Бедный Йолик, или Приворот особого назначения (СИ)

– Это не я! – испуганно пискнула Гита. 
Если бы она знала, что Йолик так рассвирипеет, в жизни бы с ним не ругалась! Сидела бы себе тихонько и молча сопела в кулачок. Что на нее нашло? 
– Не лги! Обычные люди на него не р-реагируют! – маг снова блеснул своими клыками. – Я не знаю, кто ты и почему услышала мой зов... Ведьма! 
Последнее слово он не сказал – выплюнул. Гита даже почувствовала легкий порыв ветра, обдавшего ее холодом. В ту минуту она наконец-то поверила, что перед ней – темный. Маг огненной смерти, если говорить точнее.... И все происходящее с ней – не кино, не сон. 
Она хотела закрыть глаза, чтобы не видеть, как Йоллиахандр будет кусать ее шею, но тут он... улыбнулся. Самой обычной улыбкой, ничуть не вампирской. Только безумно насмешливой, будто в душе Йолик искренне потешался над глупой пугливой попаданкой. 
Его преображение было таким стремительным, что Гита не поняла, как это произошло. В глазах Йолика все еще мелькали красные огоньки. Казалось, их отблески изменили черты мага, сделали их более мужественными. Йоллиахандр – не Йолик! – всё еще был опасен, но это уже не пугало, Наоборот, привлекало...
Пожалуй, никогда раньше Гита не встречала таких сексуальных мужчин. 
А ведь она тоже нравилась этому могущественному магу... Да-да, именно магу огненной смерти, а не тому напыщенному господину, маску которого носил Йолик. Сейчас он былнастоящим, без глупых предрассудков и шор. И смотрел на Гиту таким взглядом, что сомнений быть не могло. 
Их толкнуло друг к другу практически одновременно... 
Сильный хлопок раздался в тот же миг. Между ними блеснула мощная, очень яркая вспышка и дверь в комнату с грохотом вывалилась в коридор. Балдахин, висевший над кроватью, рухнул вниз, накрыв их обоих. В следующую секунду он взмыл обратно вверх, отброшенный гневным заклинанием Йолика. 
Гита сидела неподвижно как статуя. И даже ничего не говорила...
Пользуясь временным затишьем, маг по-хозяйски огляделся вокруг и, тихо выругавшись, начал поспешно щелкать пальцами. Вернул назад дверь, после чего собрал скелет, рассыпавшийся прямо у порога. Долго смотрел на получившуюся конструкцию из костей, не понимая, что с ней не так. Спохватившись, поменял череп и таз местами, придав скелету более привычный облик. 
Потом закрепил надежнее балдахин, раскачивавшийся под потолком с подозрительным скрипом. Качаться конструкция перестала, но скрип только усилился. Настройка звука заняла еще некоторое время. 
Девушка молча наблюдала за Йоликом. Ждала, когда очередь дойдет и до нее. 
– Ой, извини! – спохватился маг, встретившись с ее выразительным взглядом. – Обещай мне, что не будешь сильно ругаться... Сейчас это чревато, наши магии только и ждут следующей вспышки... 
Взгляд Гиты стал еще выразительнее. Как любила говорить ее бабушка, "она гавкала молча". 
– Хорошо-хорошо, не сердись так... – торопливо пробормотал Йолик. 
Один щелчок пальцев – Гита снова могла говорить. 
– Да как ты посмел?! – тут же взяла она самую высокую ноту. 
Если Йоллиахандр одними словами мог поднять ветер, то его домовая вызвала настоящий ураган. Дверь снова вывалилась в коридор, следом вылетел перепуганный балдахин, за ним с громким стуком высыпался скелет – каждая косточка отдельно. Мебель осталась стоять на месте, но как-то съежилась и отступила ближе к стенам. 
А Гита... Гита испуганно смотрела на Йолика, которого мощным порывом опрокинуло на пол, с силой приложив затылком о доски пола. 
Как ей там говорили? "Магия шторма неуправляема и может быть агрессивной"? Ну вот, теперь она может лично убедиться в этом! 
– Проснись, – всхлипнула Гита, склонившись над Йоликом. – Ну пожалуйста, проснись... Сколько ты можешь лежать? Мне стра-ашно-о... Что мне делать в твоем мире одной? Я же магии боюсь... И своей, и твоей, и всякой... 
Она шмыгнула носом и осторожно погладила мага по щеке. Щека была теплая, но какая-то очень худая, кости прощупывались без труда. Гита никак не могла вспомнить, был ли Йолик таким тощим, когда она впервые увидела его в ванной. Девушке казалось, что за последние часы он сбросил, как минимум, половину своего веса. 
 
Гита снова провела рукой по его щеке. Нежно, ласково, будто хотела попросить прощения. Сейчас ощущения были другими, ее ладонь начало ощутимо покалывать сотнями мелких иголочек. Йолик тоже реагировал на прикосновения – кожа мага под ее пальцами начинала немного гореть. Интересно, это хорошо или плохо? 
По лицу мужчины пробежала неуловимая тень, он тихонько что-то пробормотал и приоткрыл глаза. 
– Что ты говоришь? – спросила Гита. – Не слышу, громче. 
– Жра-ать... – повторил маг. – Жрать хочу! 
Девушка растерянно оглянулась. В комнате ничего съедобного не было – это она помнила точно. И, скорее всего, в доме тоже было пусто – Йолик сам ей недавно жаловался. Интересно, где в этом мире берут еду? Чем вообще питаются маги?
Не хотелось плохо думать о хозяине дома, но Гита ничего не знала о повадках темных.
Вампирская улыбка Йолика произвела на Гиту неизгладимое впечатление, чего там скрывать!
Девушка зябко поежилась и осторожно посмотрела в глаза мага. Взгляд его был еще мутноватым, но красные огоньки никуда не делись. Наоборот, они стали еще ярче. Их мерцание манило, затягивало, не давало отвести взгляд. Да что ж это такое? Он и в таком состоянии может гипнотизировать?
В этот миг Йолик не казался Гите желанным – скорее, страшным. Уж очень хищно поглядывал на попаданку. Не то, чтобы Гита всерьез верила в вампиров... Но она и в магию до сегодняшнего утра не верила! 
– Где у тебя холодильник? – брякнула девушка, лишь бы что-то ответить, не молчать. 
Что и говорить, жутковато ей было сидеть в этой черной комнате рядом с полудохлым темным. Который в любой момент мог оказаться не таким уж и дохлым. 
Йолик недовольно поморщился и что-то невнятно пробормотал. 
– Холодильник твой где? – громче повторила Гита. – Давай, я тебе яишенку пожарю. Или омлетик, если у тебя яйца есть. 
По тому, как холодно блеснули глаза Йолика, Гита поняла, что мелет чушь. Пожалуй, пора было отсюда сбегать. На всякий случай – мало ли что! 
Девушка резво вскочила с пола, не переставая воодушевленно тарахтеть: 
– А если у тебя в холодильнике пусто, тоже не страшно. Я могу у соседей одолжить с десяток яиц, потом отдадим. Ты только скажи, в какую сторону к ним бежать... 
– У каких соседей? – прохрипел Йолик. 
Голос у него был севший, очень сиплый. И очень сексуальный. 
Ох, не о том ты, Гита, думаешь... Не о том! 
– У ближайших... Ты к кому обычно за яйцами ходишь? 
Маг обреченно застонал и снова закрыл глаза. 
– Ты чего? – испугалась Гита. – Ты же не собираешься умереть от голода? Потерпи чуть-чуть, я что-то придумаю. 
– Руку дай! – потребовал Йолик. 
Он сказал это шепотом, но очень жестко, буквально приказал. Девушка не смогла его ослушаться. Гита снова плюхнулась на колени рядом с магом и, зажмурив глаза, протянула ему руку. В тот же миг холодные пальцы обхватили ее запястье. Она испуганно дернулась, но хватка у Йолика была железной. В следующее мгновение девушка почувствовала знакомое покалывание в руке. 
Пальцы мага постепенно теплели, покалывание усиливалось... 
Его рука уже была обжигающе горячей, казалось, он давно должен был прожечь дыры в запястье Гиты... Однако, отпускать ее никто и не думал. 
"Вот так и гибнут глупые попаданки..." – грустно подумала девушка. 
– Прум-пум-пум-пум... пум-пум-пум-пум... – тут же включился ее внутренний плеер. 
В этот раз музыка была печальной, без слов. 
"Не зря он – маг огня, – меланхолично думала Гита. – Руки такие горячие-горячие... А сначала были холодные-холодные... Странно, что ожоги не болят. Наверное, у него магия специальная, обезболивающая..."