Разорванные сердца (ЛП)
— И я всегда буду твоим.
Я спрыгнула с прилавка и позволила платью упасть мне в ноги, наблюдая, как глаза
Дженсена потемнели, когда он перевел их с моего лица, и медленно-медленно прошлись по
моему телу, оставляя крошечные следы тепла на пути. Он издал животный звук, когда поднял
и усадил меня обратно на прилавок, раздвигая мои ноги.
— Знаешь, чего я больше всего боюсь? — спросил он, прижавшись губами к моему уху
и целуя. Я вздрогнула от ощущения его дыхания и, не прекращая поцелуи, начал спускаться к
груди.
— Что? — спросила я, тяжело дыша, когда он начал целовать мою грудь.
— Что потеряю тебя, — сказал он, оторвавшись, что бы взглянуть на меня. — Потеряю
это. — Его губы снова вернулись к груди и сомкнулись на мне, а его язык начал ласкать мой
сосок. Его руки оказались между моих ног, когда он перевел внимание на другую грудь. —
Ты - все, чего я когда-либо хотел, — прошептал он, двигаясь поцелуями к моему животу. —
Ты все, что мне нужно.
Моя голова ударилась о стойку, когда я почувствовал его язык на себе.
— О Боже, — сказала я.
— Я умру, если ты оставишь меня, ты ведь знаешь это? — сказал он, смотря на меня.
— Я никогда не оставлю тебя.
— Ты могла бы. Может быть, ты найдешь кого-то лучше меня, когда я уеду, — сказал
он.
— Дерьмо.
— Успешного парня, — продолжил он.
— Я хочу только тебя, — ответила я, потянув его за волосы.
— Может быть, кого-то с меньшим багажом, — сказал он.
— Мне нравится твой багаж, — сказала я.
Это вызвало у него смешок. Он подул на меня, играясь пальцами.
— Дженсен, пожалуйста.
— Продолжать? — спросил он.
— Продолжай, — скандировала я. — Продолжай.
Он продолжил. Он не останавливался, пока я не увидела фейерверк в глазах. Когда я
снова открыла глаза, он уже поднимал меня. Я обхватила его за шею руками и вздохнула, уткнувшись ему в грудь.
— Почему ты всегда так делаешь? — спросила я тихо.
— Что делаю?
— Говоришь о таких вещах, когда ты... ну, ты знаешь.
Я посмотрела на его лицо. Его шаги замедлились. Он остановился, когда мы подошли к
порогу его комнаты, и посмотрел на меня. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но закрыл
его, покачав головой.
— Скажи мне, — я провела рукой по его волосам.
— С тех пор, как мы вместе, у меня было ужасное чувство, что я растрачиваю твое
время, — сказал он с грустью в словах. — В моей жизни нет ничего. Ничего хорошего.
Он вывалил свои слова и подошел к кровати, бросив меня на нее, когда стянул свои
ботинки. Я села на кровати, чтобы быть на одном уровне с ним, он посмотрел на меня, и я
схватила его за запястья, когда он снял ремень, и потянула к себе.
— Ты говоришь это в течение тех двух лет, что мы вместе, — сказала я.
Он медленно кивнул, все еще выглядя неубежденным.
— Ты прекрасный человек. Ты ведь знаешь это? — спросила я, осматривая его лицо. —
Ты забавный, добрый, чертовски талантливый и такой привлекательный, что иногда на тебя
больно смотреть, — сказала я, заставив его рассмеяться и закатить глаза. Я улыбнулась.
— Ты намного больше, Мия. Гораздо больше, — сказал он, переплетая наши пальцы.
— Когда я с тобой.
— Я скоро уезжаю, — сказал он, глядя на наши соединенные руки.
— Временно, — напомнила я ему.
— Это длительный период.
— Ты любишь меня, Дженсен? — спросила я.
Его глаза снова встретились с моими.
— Больше всего на свете.
— Тогда мы будем в порядке.
Прежде чем он успел углубиться в свои страхи, я оттолкнула его, спрыгнула с кровати и
начала снимать с него одежду.
Эти выходные были одним из моих любимых воспоминаний о нас.
Глава 5
Настоящее
Я резко вернулась к настоящему моменту, когда он припарковал мотоцикл и протянул
руки, чтобы я отдала ему шлем.
— Я просто думала о том дне, когда ты подарил мне это, — сказала я, улыбаясь.
Его губы дернулись.
— До или после того, как я заставил тебя плакать своим членом?
Я ударила его по груди.
— Ты не заставил меня плакать своим членом, — пробормотал я. — Это была
эмоциональная ночь.
Что-то в его взгляде изменилось, но он взял мою руку и повел через улицу, чтобы
зарегистрироваться в отеле, прежде чем я успела это осознать. Как только дверь нашего
номера закрылась за нами, я сняла рубашку и бюстгальтер, чтобы переодеться в купальник. Я
завязывала его, когда почувствовала большие руки Дженсена на спине и неудержимо
задрожала. Он завязал его и оставил поцелуй на моем голом плече, но прежде чем я смогла
его поблагодарить, он развернулся и направился в ванную.
На пляже мы сидели в тишине, я фотографировала воду, солнце, некоторых серферов
вдалеке, в то время как Дженсен рисовал рядом со мной, используя уголь. Я повернулась
всем телом, чтобы сфотографировать его, после того, как я сделала снимок, решила его
рассмотреть. Я бы никогда не призналась ему, но он был моим любимым объектом для
фотографирования. Его бейсболка, с надписью «Доджерс», была надета задом наперед, а
волосы убраны с глаз. Он прищурился и сосредоточенно прикусил губу, пока рисовал. Мое
сердцебиение ускорилось, просто от взгляда на фотографию. Я подпрыгнула от
неожиданности, когда его рука обернулась вокруг моего плеча, я опустила камеру, чтобы
посмотреть на него. В его глазах было море смятения. Я была уверена, что независимо от
того, через сколько вещей я прошла, выражение его глаз было самым сильным, что могло
опечалить меня.
— Ты собираешься сказать мне, что случилось? — прошептала я, закрыв глаза, когда
его дыхание охватило мое лицо. Он пах мятной жвачкой.
— Ты помнишь, как я оказался с Пэтти? — тихо спросил он.
Мои глаза снова распахнулись, и я кивнула. Я никогда не забуду, как пьяный Дженсен
высказывал свое отвращение к своему отцу, и как он оплодотворил его мать, а после заплатил
ей, чтобы она молчала, или как мать бросила его, когда начала встречаться с мужичиной, который ненавидел детей. Он отвел взгляд, нервно прикусив губу. Мои глаза последовали за
ним и задержались на солнце, исчезающем в океане. Я прижалась к нему всем телом, и он
крепко обнял меня, положив подбородок мне на макушку, пока мы смотрели на закат.
— Что насчет нее? — спросила я, когда уже были видны последние лучи солнца.
— Я никогда не хочу быть таким, как моя мама. Или он. Я не позволю себе быть
эгоистом. Я не хочу быть лжецом и обманщиком, — сказал он. Я нахмурилась и отстранилась
от него.
— Окей?
Дженсен выдохнул.
— Это так хреново, — сказал он, глядя на песок. Когда он снова посмотрел мне в глаза, выражение его лица, чуть не разорвало меня на части. — Я… — Он сделал глубокий вдох. —
Я встречался кое с кем, пока мы были вдали друг от друга, — сказал он, и от его слов у меня
защемило сердце. — Это было несерьезно, поэтому я никогда не рассказывал тебе о ней.
— Все в порядке, — сказала я, отмахиваясь. — Не надо. Я не хочу слышать о ней.
— Мия, — сказал он, его адамово яблоко дрогнуло, когда он сглотнул. — Она
беременна.
Глава 6
Настоящее
Дженсен
Я никогда не знал своего отца. Я знал о нем, но никогда не знал его, даже его имени.
Только накануне моего тринадцатилетия я узнал его имя. Той ночью, когда любая другая мать
готовила бы подарок своему ребенку, моя собирала чемодан. Я вошел в ее комнату, потому
что услышал шум и подумал, что она упала. Она была пьяницей, и в то время как
большинство детей в моем классе ходили с мешками под глазами, потому что они не спали