Король интриг (СИ)

— Реально боялся, что стоит дотронуться до тебя, так ты сразу вытащишь из сумки толстенную конституцию и сделаешь из меня отбивную. Решил, что сначала нужно оставить тебя без возможного орудия преступления, а уж потом…
— Я не таскаю с собой конституцию, — уточняю, но картинку в голове прокрутила.
— Тогда ты развязала мне руки. Ну, и не только руки. — Секундная тишина и его тихий, но серьезный голос: — Всё в порядке?
Он внимательно смотрит, а у меня слабость в ногах.
— Не знаю. Назар, я правда не знаю. Всё как-то…
— Круто?
— Да, но…
— На этом и остановимся. Прочее смело выбрасывай из головы.
— А Любаня? Как мы про нее забыли? Я даже не видела, когда она ушла или убежала. Она ведь так просто не отстанет?
Не стоит забывать, кто ее папа и как она может этим воспользоваться.
— Наверно, не отстанет. Но ты не вздумай переживать из-за этого. Я кашу заварил, я и сделаю, чтобы она поскорее прокисла. Веришь?
— Не знаю, — как-то слишком тихо сказала ему, пожимая плечами.
— Я рад, что сегодня заметил тебя на остановке.
Я смотрела на его руки и видела, как он сжал их, говоря эти слова. С чего бы?
Или он…
Даже глупый человек сможет догадаться, что имел в виду парень. Назар не жалеет.
— Еще чуть-чуть, и я бы замерзла.
Суханов кивнул и сощурил взгляд.
— Ты и сейчас замерзла. Иди домой, боюсь, из меня выйдет фиговый медбрат, если ты простынешь.
— У меня сыр есть. — Божечки. Ну почему? Почему Назар мне язык не откусил, когда у него была такая возможность?
Стыдно-то как.
Очень стыдно.
— Прости, креветка, но с самоконтролем, оказывается, у меня большие проблемы.
Конечно, чувство окрыленности — это крутое чувство, но спустя час после того, как я поднялась в квартиру, оно меня начало раздражать. Не могла собраться. Не могла прийти в себя, а продолжала вновь и вновь прокручивать в голове мелкие детали сегодняшнего вечера.
Вот кто бы мог знать, чем обернется поездка на страшный квест? Я думала, максимум плохим сном. Минимум очередными подколами. А что вышло?
Хотелось себе по голове стукнуть, чтобы вернуть в реальность прежнюю здравомыслящую Немцову, которая умела трезво оценивать ситуацию.
Допустим, сегодня Назар показал себя с совершенно другой стороны, но ведь это ничего не меняет. Уже утром он снова станет самим собой. Так обычно и бывает. Только глупые после одного поцелуя начинают в облаках витать, жуя розовую вату.
«Прости, креветка, но с самоконтролем у меня проблемы».
Ох ты ж, как заела эта фраза в мозгу.
Глупая, согласна.
Учебники, тетрадки, конспекты перед глазами, но я смотрю сквозь них. Никак не могу заставить себя хотя бы прочитать что-то из написанного. Несколько пропущенных от мамы. Первый раз она звонила, когда мы пытались ведьму одолеть. Последний, кажется, в тот момент, когда ее дочь потеряла голову.
Она чувствовала?
Отбросив в сторону ручку, встала из-за стола и направилась прямиком к кровати, даже не посмотрев в окно.
Сегодня Суханова было слишком много в моей жизни. Привыкать нельзя. Опасно.
Выйдя утром из подъезда, услышала звук входящего сообщения. Быстро достав телефон из кармана, я немного напряглась.
«Полин, извини, приехать не получается. С меня квест» — и смайлик в конце подмигивающий.
Я даже рот открыла и хлопала им, как только что пойманный за хвост карась. Видимо, новый день расставил всё по своим местам. Наверно, так даже лучше будет.
Хорошего понемножку, правда?
— Ань, ну ты где? — спрашиваю сразу же, как только подруга отвечает на звонок.
В трубке раздается хриплый кашель.
— Под одеялом. Всю ночь температура держится. Скажи всем, что заболела.
— Какие лекарства привезти?
Что там Ёлкин говорил? Больше жидкости и… пока до аптеки дойду, точно вспомню. А учеба? От одного прогула ничего не будет.
— Спасибо, друг. — Снова кашель, и я прям вижу, как ей сейчас плохо. — Мама полчаса назад приехала, всё привезла. Ты на пары иди.
Мне показалось или я услышала злорадство в хриплом голосе?
— А я отлежусь несколько дней.
 
Нет, точно не показалось. Даже в такой ситуации она меня подколоть пытается.
Делать нечего, двигаюсь с места, понимая, что день сегодня не задался с самого начала.
Первую пару я все еще поглядывала на телефон. На второй я убрала его в карман. На перемене выключила вибрацию и постаралась забыть о том, что мне в ноябре купили смартфон. Представляла себя юной леди, которая не знает о таком гаджете и с легкостью собирается на очередной в ее жизни бал. Ага. Бал в реальности, называющийся урок химии.
Я даже не удивилась, когда меня спросили первой. Не удивилась самым сложным вопросам. Офигела, когда не смогла на несколько из них ответить. Да что там я, вся группа на меня косилась, а потом и вовсе взглядами съедали, ведь их начали спрашивать. В конечном счете пришлось выслушать наставления Сергея Аркадьевича и пообещать ответственнее относиться к учебе.
Да уж. Хуже быть не может.
Оказывается, могло.
С моими манипуляциями с телефоном я не сразу увидела сообщение:
«Креветка, мы попали. Корнеевы в моей машине, и мы все вместе ждем только тебя».
А затем новое:
«Прости, не смог отделаться. Надеюсь, конституции в сумке точно нет».
  
Глава 36
 
Когда пара закончилась, из кабинета я вышла последней. У кого ноги в желе превратились, тот я. И пыталась, и старалась, но идти нормально так и не могла. Нервное, наверно. Или поцеловавшись с Сухановым, я его дурью заразилась. Фиг знает, конечно, но на всякий случай надо у «фармацевта» Ёлкина спросить, как нервный тик лечится. Может, там требуется подорожник на пятку положить или лопух на глаз. А то меня, если честно, напрягает такая глупая нервозность.
Но больше всего раздражает, как я захламила свой мозг мыслями о рандеву с Назаром. Веду себя как школьница, которую старшеклассник на медляк пригласил, а она потом ногти грызет, гадая, это они уже встречаются или он прямо с утра уже с другой вальс станцевал.
Детский сад какой-то. Ясельная группа.
— Полина, взрослей и проще ко всему относись, — журю себя, по лестнице спускаясь. — Вы не в баню вместе ходили, а просто…
— Немцова, уже сама с собой разговариваешь? — Парочка обезьянок с первого ряда равняются со мной, противно хихикая.
И чего уставились? Всего лишь нагоняй себе дала, подумаешь, вслух, прям так больше никто не делает.
— Всегда приятно поговорить с умным человеком. — Зубы показала, пора и честь знать. Улыбаюсь и, через ступеньки перепрыгивая, вниз ломлюсь, будто меня там не Суханов с парочкой женатиков ждет, а Якубович с новеньким автомобилем.
Зря старалась.
Фиговая из меня спортсменка, если девчонки быстро догнали, даже не запыхавшись. Во дают. Я чуть легкие не выплюнула, пока эти два пролета преодолевала, а они и не покраснели. Ведьмы, что ли? Тогда они точно с Любанькой нашей подружатся. Ой, тьфу-тьфу. Не дай бог, конечно.
— Всегда хотела спросить, — выступает обезьянка под номером один, в нормальной жизни Ангелина, брезгливо морща нос. — Немцова, а ты с детства странная такая?
— Ее небось на химии током шарахнуло, — поддакивает ее подружайка.
Не могу, как смешно. Три ха. Ток на физике, неучи.
И вот с кем учиться приходится? Будущие эксперты, а ведут себя как торговки на базаре, гадя на помидоры конкурентов. Чего, собственно-то, ко мне прицепились?
Я сегодня красивее их выгляжу?
— Гелька, Кристинка, — по-свойски обращаюсь к ним, наклоняя голову набок. В ужастиках так делают. Повторю приемчик. — Вам домой не пора?
— У тебя забыли спросить, — чуть ли не в один голос шипят они, волосы за спину откидывая.
За синхронность пять баллов и мои громкие аплодисменты.
Но вопрос продолжает маячить в воздухе: какого фига они решили на меня внимание обратить?
— Спрашивайте, не стесняйтесь, — с важным видом глазею на них, руки на груди скрещивая. — Но только в понедельник. Сейчас, простите, уйти изволю. Дела, сами понимаете.