Тендер на любовь (СИ)

«По словам водителя большегруза, - вещал женский голос за кадром – рулевой внедорожника выехал на перекрёсток на очень высокой скорости, проигнорировав запрещающий сигнал светофора. Избежать столкновения не удалось. Молодой человек за рулём тойота «Прадо» находился в состоянии алкогольного опьянения. В настоящее время он госпитализирован и находится в реанимации. Наш выпуск завершает прогноз погоды».
Руслан убрал звук.
– И? – обратился он к Ветрову.
– Никита Никольский ночью разбился на машине, - вздохнул Генка.
– Полагаешь, я к этому причастен? – холодно осведомился Сабуров.
– Тебе лучше знать, - буркнул Ветров.
– Ты билеты уже поменял?
– Нет ещё, не успел, - отозвался Генка.
– Не спеши, мне твоя помощь понадобится.
– Дружеская? – спросил Ветров.
– Юридическая! – рявкнул в трубку Руслан. – Ты ведь юрист у нас! – сбросил вызов Сабуров.
Выбравшись из постели Руслан направился в ванную. Пока чистил зубы, хмуро рассматривал своё отражение. Провёл ладонью по колючему подбородку, вздохнул и потянулся к полке, где лежал несессер с бритвенными принадлежностями.
Сабуров задумавшись водил станком по лицу. Видит Бог, он этого не хотел. Не хотел, чтобы Никольский попал в аварию. Однако, пусть косвенно, но его вина в произошедшем всё же была, от того и колыхался на душе мутный осадок.
– Чёрт! – отдёрнул руку со станком Руслан.
На шее расплывалось кровавое пятно. Порез вышел довольно глубоким. Плеснув на ладонь немного виски, что ещё оставался в бутылке Сабуров прижал руку к порезу. Ярко-красная царапина пересекла горло в том месте, где под кожей билась артерия. Вроде и ничего криминального, но у Руслана пробежал холодок по позвоночнику. Не то, чтобы он был чересчур суеверным, но такая отметина выглядела, как предостережение. «Не я эту войну начал», - вздохнул Сабуров качая головой.
День обещал быть жарким. Руслан достал из гардероба классические джинсы и простую чёрную футболку. Накинув на плечи кожаную косуху и прихватив ключи от BMW, покинул номер.
Он и сам себе не смог бы объяснить, за каким лешим с утра поехал в больницу, в которую ночью привезли Никиту. Припарковавшись за металлической решёткой ограждения, Руслан собирался покинуть салон автомобиля, но его внимание привлекло яркое пятно. Девушка в красном платье стояла на крыльце.
Опираясь на руку Егора, Анна вышла на крыльцо больничного корпуса, прикрыла тыльной стороной ладони глаза от слепящих лучей жаркого июньского солнышка. Красное коктейльное платье при свете дня выглядело жалкой помятой тряпкой, тушь размазалась под глазами, завитые накануне локоны распались и висели сосульками.
Маркелов скинул с плеч тонкий серебристый кардиган и укутал девушку в него. Спускаясь по ступенькам на высоких шпильках, Анна подвернула ногу. Всё навалилось разом: страх перед Сабуровым, переживания из-за брата, теперь вот ещё адская боль в щиколотке. Девушка расплакалась. Егор подхватил её на руки и понёс к своему автомобилю. Осторожно поставил у пассажирской двери, придерживая за талию, открыл дверь и усадил в салон.
– Может лучше вернёмся? – осторожно прикоснулся он к опухающей на глазах щиколотке. – Пускай врач посмотрит.
– Обычное растяжение, - хлюпая носом, отозвалась девушка. – Нужно тугую повязку наложить, само пройдёт. Егор, отвези меня домой.
Сабуров не сводил глаз с молодой пары, благо тонированные стёкла бэхи позволяли остаться незамеченным. Где-то глубоко в душе шевельнулось какое-то давно забытое чувство, весьма напоминающее сожаление. Девчонка и в самом деле выглядела жалкой и потерянной. Отец после инфаркта, брат в реанимации, одна одинёшенька на всём белом свете. Пока он размышлял чёрный гелендваген вырулил со стоянки, увозя ту, что занимала в это время мысли Сабурова. Он пока ещё не знал, как поступит, чёткого плана не было, так обрывки мыслей, поэтому и нужен был Генка, чтобы разложить по полочкам, расставить приоритеты и приступить к активным действиям.
Анна отрешённо смотрела в окно, не замечая проносящегося мимо пейзажа, только тогда, когда машина свернула на дорогу, ведущую к коттеджному посёлку, очнулась от своих невесёлых дум. Случившееся с Никитой почти заслонило мысли о Сабурове. Непонятна была реакция Вероники, то она проходу брату не давала, а сегодня даже отказалась приехать, когда Никита так в ней нуждается.
 
Егор затормозил перед воротами, вышел из машины и распахнул дверь со стороны пассажира. Из-за ворот выглянул охранник и поспешил открыть калитку. На лице секьюрити легко читалось любопытство, но задать вопрос он не осмелился.
– Я сама дойду, - попыталась протестовать Анна, когда Маркелов легко подхватил её на руки.
– Дойдёт она, конечно, - проворчал Егор, ногой захлопывая дверь автомобиля.
– Егор, останься со мной, - прошептала девушка на ухо парню. – Мне страшно одной.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Хорошо, - выдохнул Егор. – Только машину во двор загоню.
Маркелов вернулся минут через десять. Комната Анны располагалась на втором этаже, поэтому на сей раз помощь Егора она приняла без возражений. Опустив свою ношу на кровать, Маркелов поинтересовался местоположением аптечки.
– У Никиты в комнате в комоде в верхнем ящике спортивные бинты, - подсказала Аня.
– Сиди здесь, я сейчас, - вышел из комнаты Егор.
Было очень больно, а ещё очень хотелось стянуть, наконец, опостылевший красный шёлк, принять душ и переодеться во что-нибудь более удобное. Пока Маркелов отсутствовал Аня кое-как доковыляла до комода, вытащила чистое полотенце и бельё.
– Ты в душ собралась? – появился на пороге Егор. – А если поскользнёшься?
– Так помоги, - вздохнула девушка.
Парень со свистом втянул воздух.
– Знаешь, Анют, я всё-таки не монах и обет целибата не давал.
Анна стянула с плеч платье, и оно бесформенной тряпкой упало к ногам. На девушке остались только красные кружевные стринги. Егор снял через голову белую футболку, расстегнул молнию на джинсах, не отводя горящего взгляда от Никольской.
– Снимай, или ты в джинсах душ принимать будешь? - наверное, впервые после встречи с Сабуровым в клубе улыбнулась Анна.
В душевой кабине Маркелов не позволил себе ничего лишнего. Аня прекрасно видела его возбуждение, но Егор старался лишний раз даже не смотреть на неё. Крепкие мужские руки надёжно удерживали её, пока она смывала с себя всю накопившуюся усталость. Он вынес её из ванной комнаты и отвернулся, пока она переодевалась.
– Бельё возьми в комнате у Никиты. В шкафу вторая полка, - обратилась девушка к наряжённой спине Егора.
Из комнаты Никиты Егор вернулся в белых боксерах.
Пока Маркелов накладывал тугую повязку, Анна сидела, стиснув зубы.
– Готово, если станет хуже, завтра отвезу тебя в травмпункт, - улыбнулся Егор, заправляя конец бинта.
Аня поднялась с кровати и стянула с неё шёлковое покрывало.
– Давай спать, глаза слипаются, - девушка легла на постель и подвинулась, освобождая место Егору.
– Не самая удачная мысль, Никольская, - проворчал Маркелов, укладываясь рядом.
Анна сама потянулась к нему. Обхватила ладонями щёки, колючие от проступившей щетины, провела большими пальцами по густым бровям, приподнявшись, коснулась губами мягких губ Егора. Маркелов ответил на поцелуй, стиснул тонкую талию в стальных объятьях, а потом со стоном отстранился.
– Анечка, ну, что же ты творишь? Я же не железный, - Егор отвёл влажную густую прядь, упавшую девушке на лицо.
–Ты ночью говорил, что хочешь меня, - расстроенно отозвалась Анна.
 
– Я и сейчас хочу, - прошептал Егор, - но не так. Не сейчас.
– Почему нет? - нахмурилась Аня.
– Потому что твой отец при смерти, брат в реанимации, а ты не в себе. У нас обязательно всё будет и не один раз, - улыбнулся Егор, кончиками пальцев поглаживая тонкие ключицы девушки. – Давай спать, - Маркелов развернул Анну к себе спиной, прижал к широкой груди и заключил в крепкие объятья.