние, безнадёжность. В этом омуте бьётся лишь одно желание — получить дозу, забыться, унять ломку хотя бы ненадолго. Всё остальное отходит на второй план.
Вот значит как. Наркоманы, причём Клэр уже пыталась слезть, но сорвалась. Видимо, пристрастилась к какой-то дряни ещё до Сопряжения, а после в её жизни стало слишком много триггеров. Парень же, напротив, конченный торчок. Я практически кожей чувствую его неуёмную жажду, готовую вот-вот прорваться наружу безобразной сценой.
В его рюкзак охрана нашла инъектор и явно не с витаминками. К сожалению, Магазин легко продаёт наркотики, были бы деньги.
Оба на взводе, злые и отчаявшиеся. Того и гляди, натворят что-нибудь. С одной стороны, такие пассажиры мне в городе не нужны, с другой, их личные пороки не представляют большой общественной опасности. Пока что. Если им не будет хватать арканы на дозу, ситуация может повернуться другим боком, совсем неприглядным.
При виде этой парочки в памяти сам собой всплывает Лёшка. Он также боролся с собственными демонами и проиграл этот неравный бой. Отцу было плевать… Ему всегда было плевать на нас. Не нашлось никого, кто сказал бы: «Твоя жизнь имеет ценность. Остановись». Ему никто не помог, но я могу помочь этим двоим…
Решение приходит внезапно. А что, если попробовать Ментальную реконструкцию? В конце концов, наркозависимость — это ведь тоже своего рода поводок, удерживающий разум в заложниках. Чем-то похоже на одержимость ребят из Самума. Только вместо петли, наброшенной Шехеразадой, вполне реальная химия.
— Так, ребятки, — произношу спокойно, но с нажимом. — Сейчас займёмся работой над собой. Пора завязывать с вредными привычками.
И, не дожидаясь ответа, активирую способность. Мир вокруг плывёт, тускнеет. Я снова погружаюсь в сумрачные глубины чужого разума. Передо мной настоящие джунгли, буйные заросли первобытных страстей и инстинктов. Всё здесь пропитано одним всепоглощающим стремлением — получить кайф, утолить извечную жажду. Ментальные лианы опутывают сознание девушки, не давая и шагу ступить без одобрения внутреннего чудовища.
Медленно, осторожно пробираюсь сквозь этот морок, стараясь отыскать корень проблемы, источник заразы. Тот ускользает, прячется в дебрях искажённых мыслей и фантазий. Раз за разом я натыкаюсь на тупик, или того хуже — возвращаюсь к началу.
Это совсем не похоже на работу с последователями Амиры. Там всё было ясно — вычленить инородные конструкты, нейтрализовать их, вернуть рассудку ясность. Здесь же сама личность изменена до неузнаваемости, опутана корнями пагубной страсти. И я пока не понимаю, как отделить зёрна от плевел.